Габриэль
Шрифт:
– Там какой-то господин. Он говорит, что должен вам передать кое-что на словах. Он должен сказать это вам лично наедине.
– Хорошо, пусть войдет.
Сердце Катрин затрепетало. Как знать, возможно, у этого человека есть ответы.
Вошёл изысканно одетый мужчина чуть старше тридцати лет.
– Мне поручено передать, – сказал он после того, как элегантно поцеловал руку Кэт, – что некая дама готова открыть вам глаза на некоторые события. И если вы желаете этого, я готов отвезти вас к ней.
– Мне нужно собраться, и…
– Если вы изволите ехать, я подожду.
– Я быстро.
– Как вам угодно.
Через несколько минут Катрин была уже в карете. Её совсем не интересовало, как выглядит её согласие ехать в одной карете с незнакомым мужчиной. Всю дорогу они молчали. Только один раз, когда карета проезжала через Гоп-Парк, мужчина заметил:
– Простите, сударыня, у вас на щеке…
Он наклонился к самому её лицу и что-то убрал со щеки.
Карета остановилась возле парадного подъезда высокого, многоэтажного дома. Мужчина, который так и не назвал себя, проводил Кэт в апартаменты на втором этаже.
– Боюсь, мы приехали чуть раньше времени. Вам придётся немного подождать.
– Хорошо, – согласилась она.
– В таком случае позвольте вас покинуть. Можете располагаться здесь, как дома.
Какое-то время Кэт оставалась одна. Наконец, входная дверь открылась. Вошла женщина, лицо которой было спрятано под вуалью.
– Рада вас видеть здесь, – сказала она Катрин.
– Я и мечтать не могла о нашей встрече. Вы не представляете, сколько вопросов у меня накопилось после вашего письма! – воскликнула Кэт.
– Надеюсь, оно с вами? – спросила дама.
– Конечно. Я подумала, что вы можете захотеть, чтобы я вам его вернула.
– Вы очень милая барышня. Дайте письмо.
Вместо того чтобы убрать его или бросить в камин (там горел огонь), дама принялась внимательно его читать.
– Это письмо правдиво только отчасти, – сказала она, дочитав до конца, – и это делает его лживей любой лжи.
Она сняла вуаль, и Кэт узнала маркизу Отис.
– Вы?! – удивленно воскликнула она.
– К счастью, вы приняли меня за другую. Но я, пожалуй, смогу ещё лучше ответить на ваши вопросы, чем та, кого вы ожидали здесь встретить.
– Скажите мне, это правда?
– И да, и нет. Анна Лестер оставила Артура действительно после того, как в это дело вмешался Габриэль. Она действительно была беременна, и, скорее всего, потеряла ребёнка, вот только беременна она была не от Артура. Поэтому она и согласилась на добрачную связь. Кстати, Габриэлю пришлось убить её любовника, потому что тот набросился на него в порыве ревности. Как видите, сказать, что её слова – чистая ложь, нельзя, но тем более нельзя считать их правдой.
– А я? – Кэт выдавила из себя вопрос, боясь услышать ответ. – Неужели Габриэль!.. – у неё перехватило дыхание.
– Я знаю Габриэля намного лучше, чем кто-либо ещё, и если он согласился на этот шаг, значит, у него были веские на то основания.
– И всё это время он мне безбожно врал?! Но зачем?
– Не знаю. Габриэль окутан множеством тайн. Боюсь, вы никогда не узнаете, что заставило его так поступить. В одном я с ним согласна полностью. Ваш брак с Артуром – настоящая катастрофа.
– Почему вы так решили? И вообще, кто дал вам право решать за меня?
– Поверьте моему опыту. Есть браки, которые заключаются на небесах. Ваш брак должен был быть заключён в преисподней. Артур сделал бы вас очень несчастной женщиной. Поверьте, в этих вопросах я ещё ни разу не ошиблась.
– Тогда, может быть, вы скажете, кто сможет сделать меня счастливой? – гневно спросила Кэт.
– Знаю. Причём наверняка, – невозмутимо ответила маркиза.
– И кто же?
– Габриэль Мак-Роз.
– Кто?!
– Ваш Ланцелот.
– После того, что он со мной сделал…
– Особенно после того, что он с вами сделал.
– Он превратил меня в посмешище.
– Кто знает, какую бы вам пришлось заплатить цену, не сделай он этого. Я вам в сто первый раз повторяю: у него была более чем веская причина так поступить, иначе он убил бы любого, кто попытался бы причинить вам вред.
– Вам-то откуда знать?
– Мы с Габриэлем очень многое доверяем друг другу. Более того, тот концерт я организовала специально для того, чтобы проделать с вами ещё одну злую шутку. Это я подложила вам в напиток небольшую волшебную пилюлю.
– Вы?! – Кэт вскочила на ноги.
– Сядьте, – приказала маркиза, – я не сказала ещё самого главного.
– По-моему, вы сказали уже всё, – резко ответила Кэт, и, тем не менее, села на своё место.
– Я давно уже подозревала, что Габриэль любит вас, как любил ту, которая умерла.
– Он рассказывал мне о ней.
– Во время концерта я наблюдала за ним. И за вами. Вы любите его.
– Это вас не касается.
– Вы созданы друг для друга, но сейчас вы оба готовы сделать ту глупость, о которой будете жалеть всю оставшуюся жизнь. Больше мне нечего вам сказать.
Маркиза встала, давая понять, что разговор окончен.
– Артур? – удивилась Кэт, увидев жениха возле подъезда дома, где состоялась встреча с маркизой, – что вы здесь делаете?
– И у вас хватает наглости задавать мне этот вопрос? – он весь кипел от злости.
– Гнев окончательно лишил вас рассудка? – холодно спросила она.
– Достаточно лицемерия! Я всё знаю!
– Что вы можете знать такого, чтобы разговаривать со мной подобным тоном?
– Не далее как час назад я видел вас в карете с мужчиной.
– Это ещё не повод устраивать сцену.
– Вы целовались с ним у меня на глазах.
– Вы сошли с ума, – она повернулась и пошла прочь по улице.
– Дьявол! Вы не смеете так со мной поступать!
– Идите прочь!
– Это ты убирайся прочь, шлюха! Между нами всё кончено!