Чтение онлайн

Взглянув на него, вопросительно изогнула бровь.

Арнел выдержал взгляд с упорством дракона, который в принципе не привык сдаваться, и мне пришлось уточнить:

– Что вы имеете ввиду?

Глава Вестернандана пояснил:

– Вы отправитесь со мной в поместье, скроетесь от досужих взглядов заклинанием и проведете некоторое время со мной и императором.

Какое очаровательное предложение!

– Как, - подавшись к дракону, воскликнула я, - вы себе это представляете?!

Арнел холодно ответил:

– Молча.

Выпрямив спину, холодно взглянула на него и поинтересовалась:

– Лорд Арнел, а вы имеете хотя бы какое-то представление о человеческих возможностях? О возможностях человеческих магов? О внутренних ресурсах организма в целом?

– Что вы пытаетесь мне сказать?
– вопросил дракон.

– Что у нее не хватит сил на применение нужного заклинания, - любезно ответил за меня лорд Давернетти.

Дракон на миг словно окаменел, его красиво очерченные губы сжались, несколько секунд он молчал, ничем и никак не выражая собственных эмоций, затем произнес:

– По какой причине вы не смогли прочесть кровь Стентона?

Интересный вопрос.

– Вероятно по причине того, что это невозможно, - язвительно предположила я.

Холодный взгляд на меня и почти уничижительное:

– Или по причине ограниченного ресурса вашего человеческого организма?

Кровь прилила к щекам, а затем отхлынула, оставляя после себя лишь охвативший меня гнев. Я удержала ярость с огромным трудом, и ледяным тоном ответила:

– Да, лорд Арнел, именно по этой причине, вы совершенно правы. И раз уж мы установили сей факт, возможно, вы позволите мне уже отправиться к себе, и в полной мере насладиться своей ничтожностью?

На миг в кабинете полицейского воцарилось молчание, затем Давернетти взмахнул ладонью наглухо закрывая дверь, шумно вздохнул и произнес:

– Так, для начала полагаю, нам всем стоит успокоиться. Далее, дорогая Анабель, прежде чем терзаться своей ничтожностью, вспомните о том, что на вас жаждет жениться далеко не самый последний дракон этого города, соответственно, вы как минимум если и ничтожество, то крайне желанное - утешьтесь этим.

– Достойный повод для утешения, - съязвила я.

Полицейский сверкнул широкой улыбкой, а затем вновь стал серьезен:

– Анабель, я бы с удовольствием сказал - «Адриан мерзавец, никогда не мечтайте о его постели», и в целом с радостью выставил соперника вон, но… - темные глаза дракона сверкнули зеленью, - один запрет мы уже нарушили, Анабель, и результатом стала смерть более четырехсот девушек. И Адрианом сейчас движет вовсе не желание уязвить вас, а страх. Страх совершить ошибку. И страх причинить вред.

Он тяжело вздохнул, посмотрел на свои сцепленные над столом ладони и хрипло добавил:

– Эти руки по локоть в крови, Анабель, крови тех, кого спасти мы не сумели, несмотря на все предпринятые меры.

Пауза и сказанное с болью:

– Тяжело видеть тела тех, в ком жизнь еще недавно сверкала юностью, еще тяжелее смотреть в глаза их родителей, мужей, детей…

Я потрясенно взирала на него, Давернетти взглянул мне в глаза, улыбнулся, и произнес:

– То, что вы сделали для меня, для Адриана и в целом для этого города, неоценимо, но, боюсь, признать это мы не сможем никогда… так же как и Стентон. Но, - широкая улыбка вновь озарила его лицо, - когда вы станете моей женой, я буду благодарить вас каждый день, много раз в день, практически ежечасно!

– Прекрати! – глухо приказал Арнел.

– Вы разоритесь на цветах, - резонно заметила я.

И открывший было рот Давернетти, умолк, с трудом сдерживая улыбку.

– Заведу оранжерею, - произнес он, спустя несколько секунд.

– Не люблю цветы!
– солгала я.

– Но вы приняли букет из лилий, - подмигнул полицейский.

– Не принимала, - возразила я, а затем была вынуждена признать, - я нервно съела пирожное, наблюдая за арестом курьера, пытавшегося наградить меня очередным букетом из «Зимних фиалок»!

Арнел мгновенно посмотрел на родственника.

Давернетти молча развел руками и мрачно сообщил:

– Никаких сведений. Утром курьера выпустили из больницы, проведя предварительно чистку памяти. На приказе переданном главврачу моя подпись. Довольно изящно подделанная. Даже я не отличил с первого взгляда… Как и каким образом «Зимние фиалки» были завезены в город неизвестно так же - после первого инцидента я лично уничтожил не только все имеющиеся, но так же оранжерею, в которой выращивали эти цветы. Я землю выжег. Все тайные ходы заговорщиков либо уничтожены, либо контролируются. Единственным не исследованным в Вестернандане был кортеж императора – но в день инцидента я обыскал и его. Никаких следов. Букет курьеру передала леди, лица коей он не видел, после чего юноша направился в гостиницу. И на этом все.

Глава города помолчал, затем спросил:

– Процедура восстановления памяти?

– Ничего не дала, - ответил Давернетти.
– Арестованного содержат в отдельной тюремной камере, я ждал, пока ты освободишься, все же… твой ресурс, выражаясь словами нашей драгоценной Анабель, выше моего.

Я посмотрела на лорда старшего следователя, со всем негодованием, на которое была способна – двое суток я страдала от зверского любопытства, а он!

– Я ждал возможности рассказать вам обо всем лично, - издевательски уведомил Давернетти, - но вы, к моему искреннему сожалению, недомогали. К слову, как ваши недомогания?

– Недомогают!
– мрачно ответила я.

– Как жаль, - Давернетти вновь чарующе мне улыбнулся, - иначе я мог бы провести вас в имение Арнелов, прикрыв собственной магией.

Я посмотрела на него несколько шокировано, и полицейский пояснил:

– Арнел не может. Пребывание императора накладывает некоторые ограничения на его возможности, что собственно и несколько насторожило нас, а это, в свою очередь, заставило обратиться к заветам предков.

Открыв было рот, я захлопнула его снова, сложив руки на груди и мрачно взирая на дракона. Мое любопытство… алчно желало попасть в поместье и в целом выяснить хоть что-то, мое чувство самосохранения было явственно против, чувство же самоуважения требовало гарантий.