Чтение онлайн

И никакого значения не имеет, что этот самый автор просто ужасен в запоминании имен.

В жаркие дни мне никогда не пишется. Прогулки по любой местности в такие дни превращаются из удовольствия в пытку, поэтому, когда три дня я провёл перемещаясь по трем локациям – своему номеру, кафе-мороженому и круглосуточному продуктовому – жители забили тревогу.

Я до сих пор не согласился ни на одно приглашение, но никому и не отказал. А они жаждали увидеть меня. Первым делом я посетил местный музей, где все экскурсоводы уже были натренированы рассказать мне обо всех достопримечательностях, пока я бродил за ними по пятам, записывая каждое слово на новенький диктофон.

В музеях бывало прохладно и почти никогда не было людей, в конце концов именно это я и собирался исправить, поэтому я с большим удовольствием посещал их.

Сразу после музея я отправился в довольно скучную забегаловку, которую тут считали местным рестораном с, как минимум, одной мишленовской звездой. Повар не был способен на полноценный разговор, будучи вдрызг пьяным, а официант – студент первого курса медицинского колледжа – так плавал в меню, что я поспешил удалиться, не дождавшись своего положенного обеда. Я почти что чувствовал все взгляды, направленные в мою спину. Жители городка были недовольны, возможно оскорблены, но что поделать, если всем тут требовалось посетить хотя бы одно занятие по обслуживанию гостей.

В не очень хорошем расположении духа, я отправился в местную мэрию. Там была назначена встреча с неким специалистом по развитию туризма. Уж не знаю, что делает в этом захолустье такой специалист, потому что я в первый раз услышал о Фотуорте от редактора, а ведь я путешествовал по всей Америки, мне случалось забираться в такие отдаленные уголки, что страшно представить. Так что вои прямые обязанности «специалист» выполняет отвратно.

По моему скромному мнению, внутренний туризм у американцев штука достаточно распространенная, а потому, они с радостью заезжают в такие вот городишки. И для того, чтобы туристы появились в вашем городе, вы должны соответствовать хотя бы одному требованию.

У города должна быть история. Любая, на самом деле, но чем больше мистики, тем лучше. Или, может быть, здесь когда-то давал концерт какой-то знаменитый певец или джаз-исполнитель.

В городе должно быть место где припарковаться, постирать белье, слить воду и наполнить баки свежей фильтрованной водой. Обзаведитесь станцией с бесплатными душами и туалетами, устройте несколько площадок для разведения костров и, вуаля, ваш город на картах отмечают красным маркером любители путешествовать в микроавтобусах, или просто те, кто живёт в дороге.

Возможно, вам стоит задуматься над проведением ежегодного фестиваля. Есть некоторая доля вероятности, что тогда город тоже станут посещать, даже когда фестиваль не проходит.

Интересные места. Исторические или новые, но с необычной концепцией. Что угодно, но вы должны сделать объект местной достопримечательностью.

Полезнее первого и второго пункта нет ничего, но жители Фотуорта проигнорировали решительно каждый их них.

Если здесь не найдется достойной изюминки, то ни о какой статье речи и быть не может (а мечты о следующем сборнике пора отправить пылиться на полку).

В мэрии, расположенной в так называемом центре города, меня уже ждала женщина средних лет, одетая в строгий брючный костюм. Она сжала мне руку с такой силой, что я едва удержал слезы в глазах.

– Добро пожаловать в Фотуорт, – сказал она, усаживаясь на диванчик напротив меня. Между нами стоял стол, и женщина уже наливала чай. От напитка в кружке поднимался пар, такой насыщенный и плотный, что я не решился даже притронуться к нему. А вот моя собеседница, с вежливой улыбкой на лице, сделала несколько глотков, кивнула головой и поставила свою кружку на место.

– Итак, меня зовут Кэндис, я специалист по развитию туризма в Фотуорте. Как вы понимаете, встреча с Вами для меня критически важна. Мой отдел старается каждый день, делая наш город привлекательным для посещения и ваш приезд, ваша статья, будут на руку нам всем.

Я кивнул, слушая Кэндис вполуха. Меня больше интересовал сэндвич, лежавший на тарелке, наверняка принесенный подчиненным, которому платят слишком мало, чтобы он приносил тарелку с сэндвичами какому-то писателю из Вермонта.

Женщина поймала мой голодный взгляд и, выразив всем своим видом полнейшее пренебрежение, кивнула, позволяя мне съесть содержимое тарелки.

У меня мгновенно поднялось настроение, и я с большей готовностью отвечал на слишком официальные вопросы Кэндис. От неё веяло духами, которые я часто слышал на особах чуть младше. Но это не имело никакого отношения к делу. Кэндис продолжала закидывать меня вопросами, не получив ни на один из них удовлетворительного ответа. Желая запутать меня, она начала задавать те же вопросы, но в другой интерпретации.

Единственная загвоздка, из-за которой я не мог дать ей ответы – у меня их не было. Её интересовало содержание моей будущей статьи, но я не смел сказать ей о том, что тут у них просто невыносимо скучно. И что само существование статьи под большим-большим вопросом.

Кэндис распрощалась со мной, проводив меня к входу и закрыв за собой дверь ровно с такой силой, чтобы я понял – встреча была непродуктивной.

Право же, мне никогда не понять, чего ожидают административные работники, приглашая на встречи творческих людей и выпытывая у них информацию. Вероятно, они проверяют, насколько я опасен и не стану ли копать слишком глубоко. Но я уже успел нажить себе определенную репутацию, так что им всем стоило перестать волноваться, хотя бы по этому поводу.

После трёх безуспешных встреч я вернулся в отель, к кондиционеру и холодильнику, забитому негазированной водой и виноградным соком. Единственные напитки, которые я мог пить в такую жару, да и вообще в любое другое время года. Мой временный агент из издательства, ожидавший мой следующий сборник рассказов, называл меня скучнейшим человеком на планете, всё потому, что каждый раз в пабе я заказывал пустой скотч, когда мои коллеги напивались коктейлями. Но что поделать, если любишь простоту во всём.