Чтение онлайн

Надо думать, что бывшая миссис Деварджес не сообщила никому, кроме своего адвоката, что прибыла в поселок под именем Грейс Конрой. Что именно она доверила этому джентльмену и все ли свои секреты ему открыла, ведал только он один. Как бы там ни было, он строго хранил тайну, и известие о том, что она предпочитает не судиться с Гэбриелем, а сочетаться с ним браком, принял со снисходительной улыбкой человека, привыкшего думать, что от женщин можно ожидать всего на свете.

— Поскольку вы таким образом вступаете в законное владение землей, полагаю, что в ближайшее время мои услуги вам не понадобятся, — невозмутимо сказал он, застегивая пуговицу на своем жилете.

Не знаю, откуда это стало известно, но люди утверждают, что госпожа Деварджес слегка покраснела, чуточку вздохнула и сказала: «Надеюсь, что нет!» — с такими искренними интонациями в голосе, что адвокат не поверил своим ушам.

В какой мере был посвящен в ее тайну будущий супруг, сказать трудно. В течение своего короткого жениховства он не без гордости отзывался о ней, как о «вдове знаменитого доктора Деварджеса»; то, что он был близко знаком с ее покойным супругом, в известной мере извиняло в глазах общественного мнения импровизированность этой женитьбы.

— Подумайте, какой хитрец! — воскликнула Сол, ведя интимную беседу с миссис Маркл. — Толковал столько времени о своих страданиях в Голодном лагере, а про то, что завел там шашни с вдовой одного из страдальцев, — ни словечка! То-то он был всегда такой странный. Вы-то, добрая душа, знай твердили, что он застенчив, а его просто совесть мучила. Я вам никогда не говорила об этом, миссис Маркл, а ведь я давно приметила, что Гэйб никогда не смотрит прямо в глаза.

Дерзкий на язык собеседник, конечно, легко возразил бы, что, поскольку мисс Сара косит на оба глаза, взглянуть ей прямо в глаза практически невозможно; зато эта достойная молодая женщина и не вела доверительных разговоров с дерзкими собеседниками.

Однажды — это было примерно через месяц после свадьбы Гэбриеля — миссис Маркл, покормив ужином жильцов, коротала время одна в своей гостиной, как вдруг дверь распахнулась и вошла Сол. Был воскресный вечер; свой краткий отдых Сол провела, сплетничая с соседками, а также (как утверждал все тот же дерзкий на язык персонаж, о котором было упомянуто) пикируясь и флиртуя с неким юным обитателем Гнилой Лощины.

Миссис Маркл молча ждала, пока ее служанка снимет свою гигантскую соломенную шляпу с низкой тульей, украшенную образцами тропической флоры. Когда же Сол столь же медлительно принялась складывать неслыханных размеров шаль, переносившую воображение в совсем иную климатическую зону, терпение ее хозяйки истощилось.

— Ну, Сол, что ты там слышала о молодых?

Сол не спешила с ответом, зная, что, придерживая его, повышает вдвое ценность добытых сведений; с чутьем первоклассного актера она даже сделала вид, что не вполне поняла, о чем ее спрашивают. Когда миссис Маркл повторила свой вопрос, Сол залилась насмешливым хохотом:

— Уж простите, что я смеюсь! Вы спрашиваете про молодых, а ей добрых сорок лет.

— Ну что ты, Сол! — возразила миссис Маркл тоном мягкого укора, однако не без некоторого удовольствия в голосе. — Этого быть не может.

— Не может?! — воскликнула Сол, задохнувшись от негодования и хлопнув себя по коленкам. — Конечно, с пудрой, да с привязной косой, да со всякими там штучками кое-кого она, может, и одурачила, но только не меня! Нет, Сью Маркл! Если бы я не жила в одном доме с женщиной тридцати трех лет от роду, у которой — разрази меня всевышний, если я вру! — шея и руки, как у шестнадцатилетней девочки, тогда я, может, и не разгадала бы сорокалетнюю красотку. Нет, Сол Кларк пока еще не совсем ослепла!

Слегка зардевшись под действием столь грубой лести, миссис Маркл продолжала свои расспросы:

— Некоторые говорят, что она недурна собой?

— Что одному здорово, другому — смерть! — сказала наставительно Сол. Она расстегнула пряжку широчайшего бархатного пояса, отчего ее фигура сразу много потеряла в изяществе.

— Как же они живут? — спросила миссис Маркл, помолчав и принимаясь снова за отложенную было штопку.

— Как живут? А так, как я вам и говорила. Любви там никакой и в помине нет. Он, по-моему, уже жалеет, что женился. Она все захватила в свои руки, всем командует. Чего только не выделывает! Заставила этого несчастного Гэйба искать золото возле самого дома; он, дурень, и рад, забросил свой прииск и роется на холме, копает какие-то ямки, чтобы ее ублажить, а она все равно недовольна. Хотите — верьте мне, Сью Маркл, хотите — нет, а у них неладно. Да к тому же эта девчушка Олли…

Миссис Маркл быстро подняла голову и снова отложила в сторону свою работу.

— Олли! — повторила она с волнением в голосе. — Бедняжка Олли!.. Что с ней случилось?

— Ну, — сказала Сол, негодующе тряхнув головой, — никогда не пойму, тем взяла вас эта нахальная девчонка, когда у вас дома собственная дочь растет. А уж важность на себя напускает — дальше идти некуда! Месяц носу сюда не показывала, а за день до свадьбы вдруг встречает меня и говорит: «Сол, можешь передать миссис Маркл, что мой брат женится на настоящей леди и провинциалкам у нас в доме теперь делать нечего». Так и сказала. А ведь ей девяти лет нету! Слыхали вы что-нибудь подобное!

К чести так охотно критикуемой нами слабой половины человечества следует сказать, что миссис Маркл пропустила обиду мимо ушей и снова сказала:

— Так что же все-таки с Олли?

— А то, — ответила Сол, — что ребенка выживают из дома; а Гэйб — бесхарактерный подлый человек — не хочет в это дело вмешиваться. Я повстречала Олли сегодня в лесу, девочка была в слезах.

Миссис Маркл переменилась в лице, и ее черные глаза зловеще сверкнули.

— Ну, дайте мне только добраться… — начала было она, но потом замолчала и взглянула на собеседницу. — Сол, — промолвила она в сильном волнении, — мне нужно повидаться с девочкой.

— Чего?

Это слово на языке Сол могло означать все на свете и таило в себе большое и важное содержание. Миссис Маркл правильно поняла, что именно хотела спросить Сол, и повторила:

— Олли! Я должна повидать ее немедленно.

— Кого? — спросила Сол на том же языке.

— Здесь, — ответила миссис Маркл, — или в любом другом месте. Разыщи-ка ее, и поживее!

— Она к вам не пойдет.

— Значит, я сама пойду к ней, — заявила миссис Маркл властно и решительно, кладя тем самым конец спору, и в сердцах отправила Сол на кухню домывать грязную посуду.