Чтение онлайн

Тьфу ты! Не о том думаю. И вообще я в смятении. А нечего так неожиданно награждать человека чем ни попадя… Черт, опять какая-то ерунда в башку лезет. Как это чем ни попадя? Как раз-таки я более чем доволен наградой. Отныне я на вершине местной «пищевой пирамиды» и никто, кроме Императора мне в этом царстве-государстве не указ. Дорогу я пока что никому не перебежал, значит, явных недругов у меня быть не должно. Со временем, разумеется, появятся, ибо конкуренцию никто не отменял…

Ну все, хватит мечтать! Обдумывать сложившуюся ситуацию будем завтра. Сегодня гуляем и веселимся, благо герольд зычным голосом объявил о начале пира в честь награжденных героев.

Славно посидели за царским столом. Я рассчитывал приземлиться где-нибудь в дальнем конце стола, чтобы в удобный момент по-тихому слинять. Ан нет, к нам подошел какой-то расфуфыренный мужик и препроводил туда, где восседали бояре.

Некоторых я узнал. Да и как не узнать родного отца Драгомира Германовича Иноземцева и деда по линии Шуйских Яромира Афанасьевича. Патриархи сидели практически рядом в непосредственной близости от Государя. На протяжении всего застолья нет-нет да почувствую на себе заинтересованный взгляд то одного, то другого родственника. Впрочем, таких взглядов хватало и от других представителей боярских родов. Батя был в форме гвардейского полковника. Дед щеголял упраздненными последней военной реформой золотыми эполетами и мундиром старого образца генерал-аншефа. Интересно, где он умудрился заработать полного генерала по нынешней табели о рангах? Нужно будет почитать где-нибудь, все-таки не чужой человек моему реципиенту.

Поскольку особого любопытства эта парочка ко мне не проявила, у меня были все основания полагать, что батя с дедом, не в курсе того том, кем на самом деле приходятся новоиспеченному Спасителю Отечества. А вот и ошибся.

По завершении застолья оба подкатили к нам с Машей.

— Сын? — задал, что называется, вопрос в лоб Драгомир Германович.

— Внук? — практически синхронно поинтересовался Яромир Афанасьевич.

— Сын и внук, — пожал плечами я, делая морду кирпичом, мол эка невидаль пропажа обнаружилась столь неординарным образом. Ну не желаю принять участие в трагикомическом фарсе в духе Болливуда.

— Почему хоронился от родных? — нахмурил кустистые брови дед.

— Чудом спасся от убийц матушки и сестрицы. Едва живой в полном беспамятстве набрел на избушку тамошней целительницы. Два с лишним месяца провалялся в горячке. Когда очнулся, ничего из прошлой жизни не помнил, даже не знал кто я и как меня зовут. А когда осознал, кем на самом деле являюсь, сильно испугался, ибо неспроста пропадают без вести патриархи Великих Боярских родов и вообще, не было у меня доверия даже к вам Яромир Афанасьевич. По закону при моем появлении вы обязаны были сдать меня на руки опекуну с непредсказуемыми для моего здоровья последствиями. Это лишь потом я узнал, что Иван Германович добрейшей души человек и абсолютно непричастен к пропаже батюшки. Но тогда я боялся мышиного шороха в подполье. Потом у меня открылся Дар ведуна. Помещица Третьякова добрейшей души женщина взяла надо мной опекунство, за что я ей весьма и весьма благодарен. Для себя решил, пробиваться наверх собственными силами. Как видите, мне это удалось. Кстати, разрешите представить, моя невеста Мария Витальевна в данный момент матриарх рода Беляевых.

Столь краткий пересказ моих приключений не удовлетворил ни отца ни деда. Пришлось пригласить их в гости в поместье подруги для более подробного отчета. Как бы там ни было, я до сих пор являюсь официальным претендентом на патриаршество в обоих этих родах. Если у Шуйских восьмой или десятый в очереди, у Иноземцевых и вовсе первый. Ну это в случае смерти отца, коей я вообще не желаю.

Слава Богу, ожидаемых телячьих нежностей не последовало. Расстались душевно, пожав друг другу руки. Кажется, дед слегка прослезился. А вот отец держался молодцом. Справедливости ради, поддержка двух сильных Великих родов станет неплохим подспорьем, особенно на начальном этапе становления рода Воронцовых.

Покинули дворец, когда на город опускалась вечерняя мгла. Решили пешочком прогуляться до гостиницы.

В голове сущий кавардак из-за внезапно обрушившегося на меня счастья. Подруга, прекрасно понимая мое состояние, деликатно помалкивала, даже вопросов особо не задавала насчет объявившейся родни, что для терзаемой любопытством девушки было самым настоящим подвигом.

Да, теперь я боярин. Мне выделят землю, на которой я смогу воплощать в жизнь любые свои планы. С чего начать? Авиация, само собой, меня от нее никто не отставит. Однако помимо развития технологий необходимо развивать магию. Теперь, когда в моем распоряжении есть универсальные, то есть доступные любому одаренному человеку чародейские методики, можно продвинуть магию не как эмпирические потуги избранных везунчиков, а как полноценную науку на основе универсальной символики, доставшейся мне в наследие от иной цивилизации. Да, нам нужен свой Хогвартс, где будут взращиваться маги-универсалы, то есть ведуны. Где взять столько людей с сильным Даром, спросите вы. А сам-то я на что? Мой давний эксперимент по активации у неодаренных детишек чародейских способностей доказал, что магия не есть удел лишь избранных. Каждый индивид способен стать не просто одаренным. При соответствующем подходе и желании он может достигнуть немыслимых вершин в деле чародейства и волшебства.

Так или иначе, естественные и гуманитарные науки, технологии и магия должны развиваться и гармонично переплетаться на благо всему человечеству. А как это воплотить в жизнь, нужно думать, думать и думать. Но для этого, надеюсь, будет предостаточно времени. А сейчас прочь всё серьезное из башки. Рядом со мной любимая женщина, о которой не следует забывать.

Обнял Машу, поцеловал в нежное розовое ушко, тихонько шепнув:

— Прости, любимая, что многое скрыл от тебя. Позже поведаю всё, как на духу. У нас с тобой впереди целая жизнь.

Девушки ничего не сказала в ответ, лишь одарила меня своей очаровательной улыбкой, дескать куда ты от меня денешься, взяла по-хозяйски своей маленькой, но крепкой ручкой мою руку и потянула за собой. Так мы и пошли, взявшись за руки, в наше светлое будущее.

Конец третьей книги