Чтение онлайн

– Слышь, старик, нас, похоже, приняли за бандитов, – сказал я Хаммеру, на что он с готовностью кивнул. – В который раз! Что будем делать? Прикинемся гражданскими? Будем молчать, как Зоя Космодемьянская?

– Бесполезно. Все равно до конца жизни не закосишь. Уж лучше получить все сразу, чем мучиться в ожидании «инквизиции». Что нам могут пришить? Драку в общественном месте и нахождение во время законного увольнения в гражданской форме одежды… – Сергей старательно загибал пальцы. – Максимум это десять суток ареста, с отбыванием наказания на гарнизонной губе.

– И увольнение в запас тридцать первого декабря, за пять минут до Нового года, – добавил я, растирая то место, где наручники сжали руки. Стандартные милицейские браслеты явно не рассчитывались для ареста бодибилгеров.

– Ну, и это до кучи, – согласился скрепя сердце Сергей.

Вскоре мы подъехали к милицейскому участку. Нас, как нашкодивших котят, выволокли из машины и, подталкивая дубинками в спину, повели в околоток.

Старший сержант, сидящий на месте дежурного, лениво жевал бутерброд с колбасой и запивал его чаем из гранёного стакана. Увидев нас, довольно осклабился.

– Отлично, отлично, Удальцов! Откуда этих?.. – Он взял со стола пачку дешёвых сигарет и торопливо закурил, не спуская с нас сверкающих глаз. – Я что-то засиделся сегодня, пора и размяться!

– Драку учинили в автобусе, – отрапортовал идущий сзади нас «младшой». – К девушкам приставали!

– К девушкам?! – наигранно удивился сержант. – Как думаешь. Удальцов, провести с этими бычками воспитательную работу или просто оставить в камере до завтрашнего утра, без еды и походов в сортир? – Дежурный вылез из-за стола и вплотную подошёл к нам, не переставая улыбаться.

– Попридержи лошадей, командир, – бросил Хаммер, поймав взгляд сержанта. – Не про тебя добыча. Вызывай комендатуру – военные мы, моряки.

– Чего? Ах, военные! Тогда совсем другое дело! – И он изо всех сил ударил Серёгу в живот.

«Не получилось у джигита, вышло у мента», – подумал я в тот момент.

Хаммер согнулся пополам и зашипел, а дежурный снял с вбитого в стену гвоздя связку ключей и кинул её приведшему нас в участок младшему сержанту.

– В четвёртую их, – а сам снова уселся на место за стеклом и принялся доедать бутерброд и допивать остывающий чай.

Несколько шагов по тусклому коридору без окон – и мы очутились в комнате, где, кроме грязного окошка под самым потолком, не было ничего. Обшарпанные стены и давно немытый пол. К тому же кое-кто из недавних обитателей камеры вовремя не был выведен дежурным в туалет.

Нетрудно себе представить, какое выражение появилось на наших с Павловым лицах, едва мы переступили порог. Наручники не сняли, так что нам оставалось только стоять на ногах, прислонившись к стене, и ждать приезда комендатуры с автоматами.

А этот сержант вполне мог свалять дурака и вызвать машину с караулом только на следующее утро, когда кэп сам позвонит коменданту и сообщит о внеплановой задержке двух старшин первой статьи в очередном увольнении.

– Надо же было так влипнуть, елы-палы, – причитал Сергей, рассматривая нацарапанные на стенах надписи. – Кто нас просил ввязываться не в своё дело? Правильно говорят – ни один добрый поступок не остаётся безнаказанным!

– А ты хотел бы познакомиться с той, что с длинными волосами? – небрежно спросил я.

– Ещё бы! – усмехнулся Сергей. – Ты видел, какие у неё ноги?.. Да и личико… И вообще, она просто конфетка шоколадная! Я балдею от загорелых девчонок с белыми волосами!..

– Тогда достань из заднего кармана брюк номер её телефона и балдей дальше, – сказал я равнодушным голосом.

Павлов встрепенулся, словно его ужалила пчела.

– Чего?! Ты это о чем, дружище?

– О том автобусном билете, который успела засунуть тебе в карман та самая блондинка в награду за неслыханный героизм по защите её девичьей чести.

– Да как же я посмотрю номер, если у меня руки в браслетах?! – взорвался мигом проникший в тему Хаммер. – Слушай, Глеб, давай я достану, а ты мне покажешь, а?

Серёга не без труда извлёк из заднего кармана билет.

Я подошёл к нему задом, взял на ощупь бумажку и попытался расправить, чтобы можно было прочитать надпись.

Хорошо мы, наверно, смотрелись со стороны!

– Здесь ничего нет, – наконец раздался позади меня разочарованный голос друга. – Может, на обороте?..

Я перевернул билет.

– Ага! Вижу! – воскликнул Серёга радостно. – Очень плохо написано. Видимо, малышка торопилась.

– Понятное дело, торопилась. Однако долго мне ещё стоять в такой интересной позе?

– Да подожди ты, ничего с тобой не случится! – нетерпеливо ответил Хаммер, вероятно с тщательностью Шерлока Холмса пытаясь расшифровать начирканные авторучкой цифры. – Две я уже пробил, осталось ещё пять… По-моему, третья цифра «семь»! Или… один?

– Ты у меня спрашиваешь? – злился я. – Ты имя-то хоть прочитал?

– Нет тут никакого имени, только номер телефона, – ответил, погрустнев, Павлов. – Но все-таки зацепка имеется, как ни крути!..

– У меня предложение, – с трудом сдерживая нетерпение, сказал я. – Давай засунем этот чёртов талончик обратно в твой карман, а потом, когда нас освободят от наручников, ты сам спокойно во всем разберёшься. Лады?

– Хорошо, хорошо, – не слишком обрадовавшись, согласился Сергей, и мы снова повторили процедуру передачи билета. Он развернулся ко мне спиной, нащупал сначала мои браслеты, затем – талончик, взял его и положил в задний карман своих белых льняных брюк.