Чтение онлайн

– Не бываю я там, – буркнул Лёша. – Это дрянь, а не еда. Жрать гамбургеры – это всё равно, что есть из помойки.

В эту же секунду до Двуколкина дошло, что он себя раскрыл. Раскрыл свои антикапиталистические взгляды: тупо, прямо перед ФСБ, спустя минуту после встречи, откровенно и по-идиотски. «Я погиб», – сказал себе Алёша. Он взмолился Богу, чтобы умереть скорей и легче.

– Из помойки? Да… – сказал чекист. – Согласен с вами. Пища это нездоровая, конечно.

А потом добавил:

– Так куда же мы пойдём?

– Давайте к нам в столовку, – пригласил Алёша, ни живой, ни мёртвый.

В коридоре, по дороге, он припомнил, что товарищи велели попросить чекистов, чтобы показали документы. Попросил. Чекисты показали. Алексей смотрел на корочки с печатью, как ему казалась, жутко долго и при этом ничего не видел. От волнения в его глазах слипались буквы и теряли смысл слова. Осталось ощущение, что как будто первого чекиста звали Ивановым. Но Алёша не был в этом уверен. Номер два, который всё молчал, казалось, был Петровым, но Двуколкин и за это не ручался. Имена и звания его мозг отторг сразу и напрочь.

А в столовой было почти пусто. Алексей и его спутники уселись в самом тихом уголке и сразу же вступили в странную беседу.

– Значит, вы, Аркадий, скоро институт заканчивайте, – любезно начал Иванов.

– Да.

– Нравится учиться?

– Просто супер! – сказал Лёша.

– Это хорошо… Нечасто встретишь вот такой ответ. А чем вы увлекаетесь?

«Так… Чем же увлекается Аркадий? Или, может, лучше им наврать?».

– Пишу картины!

– М-м! В каком же жанре?

– Реализм.

– Как интересно… Ну и как, успехи есть? На выставки берут?

– Пока что не берут, – сказал Алёша, чтобы не завираться и не уводить беседу в дебри, где уже не сможет разобраться.

Про себя подумал: «Да когда ж он к делу перейдёт-то?». Иванов же не спешил.

– Ну, стало быть, Аркадий, человек вы творческий.

– В какой-то мере.

– А друзья у вас какие?

Кажется, Алёша начал понимать, к чему сейчас придёт беседа.

– А друзья хорошие, – сказал он. – Умные, культурные, не пьют. Все не судимы.

Иванов чему-то засмеялся:

– Что вы, что вы! Я ведь не об этом! Я не сомневаюсь, что они не уголовники. Скажите, а вы в Сеть выходите?

«А! «Птичка!» – понял Лёша. – Это про Серёжкину игру!». Конечно, отвечать, что «нет» являлось ложью, слишком явной, подозрительной.

– Бывает, по учёбе что-нибудь ищу, – ответил лже-Аркадий.

– Переписку-то, наверно, с кем-нибудь ведёте? – подмигнул беззлобно Иванов. – Друзья по Интернету… У кого их нынче нет! Наверно, с иностранцами общаетесь?

– На что они мне? – спросил Лёша, совершенно сбитый с толку.

– Ну, не знаю… Многие общаются… Бывали за границей?

– Был… На Украине… это ещё, вроде, при Союзе…

– При Союзе не считается! – со смехом отвечал чекист. – Ведь вы тогда совсем ребёнком были? А подальше никуда не ездили? Наверное, хотелось?

«Да чего он, в самом деле?! – возмутился Лёша. – Всё кругами ходит! Издевается, наверно. Вот сейчас возьму да и скажу…»

– На Кубу я бы съездил.

– Что? На Кубу? О, как интересно! Это почему же?

Смелость Алексея испарилась.

– Интересная страна, – ответил он уклончиво.

– Да, правда, интересная, – внезапно согласился Иванов. – К тому же в ней безвизовый режим. Недавно договор вот подписали на поставки нашего оружия. Петров, ты был на Кубе?

– Нет, – сказал Петров. – Мне только мама говорила, что когда Фидель к нам приезжал, они с Хрущёвым вместе на трибуну выходили. Очень, говорит, красивый был он.

– Кто, Хрущёв?

– Да нет, Фидель, конечно.

– А ну, да. Фидель, он мощный человек.

«Неужто от души? – дивился Лёша. – Да зачем вообще всё это? Ох, наверно, провоцируют. Как странно…». Он смолчал на всякий случай.

– А какие у вас планы после окончания института?

«Сделать Революцию и жить в Великом Новом Обществе!» – подумал Алексей. Но вслух, конечно, не сказал.

– Найду работу.

– А какую бы хотели?

– Я пока не знаю. Что-нибудь общественно полезное.

Алёше этот цирк тихонько стал надоедать. И вдруг Иванов выдал:

– А у нас, Аркадий, не хотите поработать?

– Что? – смешался Алексей.

Те двое засмеялись.

– Ну, Аркадий, вы ведь человек культурный, творческий, отличник. Нам нужны такие. Про специфику работы говорить не буду: сами знаете, наверно. Вы подумайте. И платим мы неплохо. И общественно полезно. Ну, так как?

Алёша прошептал:

– Не знаю…

– Вы порассуждайте, не спешите. Вы ведь умный. Нам нужны такие. А скажите, музыку вы любите?

– Люблю, – проблеял Лёша.

– А какую?

Алексей назвал артистов, в основном скандальных, контркультурных, боевитых, протестующих.

– Неплохо, – ласково ответил Иванов. – У вас есть вкус. Мне это тоже нравится.

– И мне, – сказал Петров.

На радостях, что встреча прошла так благополучно, и Аркадию ничто не угрожало, парни напились. Пили они, в сущности, уже несколько дней, поэтому, наверно, сделали бы то же, если б Лёшу вдруг забрали – но уже от огорчения. Что уж тут такого? Где вы видели непьющих бунтарей?

Гуляли так, что чуть-чуть не забыли вечером пойти смотреть Артёма. Лёша кое-как сумел об этом вспомнить в предпоследний миг, и парни всем составом, всей бригадой, всей ячейкой двинулись к единственному телеку в общаге. Около него, конечно, собралась уже толпа желающих увидеть супер-пупер-мега-шоу из реальной жизни, а «За стенкой» уже появилось на экране под призывную мелодию.