Чтение онлайн

— Ты скоро умрешь Шаман. — не оборачиваясь сказал шеф. — И в Африке больше не будет Шамана.

— Ты врешь!!! — внезапно вскочил старик. Признаюсь, я испугался. Если шеф сейчас начнет поединок с этим папуасом тут камня на камне не останется. Но ничего не произошло. Шеф продолжал уходить, а Шаман стоял посреди площади, сжимая кулаки. Я пошел за шефом.

— Ты стал плохим хранителем, ты больше не нужен Африке. — не оборачиваясь бросил шеф. Его голос чудесным образом разносился по всей деревне. — Твои духи ушли отсюда.

— Нет!!! Неправда!!! — кричал нам вслед старик.

— Правда, правда. Прощай, я больше не приду к тебе. Но за тобой придет другой. От его руки ты и умрешь.

— Согласен. — уже спокойно сказал Шаман.

Мы вышли из деревни, не говоря друг другу ни слова. Я снова почувствовал мощное колебание вероятностей, и подумал, что шеф опять метнул треклятье, но вместо этого мне в лицо ударил сильный поток ветра. Шеф вызывал вихрь. Когда мы отошли на километр, я наконец рискнул спросить.

— Это было необходимо?

— Да. Он сошел с ума. Ты же видел деревню, он решил убить всех ее жителей только за то, что они не принесли жертву его духам. Там все умрут, я просто не смогу им помочь.

— И поэтому вы решили убить его зверей?

— Нет. Я попросил его о помощи, он отказал мне. Хотя я всего лишь хотел, чтобы его звери покинули территорию Набира. Я и сам смогу их убрать, но ему это вообще не составит никакого труда. И этот старый маразматик решил, что я убью за это его ученика. Он поступил бы так же на моем месте. Но я сумел прочитать его Знанием, и поступил так, как поступил. Убить его у меня не получилось, он еще слишком силен, чтобы умереть от треклятья, но настроение я ему испортил.

— А зачем он хотел, чтобы вы убили Патугу?

— Потому что недавно он увидел свою смерть. Вернее подумал, что увидел ее. И решил, что ему осталось жить всего три года, а за это время он не сможет обучить этого Патугу всему что надо. Его ученик слишком туп для колдуна. А вот один из тех, что привезли нас в деревню, очень перспективен, и его можно было научить за три года.

— Ну и что? А причем здесь смерть Патуги?

— Притом, что согласно верованиям Шамана он должен передать свою силу Патуге после смерти. Даже если он слаб. Но Патуга слишком слаб, чтобы управлять силой Шамана, и он не сможет стать таким же сильным колдуном как Шаман. А убить его самому, или просто отказаться от своих глупых обетов он не может, потому что сошел с ума.

— А что это за сила? — спросил я. И действительно, какая у него может быть сила. В конце концов, он просто управляет вероятностями. Шеф, по-видимому, прочитал мои мысли, потому что сказал:

— Он просто отдаст своему ученику все свои вероятности. За последние годы жизни он только тем и занимался, что копил их. И перед смертью он хочет передать их будущему Шаману. А Патуга не справится с таким количеством вероятностей и скорее всего, просто умрет.

— То есть он и так обречен?

— Да. И с этим ничего не поделаешь. Такова их судьба.

— А кто должен за ним прийти?

— Не знаю. Но кто-нибудь придет, когда старик окончательно утратит разум. Он ведь держит в руках целый континент! Это очень неплохой куш для колдуна.

— А если за ним придут и заберут его вероятности, Патуга останется жив?

— Сомневаюсь. — поморщился шеф. — Патуга конечно не сумасшедший, но все же ученик сумасшедшего. А эти их духи говорят, что если учитель умер, ученик должен сделать все, чтобы отомстить. И его, скорее всего, прибьют сразу после Шамана.

— Грустно. — сказал я. Мне действительно было грустно, и за Патугу и за Шамана. Раньше он казался мне неплохим дедом.

— В этом нет ничего грустного. Это должно было когда-то случиться. Это поклонение духам и прочая хренотень до добра не доводит. А вот для тебя это случай весьма показателен, теперь ты увидел главную опасность для колдуна. И эта опасность — сумасшествие. Оно поджидает нас на каждом углу, и у многих вся жизнь уходит на то чтобы побороть безумие. И это не удивительно при нашей силе и минимуму ответственности за нее.

— Но вы-то не безумны?

— Я исключение из правил. И именно поэтому инквизиция меня не трогает. Но до того как я стал заниматься тем чем занимаюсь, я был на грани. И это стало одной из причин, по которым я оставил работу на ад. Правда, вместе с этим я потерял изрядную долю могущества, но со временем нашел другой источник.

Вот это да! Я вообще открываю рот, когда шеф говорит о своем прошлом. Обычно он делает это очень редко и неохотно. И я в это время всегда слушаю его с легким недоверием. Мне трудно представить себе шефа устрашающим посланцем темных сил. Но с другой стороны оснований врать у шефа вроде бы нет.

Мы вышли на небольшую поляну и стали ждать. Перед нами зарождался вихрь. Небо снова заволакивало тучами, ветер пригибал к земле тонкие деревья и колыхал ветки больших. Вскоре на поляне стал проявляться маленьких смерчик. Он закручивался и закручивался, становясь все больше и больше. И вот он сал достаточно большим, чтобы притянуть нас. Я не стану утомлять вас описанием нашего входа и полета в этом вихре. По сути, оно было таким же, как и путешествие из Египта в Конго. Правда питаться пришлось фруктами прихваченными смерчем, и пить оставшееся у шефа пиво. Да и лететь предстояло не так уж и далеко, так что уже к вечеру мы начали снижаться. Приземление было совершено идентичным предыдущему. Я все проклял от головокружения, и меня все-таки стошнило. И обратите внимание на мою честность, я ведь мог просто утаить от вас столь неаппетитный факт, но правда для меня дороже.

Приземлились мы неподалеку от какого-то городка. Я приходил в себя лежа на травке. Пока у меня хватало сил только на то, чтобы отползти от своей блевотины, причем недалеко. Шеф в это время невозмутимо встал на руки и начал ходить вокруг. Потом он лег на живот и пополз куда-то в кусты. А оттуда закричал дурным голосом. Вообще-то его поведение никак не согласовывалось с его недавними словами о собственной вменяемости, но по-настоящему он просто решил поднакопить вероятностей. Все же два вихря, да еще и несколько треклятий — это должно было выжать его почти насухо. Но пока я лежал шеф медленно, зато верно восстанавливал запас. Конечно, много он здесь не накопит, но все же на безрыбье и рак рыба. Спустя полчаса я нашел в себе силы, чтобы встать. Потом прошелся по полянке, разминая ноги. Шеф уполз куда-то в лес, так что у меня были хорошие шансы окончательно прийти в себя. Вскоре у меня хватило сил даже на то чтобы закурить. Я решил, что можно попробовать включить Знание, и узнать в каком конкретно месте Мамбе мы приземлились. И когда я начал читать соседний город, то был очень удивлен тем, что это вовсе не Мамбе, а столица Набира. Значит, шеф решил сначала узнать, что происходит в лагере повстанцев. И только я об этом подумал из кустов вышел шеф с небольшим кабанчиком на плече. У кабанчика было аккуратно перерезано горло.