Чтение онлайн

–  Нас!

–  Пятьдесят офицеров и один. Мы знаем друг друга и полагаемся.

–  Хватит ли этого числа?

–  Хватит, вполне.

–  Мы!

–  Мастера.

–  Способны ли мы узнать Гроссмейстера, встретив его?

–  Да, в любом облике, по сути его.

–  Если в качестве Гроссмейстера я представлю вам этого человека, оспорите ли вы мои слова?

–  Мы узнаем его, свидетельствуем это, и слов твоих не оспорим.

И только это он настроился было на торжественный лад, как его схватили пара десятков рук.

–  На ковер его, на ковер!

–  Кавалера - раз!

Он плавно взлетел в воздух, рискуя ушибиться о потолок, и плавно же был пойман.

–  Командора - два!!

–  Гроссмейстера - три!!!

–  Господин сидящий по правую руку, - готов ли кубок?

–  Непременно.

–  Ого…

Справедливости ради надо сказать, что после венчальной пить его больше не принуждали. И уж совсем под занавес сосед справа взял его под локоток:

–  Я Рохраннах… Вот вы скажите мне, не припоминаете ли некоего вислоуха из породы стамесконосых, с чьего хвоста вы столь изящно и своевременно сняли некий репей?

–  Репей - отрывал, да, - чувствуя, что губы его деревенеют, с излишней четкостью проговорил он, - но стамеско… носыми там и н- не пахло. Всякому могут в хвост зайти, а вот так вот все время выскальзывать из прицела может не всякий, а не более, чем один из четырех самых-самых… Ис-счезающее искусство?

–  Так это я был. Здорово, а?

–  М-м-м…

–  Двадцать два человека должны безусловно выполнить любую вашу волю, каждый - один раз.

–  Двадцать три.
– Отрывисто поправил Бригадир.

–  Н-наде-юсь, что до этого не дой-дет… Н-негодяи, я же н-не пью!

И старательно, со всей сосредоточенностью уставился в пустую тарелку перед собой, тем не менее воспринимая в пассивном режиме разговор по левую руку от себя:

–  Экая незадача… Ну да ничего, дело поправимое, дайте знать Рашу…

Через некоторое время чьи-то руки в форменных рукавах ловко убрали его тарелку, подменив другой. Руки эти он видел периферийным зрением, боясь поворачивать глаза.

–  Отведайте, Гроссмейстер. Как рукой…

Стараясь, по возможности, не шевелиться и двигать одной только правой рукой, он подцепил серебряной вилочкой кусок какой- то бело-розовой плоти. М-м-м… И, словно перед этим ничего не ел, Дубтах накинулся на эти пахучие, упругие кусочки со вкусом , навевающим то ли смутные, то ли вообще ложные воспоминания. В единый момент прикончил свою порцию, действуя, как автомат, позабыл о приличиях, выпил пронзительного сладковато-соленого вкуса бульон и почти мгновенно почувствовал себя лучше.

–  Ф- фу… Поразительно. Что это такое?

–  Одно крупное морское ракообразное. Страшная с виду, шипастая такая пакость, однако же равно пригодная как еда и как лекарство.

Дверь за его спиной открылась и очень бодрый , довольно- таки зычный голос оглушительно гаркнул:

–  Здорово, защитнички! Никак пьянствуете, негодяи?

Тигроглазый пилот "реверсейла" в сером мешковатом комбинезоне и нахлобученной на уши здоровенной серой пилотке стоял подбоченившись и широко расставив ноги в мягких бутсах.

–  Да, - ответил ему Бригадир, - а ежели тебе поднесем, - нешто откажешься?

Подумав не более полусекунды, тигроглазый тряхнул головой и решительно стянул с себя пилотку.

–  Инда быть по сему: я сегодня не за рулем, я сегодня с посланием… Кстати, уважаемый, - его взгляд враз уперся в только еще обретающие способность к сосредоточению глаза Дубтаха, - это и вас касается…

Как это выяснилось приблизительно через час, послание его состояло в "белке" с командирского "реверсейла", данной в обработке какого- то очень уж квалифицированного специалиста.

–  Должен вам сказать, - проговорил гость, мастерски управляя этапами записи, - что вы, благородный господин, войдете в историю в связи с первым случаем участия в боевых действиях наших, принципиально-нового типа машин. Эпизод с лжеконтейнеровозом, на море, вы знаете… А вот как обстояло дело с той самой колонной, на которую вы столь любезно нас навели: к тому моменту, как мы подоспели к табору геофизиков, она находилась от них на расстоянии прямой видимости… Во-он там, видите? Заметив колонну, ваш покорный слуга разобрался в ее составе и решил: если нет свидетелей, то нет и преступления. Достаточно сказать, что сия колонна имела в своем составе три расположенных по всем правилам КЗК "Остегг - 2".

–  Ого!

–  Да, представьте себе… Так что наше счастье, что к этому времени вернулся "двести одиннадцатый" и при его помощи мы увидели эти штуковины первыми…

На экране, обведенные квадратами, на миг возникли новейшие зенитные комплексы совместного Рифато-Шиссанского производства, - в общем строю колонны, затем грубое, но укрупненное изображение показало, что это именно они.

–  Тогда мы решили действовать максимально бережно и с максимального же расстояния…

"Реверсейлы" снизились, из-под брюха шести из них сорвались те же самые "Га-Таррах - 3/в" в универсальном варианте "воздух - поверхность": на экране картина стремительно бегущего плоскогорья, передаваемая с низколетящих крылатых ракет, вот они достигли директивного места, круто взмыли и обрушились на колонну сверху. Изображение исчезло.

–  А спустя некоторое время, - тоном доброй бабушки, читающей внукам сказку, продолжил гость, - поставив помехи и на всякий случай поплевывая фольгой, до места происшествия добрались и мы сами, зато на вполне приличной высоте…Так что видно было далеко… И, сколько ваш покорный слуга глазами не лупал, "Остеггов" не узрел. Натурально, говорю ребятам: "Фас!"… Нет, все-таки до чего забавно ведут себя наземные группировки без зениток и прикрытия с воздуха. Вон, поглядите, - два вездехода от нас пытались удрать. Аж на три километра удрали. Вот они отдельно, а вот в совокупности с залпом из двух барабанных "Октаэдров" с компьютерным управлением. При такой скорострельности - и всего пять снарядов мимо…

На экране, в замедленном показе, два бронированных экипажа прыгали и извивались, как живые под градом тридцатидвухмиллиметровых снарядов, разлетаясь вдребезги с такой скоростью, что раздетое, изломанное подобие шасси еще продолжало двигаться вперед, когда основная масса машины уже была рассеяна в воздухе и на земле.

–  А эти вот спрятались, дурашки, за камешек, и теперь вы можете видеть, как Ринкс спустил на них две "шахматного" типа кассеты по сто шестьдесят девять…

Поверхность "камешка", а вместе с ней - поверхность вокруг камешка какбудто бы мгновенно вскипела и продолжала бурлить белыми вспышками и дымно-пылевыми гейзерами еще несколько мгновений.