Чтение онлайн

Вот такие дела, и всё что мне оставалось теперь, это лежать и смотреть очередную серию одного из сериалов который я ещё не смотрела. Не было больше и новостей звёзд с Анитой Чой, ничего.

О бомбардировке все узнали по отдалённому грому и небольшому мелкому дрожанию начавшегося землетрясения. Всем было страшно, но роботы сообщали, что ближайший к нам не очень мощный заряд мощностью 60 килотонн взорвался довольно далеко, в 10 километрах от нас. Никаких повреждений убежище не получило. Никто не знал, что значит 60 килотонн, но роботы сказали, что это мало, но нам всё равно было страшно.

Кормили нас здесь очень плохо, какой-то отвратительной белой кашей с привкусом травы, роботы утверждали, что в ней есть всё необходимое. Многие отказывались её есть, но взамен им ничего не давали, роботы сказали, что есть только эта жуткая каша, которую по вкусу нельзя было сравнить даже с гречкой, или ещё какой-нибудь бесплатной ерундой.

На третий день, многие начали требовать, чтобы их выпустили, тогда роботы спросили нас куда? Многие стали говорить наружу, тогда нам показали фильм. Небольшой андроид поднимается по лестнице нашего убежища на пятый этаж. Здесь нет света, только горит фонарь андроида. Робот открывает наружу одну из четырёх тяжёлых стальных дверей выхода, там темно и лежит немного снега, хотя откуда снег в марте под Москвой? Андроид подходит к какому-то чёрному гнутому столбу, снимает его ближе, это ствол дерева, без веток, сгоревшего дерева. На улице темно, робот обходит по кругу вокруг четырёх подъёмников, находит разломанный сгоревший автобус. "Здесь пусто и ничего нет, температура минус 16. Куда вы выйдете? У нас нет связи, но согласно нашим инструкциям выходить нельзя, а вернувшихся надо дезинфицировать."

На пятые сутки роботы сообщили, что им удалось связаться центральной системой, она ещё функционировала, и многие люди выжили. Нам немного не повезло, потому что атомный заряд угодил в крупное убежище недалеко от нас, на небольшой глубине, там погибло 20 тысяч человек. В то время как в нашем убежище было всего 512 человек. Поэтому и не было связи, но сейчас связь восстановлена, и с ней проблем больше не будет.

Но появилась и другая проблема, роботы запретили нам выходить из наших комнат, а потом приказали всем одеть скафандры и включить полную герметизацию, какой-то вирус снаружи проникал сквозь почву сюда к нам. Роботы очень его боялись, а бетонные стенки убежища по их мнению не могли остановить его проникновения, поскольку не были полностью герметичными.

В начале все послушались, и включили герметизацию, но прошло несколько часов, а роботы всё запрещали её снимать, и сказали, что нам придётся сидеть так очень долго, много часов. Тогда многие начали возмущаться и назло снимать герметизацию, некоторые даже сломали и порвали некоторые внутренние трубки скафандров, чтобы роботы не могли их заставить. В наказание их сажали в карцеры, и били болевыми шокерами, но нас было очень много, а роботов способных навести порядок всего 24, кроме маленьких. Я благоразумно не стала ломать всякие трубки, хоть и считала, что не смогу постоянно быть в скафандре в состоянии герметизации, но пришла к выводу, что наверно всё-таки роботы не зря волнуются. Время от времени я снимала скафандр, чтобы сходить, ну в туалет, или поесть нормально, а не через трубку. Но большее время я всё же была в скафандре, в принципе можно и потерпеть, всё равно скафандр единственная одежда, а в шлеме ты или нет, и одет ли на тебя его 12 килограммовый ранец или нет, это не так уж и важно, если ты спишь или смотришь телевизор. Кой кто, правда надо мной посмеивался, но таких роботы немедленно парализовывали и ставили меня в пример.

На восьмые сутки роботы объявили тревогу, никто не знал как, но медицинский чип одного из парней показал, что тот инфицирован. Когда несколько человек не послушали их, и отказались герметизировать скафандры, роботы насчёт три просто, взяли и на глазах у всех… Застрелили их насмерть из какого-то оружия, не знаю из чего, но парни как бы в начале потеряли сознание, а потом сгорели заживо. Все были просто в ужасе, немедленно включили герметизацию, роботы объявили, что отныне немедленно расстреляют любого, кто её отключит. У многих людей при виде трёх сожжённых парней начался шок, они просто сидели и ревели, как и я. Роботы призывали их успокоиться, скафандры не были рассчитаны на слёзы. Могли бы и рассчитать между прочим.

Через пол часа, роботы сказали, что некоторые из нас инфицированы, тогда они стали брать этих людей, и уводить в какой-то дальний отсек убежища, не знаю, что они с ними делали. А нас поместили в противоположный конец. Нам прочитали успокоительную лекцию: "В убежище имеется запас полностью изолированных припасов для скафандров на случай заражения, его хватит 300 скафандрам на месяц" Не знаю, почему они сказали 300, нас же должно здесь быть ещё 509, они что не хотели давать их инфицированным? Хотя, может инфицированные могли снять скафандры?

Но прошло 10 минут, и всё новые и новые люди уже одетые в скафандры оказывались заражены. Роботы сказали, что дело не в скафандрах, те защищают, просто вирус разгуливал по убежищу уже почти два часа, прежде чем первый из их анализаторов смог его обнаружить. Поэтому вероятно почти все и так уже заражены, кроме нескольких человек, которые до заражения были в скафандрах.

Я подошла к одному из роботов.

–Но как вирус мог проникнуть сюда? Через толстый слой бетона?

–Бетон не является герметичным, через его поры легко проникают пузырьки воздуха и капли воды. Кроме того в нём есть микротрещины, и само убежище хоть и обладает независимыми источниками атмосферы, но не является полностью изолированной зоной, как например убежища высшего класса. И когда начался процесс заморозки атмосферы, вирус с утроенными усилиями пополз вниз.

–А почему нас тогда не поместили в убежище высшего класса?

–Потому что их мало, и там нашлось место лишь для лучших учёных, и наиболее важных людей.

–Таких как Анита Чой?

–Нет, Аните Чой не нашлось места ни в одном из классифицированных убежищ, даже таком как наше леди.

–Почему?

–Идите ко всем леди.

Спустя два часа нас осталось 14 человек, всех остальных роботы куда-то увели. Но нам сказали, что если бы хоть кто-то из нас был заражён, это уже проявилось бы. Подождав ещё не много, роботы вывели нас в шлюзовую камеру и провели обработку в микроволновке, устройстве излучающем волны убивающие всё живое, в том числе и вирус. Всё кроме того, что находилось под поверхностью скафандра.

Мы вышли, на нижний пролёт лестницы, нам сказали постоять здесь, пока в убежище идёт дезинфекция.

–Здесь очень холодно.

–Да, тут -110 по цельсио, системы обогрева скафандра не справляются они рассчитаны лишь на минус 60. Поэтому мы не можем эвакуировать вас из бункера, даже андроиды выйдут из строя на поверхности от длительного холода при -130. Мы немного постоим тут, пока в бункере идёт дезинфекция, а потом вернёмся. Но скафандры снять всё равно будет нельзя.

–Зачем тогда дезинфекция?

–Чтобы устранить большую часть вируса из атмосферы убежища, это снизит опасность того, что вы будете заражены при смене пищевых и воздушных блоков ваших костюмов.

–А как вы дезинфицируете?

–Мы облучим микроволновым излучением малой мощности все без исключения помещения убежища.

–А как же больные, почему их не вывели сюда?

–Их заперли в маленькой комнатке, чтобы не мешались.

–А им не тесно?

–Тесно, но они терпят и не жалуются.

–Вы выпустите их, когда всё закончится.