Чтение онлайн

– Куда мы сейчас?
– подала робкий голос Бетси.

– Какая-то монашка купила погребальный венок с лилиями, хотим узнать, какого черта она это сделала, - с издевательской прямотой поведал боевой маг, посасывая мундштук.

Вся моя прислуга мгновенно направила на меня возмущенно-вопросительные взгляды, потому как они решительно не понимали зачем нам это надо.

– Навестим миссис Томпсон, - фальшиво-радостным тоном озвучила я, - зайдем в архив, узнаем как там… дела…

И тут мистер Уоллан мрачно-намекающе произнес:

– Мистер Толлок, миссис Томпсон, мистер Тодс…

– А давайте больше не ездить к тем, у кого фамилия начинается на «Т»! – воскликнула Бетси.

И все неожиданно нашли эту мысль очень здравой. Действительно, от этого «Т» одни проблемы. Еще от «А». Про «Д» вообще говорить не стоит.

Про него и вспоминать не стоило, если честно, потому что едва мы подъехали к мэрии, узрели скандал, имевший место между собственно «А» и «Д». Арнел стоял в переулке, в коем вчера схватили виверну, и что-то очень тихо, но от этого еще более страшно выговаривал Давернетти, который сегодня все, вот вообще все новости встречал с самой счастливой, но зато идиотской улыбкой на лице. И, кажется Арнела это бесило не меньше, чем его родственника.

А самым неприятным в ситуации оказалось то, что стоило нам подъехать, профессор Наруа еще ничего не успел прочитать по губам, он как оказалось этой наукой вполне успешно владел, но едва мы появились - лорд Арнел резко повернул голову в нашем направлении.

– Мисс Ваерти, это вообще что?
– мгновенно ухватил суть происходящего профессор.

Мне было очень совестно признаваться, но я все же ответила:

– Табуирующее заклинание.

– Какое конкретно?
– профессор затянулся пустой трубкой, зло глядя на меня.

Окончательно смутившись, ответила:

– «Uiolare et frangere morsu».

И трубка выпала из приоткрывшегося рта боевого мага.

Все проследили за трубкой, которая свалилась на пол экипажа, потом посмотрели на профессора, следом на меня, и снова на профессора, потому что выражение вины на моем лице было им превосходно известно, а вот выражение полнейшей шокировнности на лице Наруа – являлось чем-то гораздо более интересным.

– Анабель! – боевой маг опустился до личностей.
– Анабель, вы… вы… вы ему не любовница, да?

– Вы меня в этом обвиняете?!
– возмутилась в свою очередь я.

– Нет, - несколько растерялся профессор Наруа, - но если бы видели сумму моего гонорара за охрану вашей персоны, вы бы поняли мое недоумение!

На секунду в экипаже стало тихо, после чего мистер Уоллан произнес:

– А вот с этого места по подробнее, будьте любезны, и конкретно я хочу услышать ответ на вопрос - кто вам платит?

Боевой маг сделал вид, что не услышал вопроса.

Я была вынуждена прилюдно покаяться:

– Официально я, неофициально лорд Арнел ответил любезностью на любезность, и предпринял все, чтобы максимально оградить меня от опасности.

Все выразительно посмотрели на стоящего все в том же переулке лорда Давернетти.

– И от этой опасности тоже, - подтвердил профессор Наруа. И добил присутствующих: - Будем откровенны, если бы не мое вмешательство, в данный момент вы бы уже готовились к свадьбе вашей нанимательницы. Что вовсе не удивительно.

– Вы полагаете, лорд старший следователь действительно любит ее?
– воскликнула, прижав руки к груди Бетси.

– Я полагаю, - профессор холодно взглянул на нее, - что мисс Ваерти для лорда Давернетти как лакмусовая бумажка - она вольно или невольно, вскрывает один за другим недочеты его работы.

Но уже в следующее мгновение, маг взбешенно вопросил уже у меня:

– Да как вы могли?! Мисс Ваерти, «Uiolare et frangere morsu», это слишком, вы не находите?!

Я вспомнила разговор драконов в кабинете лорда Давернетти, и брошенное издевательским тоном: «И да - выбрать она может мою постель. Собственно проблем и обязанностей меньше, а на общественное мнение мисс Ваерти давно плевать. Так что…»

Так что мне не жаль, я не чувствую себя виноватой, и менее всего в своей жизни я собираюсь прыгать в чью-то постель, как бы сильно лорд Арнел не был хорош собой и в целом… нравился мне.

– На вашем лице вместо раскаяния лишь отдаленно промелькнувшая грусть, - решил окончательно обнажить мои чувства боевой маг.

– Я не считаю свой поступок аморальным в данной ситуации, - предельно искренне ответила ему.

Наруа шумно выдохнул, откинул голову назад и несколько секунд невидяще взирал в потолок, затем сдавленно произнес:

– Ваш поступок, вероятно, оправдан с точки зрения этическо-моральных ценностей нашего общества, но… мисс Ваерти, дракон обратился защищая вас, а значит, вы вступили на совершенно иную территорию норм, морали, этики и взаимоотношений. Я даже продолжать не буду… но вот этот ваш поступок - бесчеловечен.

Вполне обоснованно возмутившись, я высказала:

– Лорд Арнел начал первым. И вся та гамма ощущений, что он испытывает в моем присутствии, прямое отзеркаливание всего того, что он заставил испытать меня. Так что не вам говорить мне о бесчеловечности! Потошнило бы вас столько же раз, сколько меня после контакно-ментального вмешательства лорда Арнела, и я бы с интересом понаблюдала за тем, как быстро испарилось бы все ваше человеко… в смысле драконолюбие!

Тяжело вздохнув, профессор Наруа нагнулся, поднял трубку с пола, отряхнул ее и произнес:

– Ваше право поступать так, как вы считаете нужным, мисс Ваерти. Но этот дракон вас любит… что делать с этим решать вам.

И он, открыв дверцу экипажа, нас покинул.

Мистер Уоллан дверцу захлопнул и мрачно проследив за уходящим Наруа, произнес:

– Ощущение, что мы пустили волка в овечьей шкуре даже не в загон к скоту, а в курятник.

Я была несколько возмущена таким сравнением, но миссис Макстон подтвердила: