Чтение онлайн

Едва ли в составе сборных, выступавших на последних этапах ЧМ-2006, нашелся хоть один футболист ростом ниже 1,72 м, замечает Константину. «Это минимально допустимый рост для футболиста». Если у вас значительная часть мужского населения ростом ниже указанного минимума, это означает, что игроков вы набирали из физически ослабленного контингента. Верно и обратное, хотя Константину и не упоминал об этом: одна из причин серьезных спортивных достижений Норвегии и Швеции заключается в том, что норвежцы и шведы (две из трех самых высокорослых наций мира) в подавляющем большинстве достаточно высокие. Вот в этих странах спортивные команды формируются из физически развитых людей.

Джордж Дирнли — белый. Это краснощекий здоровяк, с виду больше смахивающий на регбиста, а ведь когда-то он был подающим надежды молодым центрфорвардом «Бафаны». Правда, футбольные надежды он не оправдал, этому помешала серьезная травма колена. Но Дирнли не отчаялся. Он изучал литературу и журналистику в колледже в Толедо, штат Огайо, а поскольку еще немного говорил на зулу, его взяли в редакцию южноафриканского футбольного журнала Kick Off. А сегодня он сам издатель журнала и по совместительству великолепный колумнист.

С Джорджем Дирнли мы беседовали за плотным английским завтраком в дешевой кейптаунской кафешке недалеко от здания редакции. Он вспоминал о своих днях в дурбанском футбольном клубе «АмаЗулу» — именно там его карьера достигла апогея. Семеро из его 24 одноклубников состава 1992 г. уже умерли. Как пояснил Дирнли, «один погиб при взрыве у него дома; скорее всего, он стал жертвой войны между таксистами, а у остальных, видимо, был СПИД. Одного, как написали в какой-то дурбанской газете, извели колдовством. Был здоровенный детина под два метра да весь вышел, усох так, что стал ростом с зубочистку».

По словам Константину, не исключено, что примерно пятая часть потенциальных игроков, которые могли войти в состав сборной ЮАР на ЧМ-2010, могла быть ВИЧ-инфицирована. Скольких же южноафриканских футболистов, которые могли бы сыграть на чемпионате мира, СПИД сведет в могилу?

Для Дэнни Джордана войти в число организаторов чемпионата мира-2010 было крупной жизненной удачей, если учесть, что к 38 годам он не посмотрел ни одного ЧМ.

Глава оргкомитета ЧМ-2010 рос в таком отдалении от лучшего в мире футбола, что уместнее сказать: «в другом измерении». Еще дальше он мог быть, только если бы обитал на Луне или в Северной Корее, хотя в условиях апартеида изоляция от остального мира была не намного меньше. ЮАР последней из промышленно развитых стран обзавелась телевидением — это случилось только в 1976 г., уж слишком власть белых опасалась воздействия этого устройства на умы чернокожего большинства. Но даже когда телевидение пришло в ЮАР, лишь единицы из черных могли позволить себе телевизор, ФИФА же, со своей стороны, не допускала, чтобы мировой чемпионат транслировался в государстве апартеида. Так что Джордан впервые увидел матчи Кубка мира только в 1990 г.

Впрочем, изоляция чернокожего населения сохранялась и после прихода телевидения. Так что для большинства южноафриканцев международный футбол оставался таким же недоступным, как если бы он существовал где-нибудь на Марсе. Вот как рассказывает об этом Джордан: «Южноафриканский футбол варился в собственном соку-. Нам казалось, что мы так лихо играем. Поэтому, когда наши впервые вышли на матч против Зимбабве, все были уверены, что зимбабвийцев мы разделаем под орех. Но в составе их команды был такой маленький шустрик, Питер Ндлову его звали. Нам было невдомек, кто это такой. К перерыву счет был 0:3 в их пользу. Таков был наш дебют в футболе международного уровня. И для моей страны он стал потрясением».

К 1998 г., когда ЮАР впервые попала на чемпионат мира, многие в стране решили, что «Бафана» завоюет Кубок. Как можно было сомневаться, если всем известно, что в этой команде играют прирожденные мастера стиля «piano and shoeshine» (игры на коротких пасах, суть которой — в обработке мяча и быстрых перепасовках друг другу, не сходя с места), почти такого же, как у бразильцев, только еще лучше. Кубок «Бафана» не завоевала.

Черное население ЮАР дважды подверглось изоляции — в первый раз из-за введенных против режима апартеида санкций, а потом — из-за бедности. Вместе с тем изоляция — отрыв от сообщества лучшего в мире футбола и паутины его связей и контактов — удел большинства бедных стран. Их жители лишены возможности путешествовать по миру, они не могут запросто съездить в Италию или Германию, чтобы своими глазами увидеть, в какой футбол там играют, не говоря уже о том, чтобы пообщаться с лучшими тренерами. Более того, многим недоступна и такая малость, как смотреть футбол по телевизору, потому что телевизоры для них все еще недоступная роскошь. Лишь считанные африканские футболисты, самые талантливые, самые лучшие, сумели пробиться в лучшие футбольные лиги мира.

Одна из причин скудных спортивных достижений бедных стран — как и их бедности вообще — в том, что они, как правило, в куда меньшей степени, чем богатые государства, вписаны в систему контактов мирового сообщества и у них гораздо слабее связи с другими странами. Даже такая малость, как ознакомиться с передовым спортивным опытом, и то представляет для них целую проблему.

Игра с другими африканскими сборными едва ли помогает изменить такое положение. Большинство бедных, изолированных африканских стран выдерживают конкуренцию только со стороны таких же бедных изолированных африканских стран. Шанс соприкоснуться с футболом мирового уровня им выпадает в лучшем случае раз в четыре года, на чемпионатах мира. Неудивительно, что они очень слабо представляют себе, что такое футбол высшего класса.

По причинам загадочным кто-то решил, что ежегодный благотворительный матч на Кубок вызова Нельсона Манделы «Бафана» должна играть не дома, на чудесном стадионе FNB [44] в пригороде Йоханнесбурга, а за пять тысяч миль от него, на принадлежащем клубу «Брентфорд» стадионе «Гриффин Парке» в западном Лондоне.

Унылым пасмурным полуднем, какие в ноябре для Лондона не редкость, накануне матча 2006 г. южноафриканские футболисты прибыли в унылый трехзвездочный лондонский отель поблизости от аэропорта Хитроу. На фоне публики, заполнявшей вестибюль отеля, главным образом летных экипажей и разъездных торговых агентов, ярким пятном выделялась стайка жизнерадостных парней в желто-зеленых спортивных костюмах в окружении сопровождающих персон — то была «Бафана-Бафана». Их будущие соперники, египтяне, которых разместили в том же отеле, собрались в баре. По всему было видно, что они в бешенстве, и совершенно обоснованно. Им были обещаны пятизвездочный отель и плата за матч, но ни первое, ни второе отчего-то пока не материализовалось.

По вестибюлю слонялся высоченный лысый человек. Это был временно исполняющий обязанности главного тренера Питсо Мосимане, на которого легли все заботы о «Бафане» на выездном матче. Он жаловался, что европейцы никогда не приглашают тренеров из Африки. Махнув рукой в сторону бара, Мосимане заметил: «Взять, к примеру, тренера египтян. Вам не кажется, что он заслуживает того, чтобы тренировать английскую команду хотя бы из первого дивизиона?» С этими словами Мосимане отправился на «Гриффин Парк» проводить предматчевую тренировку.