Чтение онлайн

Карл повиновался и сел на вращающееся кресло. Незнакомец встал, и Карл заметил, что гость выше его ростом, под два метра, и мощного сложения. Руки визитера были огромными. Движения — четкие, скупые и изящные, как у танцора. На вид ему было лет тридцать пять. Короткая стрижка «ежиком», ухоженные усы и очки в массивной оправе. Элегантная, но слегка претенциозная одежда — шелковый желтовато-коричневый костюм в мелкую ломаную клетку, полотняный жилет, шелковая, в мелкий рубчик рубашка цвета лаванды и желтый галстук в горошек.

Мужчина подошел к входной двери и запер ее, по пути остановившись, чтобы стряхнуть пепел с сигары в кухонную раковину.

— Как вы сюда попали? — требовательно спросил Карл.

Легкая усмешка пробежала по губам незваного гостя.

— Пришлось потрудиться, признаю. Ушло почти шесть секунд. Тебе, Карл, стоит разориться на замок поприличнее. На него может уйти около минуты, в зависимости от конструкции дверной рамы.

Примерно девяносто лет назад, когда старинный городской дом еще не поделили на отдельные квартиры, там, где сейчас была студия Карла, находилась гостиная. С тех времен в комнате остались встроенные дубовые книжные шкафы с застекленными дверями и неработающий камин. Когда-то потолок украшала люстра, сейчас с него свисала тяжеленная боксерская груша красного цвета. Карл купил ее на другой день после того, как Аманда укатила в Вашингтон. Прошло почти три месяца, пока Грэнвилл наконец понял, что эти два события каким-то образом связаны. Остальная меблировка была весьма скромной — огромная железная кровать, которую привезли из сумасшедшего дома где-то в северной части Нью-Йорка, и обшарпанный письменный стол-бюро с откидывающейся крышкой, который когда-то принадлежал начальнику железнодорожной станции. Еще в комнате был маленький обеденный столик, ничем не примечательный, зато очень дешевый. Он стоял у эркерного окна.

Незнакомец подошел к окну, чуть отодвинул занавеску и внимательно изучил улицу. И только тогда Карл заметил что-то. Под дорогим шелковым пиджаком, над белым жилетом.

— У вас пистолет, — медленно произнес Грэнвилл.

— Угу, — согласился незваный гость. — А тебе что, не нравится оружие?

— Нет, — ответил писатель.

Визитер сочувственно покачал головой.

— Придется привыкать. Советую.

Карл промолчал. Впервые незнакомец стал проявлять признаки нетерпения.

— Нам надо заняться делом.

Видя, что писатель не двигается, а просто с любопытством его рассматривает, мужчина добавил:

— Задание очень срочное. Я полагал, что с этим все ясно.

Карл с облегчением вздохнул. Ощущение было такое, словно это первый глоток воздуха за долгие месяцы.

— Вы — Гедеон.

— Я — Гарри Вагнер, — поправил мужчина, попыхивая сигарой. — Сокращенно от имени Гаррисон, не Гарольд. И я вовсе не Гедеон, а, как это принято называть в некоторых кругах, связующее звено. Звучит несколько старомодно, не правда ли? Какой-то налет романтизма, тайны трепетного девичьего сердца. Не совсем уместная здесь аналогия, как ты считаешь?

— Не знаю.

— Тогда послушай меня. Тут нет никакой любви, Карл. Совсем. Просто люди имеют друг друга.

С этими словами Вагнер с силой врезал по груше справа, словно ставя точку.

— Какие люди?

— Хороший ход, Карл. Ценю твою настойчивость. Но мне сказали, что эту часть нашей маленькой сделки ты тоже понял — никаких вопросов.

Грэнвилл бросил на незваного гостя сердитый взгляд. Положение вещей ему весьма не нравилось. Откуда взялся этот придурок? В какое дерьмо он сам вляпался? Молодой человек вспомнил, что у него есть визитка с номером мобильника Мэгги. Он схватил телефон и набрал несколько цифр.

Мэгги ответила после первого звонка.

— Что случилось, Карл?

Грэнвилл застыл от неожиданности.

— Как вы узнали, что это я?

— Этот номер я не давала никому, кроме тебя, — нетерпеливо произнесла редакторша. — Короче, что тебе нужно?

— В моей квартире какой-то огромный белый тип в жутком галстуке…

Неожиданно Карл почувствовал руку Гарри на своем запястье. Нельзя сказать, что это было легкое прикосновение, скорее железная хватка. Мощный зажим, причиняющий страшную боль. Каким-то образом незваный гость очутился посредине комнаты. Карл не заметил движения, не услышал ни шороха. И все же верзила стоял рядом, сокрушая кости правого запястья Карла с такой легкостью, словно сминал бумажный стаканчик. Карл посмотрел в глаза Гарри и очень испугался.

— Попроси ее не вешать трубку, — сказал Гарри Вагнер.

Гигант говорил шепотом, словно из вежливости не хотел, чтобы редакторша подумала, что он вмешивается в их разговор. Карл помедлил с ответом, и тогда Гарри сдавил его руку еще сильнее. От боли на глаза Грэнвилла навернулись слезы.

— Не вешайте трубку, — выдохнул он в телефонную трубку.

— Черт подери, что там у вас происходит? — осведомилась Мэгги визгливо.

— А теперь положи трубку на стол, — потребовал Гарри.

На сей раз Карл подчинился беспрекословно. Трубка оказалась на столе.

— Слушай меня внимательно, — продолжил Гарри. В эту минуту он походил на учителя средней школы, объясняющего группе не слишком сообразительных учеников задания контрольной. — Я очень трепетно отношусь к своей одежде. Наверное, ты считаешь себя остряком. Что ж, обычно я не возражаю. Ценю юмор, особенно к месту.

— Приятно слышать, — заметил Карл, но, почувствовав, что Гарри сжал его руку еще сильнее, решил, что лучше помолчать.

— Мне не нравится, когда другие потешаются над тем, что на мне надето. Я горжусь своей одеждой. Она очень дорогая, и многие вещи сделаны на заказ. Я понимаю, что ты творческая личность, именно потому тебя и наняли. Более того, я делаю скидку на твой писательский темперамент. Тем не менее если ты еще раз попытаешься высмеять мою манеру одеваться, я сделаю тебе больно, несмотря на все уважение к твоему таланту и способностям. И эта боль — ничто по сравнению с той, которую ты испытаешь. Тебе будет очень больно. А теперь подними трубку и закончи разговор.

Гарри отпустил руку Карла. Тот ничего не стал говорить в ответ. Гарри Вагнер выразил свою точку зрения весьма эффективно.

Едва удержавшись от того, чтобы не потереть покрасневшее запястье, Карл поднял трубку.

— Что это вы там делаете, два придурка? — спросила Мэгги.

— Да ничего особенного, — ответил Карл.

— Тогда в чем проблема? Я говорила, что материалом тебя обеспечат.

— Да, я его получил.

— Значит, все в порядке.

— Более чем, — согласился Грэнвилл. — У вас прекрасная служба доставки.

— И не звони мне по пустякам! — рявкнула редакторша и дала отбой.

— Спасибо на добром слове. Я оценил, — поблагодарил Вагнер, затянувшись сигарой и выпуская в воздух облачко дыма.

— Можно кое-что сказать?

— Конечно, все, что угодно. Ну или почти все.

— Мы пришли к выводу, что ты можешь причинить мне боль, а возможно, даже пристрелить, если сочтешь нужным, — произнес писатель. Неожиданно он почувствовал, как волна ярости захлестывает его. И наплевать на то, что этот мудак может с ним сделать. — Но все-таки это мой дом, а я терпеть не могу, когда в нем кто-нибудь курит вонючие сигары. Так что немедленно выбрось эту дрянь. Сейчас же.