Чтение онлайн

– Да понимаю я всё. Умом. А на душе пустота, как будто часть себя потерял.

– Не мучайся, Карл, мы все через это прошли. Как там поётся в одной из тех песен, что нам подарил Слав, кажется так: "Мы не успели, не успели, не успели оглянуться, а сыновья, а сыновья уходят в бой".

– Ну, что, Мелкий, покажи, как ты курс проложил?
– поинтересовался я у штатного искина. Именно такое имя он получил.

– А почему сразу Мелкий?
– поинтересовался второй искин. Его я, кстати, недолго думая, назвал Старшим. Тоже понятно, как-никак по своим возможностям штатный искин с ним даже рядом не стоял.

– Не царское дело такой мелочью тебе заниматься, - ответил я ему.

Ну да, у меня вошло в привычку разговаривать со своими искинами. И если Мелкий к этому был как-то равнодушен и выполнял по большей части только прямые указания, то Старший был довольно любопытен, и порой у нас с ним проходили очень даже интересные беседы.

Дорога началась вполне предсказуемо, волнения и беспокойства первых минут ушли, привычная обстановка рубки корабля обеспечивала чувство уверенности в собственных силах и благополучном выполнении порученной миссии. Каким бы опытным путешественником человек ни был, как бы он ни стремился к новым мирам и ожидающим его там чудесам, дорога в жизни любого всегда занимает особое место.

Она живёт своей, для многих непонятной, но от этого не менее насыщенной и интересной жизнью. И если ты согласен с её законами и требованиями, подчиняешься её правилам, любое путешествие, пусть даже при этом будут происходить разные неприятности, не станет обременительным. И наоборот, попытка действовать наперекор Дороге, обеспечит плачевный результат. Может быть и не сразу, но итог таких действий предсказуем.

Так что моё путешествие происходило мирно и спокойно. Это меня довольно сильно удивляло. Где толпы кровожадных пиратов, штурмующих любой корабль? Где засады, погони, отчаянные схватки и красавицы, ожидающие спасения? Именно так выглядело любое путешествие на экране визора, взять хоть сериал, хоть отчёт об исследовательской экспедиции.

Я же двигался вполне спокойно, космос был пустынен, правда на экране радара постоянно присутствовали отметки кораблей или каких-то сооружений, но они находились далеко и не представляли для меня ни опасности, ни интереса. Я иногда дежурил за пультом управления, но по большей части занимался изучением новых баз, тренировался, слушал музыку из папкиной коллекции, что сохранил Карл, в конце концов, ел и спал.

Конечно, всё это относилось к полётам внутри системы. Переходы через червоточины выполнялись в режиме повышенной готовности к неприятностям, как того и требует Устав. Один переход сменялся другим, но всё было штатно. Порой, правда, надо было ждать в очереди и пропускать другие корабли, но подобное было редкостью, и в таких местах обычно дежурила полиция или корабли Управления навигации.

А за два перехода до цели после преодоления червоточины на меня напали. Произошло это в системе Дипс. Корабль к этому моменту уже покинул пусть и мало, но обитаемые территории. Они остались на расстоянии трёх переходов позади. А здесь были пустые места, в которых лишь изредка пролетали случайные корабли.

Вход в червоточину и само её преодоление прошли штатно, и теперь "Бродяга" мёртвым куском железа, в который превращается каждый корабль после подобной процедуры, медленно, по инерции двигался прочь от дырки.

Воздух внутри был откачан, я в скафандре лежал в пилотском ложементе и с помощью оптических датчиков осматривался вокруг, когда неожиданно по корпусу пошла вибрация, будто кто-то начал часто и сильно по нему колотить. Сразу после этого стал виден перехватчик, стреляющий по мне из какого-то оружия. Судя по внешнему виду, он был сильно устаревшим, но самое плохое, что их было много, я успел насчитать восемь штук.

Остальные были более современных моделей, пожалуй, вечер перестаёт быть томным. Не знаю почему, но в голове у меня зазвучала старинная песня из папкиной коллекции, мне предстоял первый в моей карьере реальный бой с пиратами. А я не то чтобы пел, выкрикивал и рычал слова песни, но не забывая при этом управлять кораблём, стрелять и маневрировать.

– Чёрный ворон, черный ворон,

Так, хватит сопли жевать! Рванул ручку запуска ускорителей. Сработали, отлично, бот хоть и медленно, но начал разгоняться.

– Что ж ты вьёшься надо мной,

Сорвать блокировку нейка, аварийный запуск реактора, теперь только ждать его выхода на устойчивый режим работы.

– Ты добычи не дождёшься,

Странно, большинство перехватчиков не стреляют. Видимо, проспали моё появление, только один и среагировал. И это хорошо! Выдвинуть из корпуса маневровые.

– Чёрный ворон, я не твой.

А нет, начали маневрировать, пытаются взять на прицел. "Бродяга" разгоняется, так что на какое-то время я вышел из-под прямой атаки. Но это ненадолго.

– Что ж ты когти распускаешь Над моею головой,

Ухожу свечой верх, отлично, маневровые сработали. Слабо разогнался, бот еле шевелится, но ускорители ещё работают.

– Ты добычу себе чаешь, Чёрный ворон я не твой.

Им ещё работы секунд на десять, должно хватить. Так, перехватчики рванулись за мной, чуют, сволочи, что добыча с крючка сорвалась. Торопятся, пошли за мной вверх.

– Завяжу смертельну рану Подарённым мне платком,

А я резко вниз. Ух, зело борзо, аж в глазах чернота. Терпи, Тимка, терпи! Всё-таки я неплохо ускорился, но по прямой не уйду, достанут. А и не буду уходить.

– А потом с тобой я стану Говорить всё об одном.

А теперь опять вверх. Чернота перед глазами. Очухался, хорошо. А вы ребята попали, прозевали мой манёвр, теперь вы впереди, я сзади, а вы у меня на прицеле. Ракеты, пуск!

– Полети в мою сторонку, Скажи маменьке моей,

Есть попадание, двоих разнесло на кусочки. Отлично, реактор заработал, режим устойчивый, хотя мощности маловато. Запускаю электронику и искин. На двигатели ещё не хватает мощности.

– Ты скажи моей любезной, Что за Родину я пал.

Ускорителям хана, своё отработали. Запустить ещё? Нет, сейчас двигатели заработают. Искин запустился. Старший, обстановку на экран. Как только реактор будет готов, запуск двигателя. Ухожу влево. Вовремя, стреляют, но мимо.

– Отнеси платок кровавый Милой Любушке моей,