Чтение онлайн

Производство? Руки у Ардылова золотые. Однако своих мастеров в этом времени тоже немало. Разве что изготавливать нечто пока неизвестное и уже по причине этого заранее освобожденное от конкуренции.

Беда в том, что большинство изделий требуют иного уровня технологии. Настолько, что на данном уровне о них не стоит мечтать. Другие здесь пока просто не нужны. Например, нетрудно изготовить, скажем, керосиновую лампу. Но где взять для нее керосин? И вообще, эпоха всеобщего потребления пока не наступила, вещи служат десятилетиями, если не больше. Новшества в быту особо не приветствуются. Простому народу не до них, а у богатых столько слуг, что любой бытовой агрегат покажется явным излишеством.

Да и много ли изготовит один человек? Окупятся ли затраты? Выгода находится в прямой зависимости от масштабов производства.

Вот ардыловские штуцера пошли бы на ура. Оружие ценится. Только никто из нас не хочет послужить прогрессу на данном поприще. Радиосвязь мы держим в тайне, зажигалки решили в европейских водах не использовать, спасалки с «Некрасова» прячем. Штуцера сами имеем, однако изготавливать их на продажу не собираемся. Здесь пусть обходятся без нас. Пока речь шла о нашем выживании, все средства были хороши. Снабжать же опасными игрушками человечество заведомо аморально.

Лучшая торговля – торговля оптом. Тут все плотно перехвачено местными. Попробуй влезь! Даже торговля с американскими колониями может идти исключительно через Вест-Индскую компанию. И никак иначе.

Мелькнула мысль посетить Индию с ее запасами пряностей. Одна беда – по прикидкам, путешествие продлится около года. Долговато для начала. Век на дворе медлительный. Всего транспорта – парусники да телеги.

И все-таки я не сдавался. Искал, расспрашивал людей, порою ненавязчиво давал взятки. Это ведь ложь, что подарки любят лишь русские. Здесь, в Европе, к этому делу относятся с отнюдь не меньшим вниманием. Так и ждут, когда ты поднесешь им барашка в бумажке. Хорошо хоть, не дошли до великолепной фразы Станислава Лема: «Взятки по-прежнему брали все, но никаких услуг за них не полагалось».

Командор воспользовался моей занятостью и тайком провернул уничтожение английского брандера. Хоть я человек миролюбивый и шпагу над диваном повесил, чтобы по возможности никогда ею не пользоваться, поступок Кабана задел меня до глубины души.

Сергей выслушал мои упреки и сказал:

– Понимаешь, Юра, в архипелаге мы были обязаны выжить. Поэтому я водил вас в бой. Но сейчас… Оно нам надо? Брандер – ладно. Мы пока находимся в этом городе, и нас подобное касается напрямую. Да и последнее дело – стараться устроить теракт против мирных жителей. – Он намеренно употребил современные нам термины. – В Сен-Мало погибла масса ни в чем не повинного народа. Не хочу, чтобы такое повторилось еще раз. А вот все эти каперские патенты… Видал я их в одном нехорошем месте. Деваться было некуда. Однако таскать вас всех за собой я не собираюсь. Лучше устраивайтесь пока на берегу. Кстати, могу тебе предложить одно дело. Мне надо отремонтировать фрегат. Возьмешься? Наниматель платит. Наберешь рабочих, и вперед.

– Хочешь сделать из меня судоремонтника? – Признаться, о такой стезе я еще ни разу не задумывался.

– Ты же пока свободен. Захочешь – завяжешь. Да и это не помешает прочим планам.

– Смотря как работать, – заметил я.

– За день не надо. И за два тоже, – улыбнулся Командор.

Мне показалось, что главную мысль Кабанова я уловил.

– А за десять? – процитировал я один из любимых фильмов. – Да, трудную работу ты мне задал. Тут без помощников не обойтись.

По выражению лица Сергея было ясно, что я угадал. Чем дольше будет ремонтироваться фрегат, тем позднее придется выходить на нем в море.

– Вот и набери соответствующих. Платить все равно не нам. Я даже твои сметы проверять не буду. Берешься?

– Что с тобой поделать? Ладно. Отремонтирую. Когда смогу.

– Вот и отлично. А пока суд да дело, можем съездить в гости к одному хорошему человеку. Когда еще доведется его увидеть?

– К Мишелю?

– И как ты все знаешь? Он же приглашал. Заодно посмотрим, как там Рита. Вот уж, наверное, не думала стать знатной дворянкой!

– А сам ты кто? Тоже французский дворянин. Угнетатель народных масс. Ох, повезло тебе, что не доживешь до великой революции! Робеспьера на тебя нет вместе с Маратом! И доктора Гильотена в придачу с его бессмертным изобретением. Которое и обеспечило свободу, равенство, братство.

Конечно, я никогда не был приверженцем коммунистических идей. Как, кстати, не завидовал Командору с его дворянством. Но как не подколоть близкого человека!

– Рановато мы для этого объявились. Предпосылок пока нет. Так что могу угнетать и массу, и объем. Слушай, может, пока мы во Франции, найти их родителей, или нет, дедов-прадедов, да и вызвать на честную дуэль? – не знаю, насколько серьезно предложил вдруг Кабан.

– А они в чем виноваты? Раз уж сын за отца не отвечает…

– А отец за сына? Кто-то же воспитал эту породу монстров! Не сами собой они вылупились! – Мне почему-то показалось, что Командор вполне может найти и убить неведомых предков.

– Это будет простое убийство, – на всякий случай предупредил я. – Да еще при отягчающих. С умыслом.

– Скорее – при облегчающих. Убить десяток, зато потом уцелеют тысячи. Или сотни тысяч. Любая религия отпустит мне этот грех. А то и зачтет на небесах.

– Хорошо, что в святые не произведут. Ты уверен, что на освободившееся место не пролезут другие? Не десяток же человек устроили революцию! Тут одно общественное мнение подготовить надо. Все эти просветители и прочие энциклопедисты, которых слушали да понимали. Палачи и кандидаты в Наполеоны всегда найдутся. Лишь бы востребованность была.

Командор тяжело вздохнул.

Неужели на самом деле вообразил себя неведомым и бескорыстным спасителем человечества?

– Да. Тут как бы еще хуже не было, – согласился он. – Кто знает, куда все повернет? Видишь, даже простейшим способом историю изменить боимся. Что мы за народ? Ладно. За ремонт берешься? Или, еще лучше, поехали с нами. Мишеля проведаем, женщин наших у него на время оставим. Пока сами не определимся, как дальше добираться будем.

– Разве они мешают? Я, наоборот, стосковался по Ленке так, что на день разлучаться не хочу, – признался я.

– Дело не в тоске, а в неопределенности. Тебе-то хорошо, а вдруг у меня опять начнутся походы? В отдалении они хоть ничего не будут знать. Пусть лучше считают, что рыбу ловлю. Или товары перевожу. Или там лабаз какой-нибудь охраняю. К чему лишние переживания? И мне будет легче. Волноваться не надо.

Видно, наш несгибаемый предводитель никак не мог забыть похищения своих дам и все, что за этим последовало. Тут поневоле станешь осторожным, хотя в Европе подобные методы не практикуются. Очевидно – из-за остатков рыцарства, а также наличия собственных жен в пределах досягаемости.