Чтение онлайн

Сюзанна вздохнула.

– Хотя – кто я такая, чтобы ее критиковать? Более всего мне хотелось бы сделать то же самое. После того, что произошло летом… у меня такое ощущение, что я падаю, лечу вниз и ни за что не могу зацепиться. Тебе знакомо это чувство?

– Слишком хорошо знакомо.

– Я не имею в виду, что я бы тоже… – Сюзанна потрясла головой. – Пойми, Чарли, я никогда бы этого не сделала, но иногда мне кажется, что я сейчас умру от усталости, мне просто хочется запереться в комнате с полной звукоизоляцией. Здесь никогда не бывает тихо, ни минуты покоя, и даже когда мальчики не ссорятся, а просто разговаривают, мне хочется зажать уши руками – даже тогда, когда они хотят рассказать мне, что делали в школе, самые обычные вещи. Я часто думаю – как хорошо быть… мертвой.

Чарли так хотелось сказать что-нибудь возвышенное о ценности жизни, но слова не приходили. Ее тоже часто посещали такие мысли.

– Мне так хотелось бы, чтобы Исак тоже заботился о детях, а не бросил меня вот так посреди всего этого. Если бы я только могла поспать, чтобы мне не мешали, и додумать несколько мыслей, то…

– Как давно его нет?

Сюзанна ответила, что точно не знает, что все смешалось, но, кажется, уже скоро два месяца. Несколько раз он звонил, но с детьми не встречался, говорил, что ему многое надо обустроить – он сейчас занят собственной судьбой.

– А ты нет?

Сюзанна пожала плечами.

– Но теперь я здесь, – сказала Чарли. – Так что ты можешь обустраивать то, что считаешь нужным, спать, думать – все, что угодно.

– Тут дело не только в Исаке. Все началось намного раньше, до того, как он… подожди минутку.

Сюзанна вышла в кухню и вернулась с пачкой «Принца». Не спрашивая Чарли, протянула ей сигарету, еще одну взяла себе. Они закурили от каминной зажигалки.

– Мне надо было давно с ним расстаться, – проговорила Сюзанна, стряхивая пепел на каминную полку. – Еще несколько лет назад я начала мечтать о разводе. Какая же я идиотка! Где мое самоуважение? В кого я превратилась?

Она обернулась к Чарли, словно ожидая ответа.

– Ты ведь не первая, кто… – Чарли не знала, как закончить фразу. Не первая, поверившая в любовь – и обманутая?

– Столько лет я ему доверяла, – Сюзанна безрадостно рассмеялась. – Похоже, мозги отказывались верить, что он мне врет, хотя задним числом это очевидно. Он спал с другими. Да, но ведь мне не легче от того, что такое сплошь и рядом, – произнесла она таким тоном, словно Чарли что-то сказала по этому поводу. – Для того, с кем это случилось, это все равно ад кромешный. Лучше бы он меня бросил. Почему он от меня раньше не ушел?

Чарли подумала о Хенрике и его беременной жене.

– Возможно, потому, что ему хотелось сохранить за собой все, – ответила она и чуть было не добавила мантру Бетти – что все мужики сволочи.

«А я сама? – подумала она. – У меня тоже все не совсем моногамно – с другой стороны, я и не обещала никому верности до гроба».

– Но самое ужасное – Аннабель, – вздохнула Сюзанна. – Все не могу выбросить ее из головы. Так и вижу перед собой ее лицо. Встречаю иногда ее отца в «Ике» – вижу, как он ссутулился и постарел. И я чувствую… чувствую себя такой виноватой.

– Почему? – спросила Чарли. – Из-за чего ты чувствуешь себя виноватой?

– Из-за всего, – ответила Сюзанна. – Из-за того, что я наорала на нее в тот день, что меня настолько ослепила ревность – и я выместила все не на том человеке, что я скрыла от полиции ее отношения с Исаком. И я понимаю, что бессмысленно себя всем этим мучить, но пойди объясни это моей голове.

– Это пройдет, – сказала Чарли, но потом поправилась: – По крайней мере, со временем становится легче.

Она не была уверена, что это правда, но что ей еще оставалось сказать?

– Я знаю, Исак ее не убивал, – продолжала Сюзанна, – но я не могу не думать, что она, возможно, была бы жива, если бы он держался от нее подальше или если бы я поговорила с ней, вместо того чтобы орать. А теперь ее отец бродит, как привидение, а мама в сумасшедшем доме. Гребаная, трижды проклятая жизнь!

Сюзанна отставила бокал и кинула сигарету в огонь камина.

– Не знаю, как ты, а мне нужно что-нибудь покрепче.

– Я буду то же, что и ты, – ответила Чарли.

Она ощутила, как в животе защекотало от предвкушения. «Я должна сказать «нет», – подумала она. – Я должна сказать, что надо воздержаться от алкоголя, что мы должны справиться с жизненными неурядицами, не одурманивая себя. Но у меня нет на это сил».

Сюзанна вернулась с двумя напитками в пластмассовых стаканчиках.

– Все остальное в посудомойке, – сказала она и протянула один стаканчик Чарли.

– Что это такое?

– Небольшой коктейль из того, что нашлось у меня дома. Возможно, не самый вкусный напиток на свете, однако достаточно крепкий, чтобы согреть изнутри.

Сюзанна отпила большой глоток и оглядела комнату.

– Наверное, мне пора продать дом и оставить все это позади. Скоро Исак потребует свою долю.

– Не может же он выставлять требования сейчас, в такой ситуации? – удивилась Чарли. – Он ведь не настолько глуп?

– Я его совсем не знаю, – ответила Сюзанна. – Не могу сказать, насколько он глуп.

– А где он живет сейчас?

Сюзанна пожала плечами. В последний раз, когда она с ним разговаривала, он был в Стокгольме, но где он сейчас, ей неведомо. Скорее всего, он никогда больше не приедет.

– Приедет, – сказала Чарли.

– Откуда ты знаешь?

– А я и не знаю. Просто так говорят. Но я очень надеюсь – ради мальчишек, – что так оно и будет.

– Остается только надеяться, что он появится, пока не поздно – пока они не начали его ненавидеть.

– Дети… умеют прощать, – сказала Чарли.

– Не все, – возразила Сюзанна.

Некоторое время они сидели молча.

Чарли простила Бетти за все те выходки, которые та устраивала на своих вечеринках, за те дни, когда она просто лежала в кровати, не отвечая на прямое обращение, за все пропущенные родительские собрания, за все несостоявшиеся походы и поездки. Она простила, потому что поняла – Бетти не такая, как все, она не могла по-другому. Но потом, после того, что всплыло этим летом… все же есть границы того, что можно понять и простить.