Чтение онлайн

Обстрел левого фланга русских позиций на перешейке немедленно прекратили, и под проклятия своих сухопутных коллег, стали полным ходом отходить, чтобы в преддверии спускающейся с небес темноты успеть спрятаться в подходящих бухтах. Где и ждать: повезёт - не повезёт, найдут - не найдут...

– Два дыма на левом крамболе!.. Третий!

Матусевич, на этот раз поднявший свой флаг на 'Богатыре', вскинул к глазам бинокль и повернулся в указанном сигнальщиком направлении. На горизонте действительно виднелись дымки, происхождение которых необходимо было выяснить в самое ближайшее время.

– Передайте на 'Севастополь', - не отрывая оптики от глаз, бросил адмирал.
– И запросите разрешение на разведку, - Хоть они с Ухтомским теперь имели одинаковые чины, но командовал операцией всё-таки князь, так что срываться без его разрешения не следовало.

– Ну что, Александр Фёдорович, - оглянулся на командира крейсера начальник минных сил.
– Думаю, что необходимо сбегать к этим дымам. Ставлю червонец против рубля, что это неприятель.

– Не приму ставки, ваше превосходительство, - отмахнулся Стемман.
– Понятно, что японцы - кто ещё рискнёт здесь сейчас разгуливать во время военных действий. Да ещё и группами...

– С 'Севастополя' передали: 'Добро', - отмёл последние сомнения крик сигнальщика.

– Курс норд-вест шестьдесят градусов, иметь ход девятнадцать узлов, передать на 'Диану': 'Следовать за мной!', - начал сыпать распоряжениями Матусевич.
– То же на 'Расторопного' и 'Сторожевого'.

– Не поспеет за нами 'Диана' с такой скоростью, - попытался урезонить адмирала командир крейсера.

– Знаю. Просто пусть стараются, как могут. Нам их ждать недосуг. А если бой завяжется - как подвинтят - так подвинтят...

Когда начальнику Шестого боевого отряда доложили, что на его крейсера надвигается 'Богатырь', а за ним следует ещё один большой крейсер русских, Того-младший даже не встревожился:

– Поднять сигнал: 'Отходить к устью залива. Иметь ход пятнадцать узлов. 'Суме' - двенадцать узлов. Радио на 'Ниссин': 'Идти навстречу'.

Адмирал невозмутимо поднёс бинокль к глазам и стал сосредоточенно высматривать каждый маневр приближающегося русского крейсера. А 'Богатырь' был тем ещё игроком в намечающейся катавасии - его бортовой залп практически равнялся таковому от всего Шестого боевого японцев, а уж когда подоспеет 'Диана' - сынам Аматерасу останется только молиться...

– Двухтрубный японец отстаёт!
– азартно выкрикнул сигнальщик.

– Ну, этого мы точно догоним, - хищно выдохнул Стемман.

– Не догоним, Александр Фёдорович, - осадил каперанга адмирал.
– Но погоняемся. Временно. Передать на 'Диану' и миноносцы: 'Курс норд-вест, осмотреть подходы к бухтам. В случае обнаружения неприятеля - атаковать!'.

– Думаете, японцы нас за нос водят, - понял каперанг, - пытаются увести от своих канонерок?

– Более чем уверен, - отозвался Матусевич.
– И эта 'хромая утка' нам специально подсунута - от 'утят' нас увести хочет. Как только приблизимся на дистанцию поражающего огня - быстро выдаст все свои паспортные узлы и улепетнёт под защиту отряда и броненосных крейсеров, которые, наверняка, уже идут навстречу. Не уважают нас японцы - дураками считают. Ну и пусть себе, не будем их разочаровывать, временно сымитируем погоню за этим 'подранком'... А светлейший пусть ловит прячущиеся по углам японские канонерки.

Светлейший князь Ливен, командир 'Дианы', потратил на поиски не так уж и много времени - буквально через четверть часа после отворота на норд, по курсу обнаружился дым, который немедленно стали преследовать. А ещё через непродолжительный отрезок времени уверенно опознали японскую канонерку, которая на все своих немногих узлах пыталась спастись от надвигающейся махины русского крейсера.

На зуб 'богине охоты' попался 'Чокай' - кораблик грозный для берега, но практически не представлявший опасности для своего нынешнего преследователя, который только по водоизмещению превосходил жертву в десять раз. Да, на канлодке имелась крупная, двухсотдесятимиллиметровая пушка, но дальнобойность этого короткоствольного орудия была по меркам морского боя просто смешной.

– Даже топить неудобно эту калошу, а, Андрей Александрович?
– весело посмотрел на своего командира старший офицер 'Дианы'.

– Очень даже удобно, - не принял шутливого тона Ливен.
– А высшая доблесть для военного, по-моему, не геройски погибнуть в бою с превосходящими силами противника, а поймать его в тот момент, когда он слабее и уничтожить. Ну, или заставить сдаться.

– Полностью согласен, - слегка смутился Семёнов.
– Но, думаю, что от японцев белого флага мы не дождёмся.

– Разумеется. Но выполнить необходимые формальности всё-таки стоит. Сигнальные! Поднять: 'Предлагаю спустить флаг и сдаться'.

Никто не удивился, когда в ответ на взлетевший на мачту флажный сигнал японец грохнул выстрелом. Снаряд лёг с большим недолётом.

– Ну вот. Действия по протоколу завершены. Начинайте, Леонид Леонтьевич.

Старший артиллерист крейсера, лейтенант Иванов-пятнадцатый удовлетворённо кивнул, и через минуту баковая шестидюймовка послала во врага первый пристрелочный снаряд.

Когда всплески начали приближаться к борту 'Чокая' капитан второго ранга Ямадауми понял, что чуда не произойдёт - помощи ждать неоткуда, а маленькой канонерке вполне хватит трёх-четырёх попаданий калибром в шесть дюймов, чтобы взять курс по направлению к морскому дну. А попадания не замедлили последовать. Сначала взрывом уничтожило кормовое орудие и на юте разгорелся пожар, потом пробило борт с разрывом в машинном отделении - корабль почти полностью потерял ход и окутался паром. Даже на мостике были слышны вопли обваренных в утробе корабля кочегаров и машинистов. А следующий снаряд избавил командира канонерки от созерцания дальнейшего разрушения и уничтожения 'Чокай' - разметало как мостик, так и всех, кто на нём находился...

С совсем уже убийственных десяти кабельтовых 'Диана' прошлась по корпусу гибнущей канонерской лодки шквалом ещё и трёхдюймовых снарядов, после чего очередной японский корабль был вычеркнут из списков Объединённого флота.

– Горизонт чист. Ловить вроде больше некого. Прикажите спустить катер, Владимир Иванович. Попробуем вытащить из воды этих горемычных японцев, что уцелели в бою.

Катер немедленно спустили, катер отвалил от борта 'Дианы', и те, кто ещё совсем недавно прикладывал все силы, чтобы затоптать в волны японских моряков, рисковал собой, чтобы отобрать у пучины жизни этих же самых японцев...