Флаг Командора
Шрифт:
Лишь у входа на квартердек один из офицеров фрегата собрал вокруг себя десятка четыре матросов и с их помощью попробовал переломить ход сражения.
На эту группу с налета набросилось человек пятнадцать французов.
Во главе нападавших несся ладно сбитый мужчина в черном камзоле со шпагой в одной руке и пистолетом в другой.
Предводитель пиратов мгновенно проткнул одного из защитников корабля. Выстрелом он уложил другого, отбросил бесполезный пистолет, ушел от рубящего удара и сам полоснул незадачливого рубаку клинком. В следующий миг флибустьер уже перебросил шпагу в левую руку, правой выдернул из ножен кинжал и, не прекращая движения, метко метнул его в очередного бедолагу.
Шпага снова переметнулась в правую руку и врубилась в шею ближайшего матроса. Левая рука сразу выхватила из портупеи очередной пистолет, и грянувший выстрел лишил корабль еще одного защитника.
Со стороны движения главаря напоминали отточенный, смертоносный для окружающих танец. Британцы поневоле отпрянули в стороны. Лишь организовавший оборону офицер попытался встать на пути пиратского капитана. Но их схватка не продолжалась дольше нескольких мгновений. Офицер рухнул на палубу, главарь же в несколько прыжков взлетел на ют.
Лорд Эдуард по-прежнему держался за левое плечо, в которое угодила пуля. Сэр Чарльз и сэр Генри стояли рядом с обнаженными шпагами. Мэри, как заботливая дочь, обняла отца. Остальные, похоже, делали вид, что лично их происходящее не касается.
– Бросайте оружие! Жизнь гарантирую! – по-английски выкрикнул флибустьер.
Его глаза блестели возбуждением боя, лицо слегка покраснело. Стоявшим перед ним британцам он показался воплощением бога войны. Энергичным, радующимся самому факту схватки.
– Генри! – Леди Мэри бросила на кандидата в женихи выжидающий взгляд.
Положение обязывает.
Сэр Генри словно очнулся от внезапного столбняка и шагнул к одинокому противнику.
Тот чуть усмехнулся, мол, выбор ты сделал сам, и, чуть пританцовывая, двинулся навстречу.
Скрестились клинки. Только поединка не получилось. Мгновение – и шпага сэра Генри была отбита. Главарь пиратов сразу воспользовался этим и стремительным выпадом погрузил лезвие в грудь англичанина.
Капитан фрегата рухнул на колени, да так и застыл, прикрывая рану обеими руками.
– Что ж вы так неосторожно, сэр? – насмешливо спросил флибустьер. – Вам бы сначала потренироваться на кошках.
Смысла последней фразы никто не понял.
– Еще есть желающие? – Главарь разбойников извлек носовой платок, вытер окровавленный клинок и выжидающе посмотрел на находившихся на юте.
Сражение внизу уже завершилось. Часть матросов присоединилась к погибшим в самом начале товарищам, другая предпочла гибели сомнительную участь плена. Таковых сгоняли в носовой кубрик, чтобы не мешались на заваленной телами палубе.
Несколько флибустьеров уже карабкались на помощь своему предводителю. Если он, конечно, вообще нуждался в помощи.
– Объявляю вас своими пленниками, господа! – Ждать желающих сразиться флибустьеру явно надоело. – О выкупе мы договоримся. Назовите свои имена.
Чувствовалось, что английский ему не родной, хотя владел он им достаточно неплохо.
Сэр Чарльз досадливо бросил шпагу на палубу и уже с вполне светскими интонациями изрек:
– Это лорд Эдуард со своей дочерью. А вы, как понимаю, капитан Санглиер?
– К вашим услугам, сэр, – не без насмешливости изрек Кабанов и добавил: – Но мои люди предпочитают называть меня Командором. Бросьте вашу шпагу, лорд. В ближайшее время она вам не понадобится.
Инспектор строго поглядел на противника, но его рука уже сама потянула оружие из ножен. Не так, как тянут, желая пустить его в ход, а так, как достают, чтобы вручить победителю.
И тут вмешалась Мэри.
Изящным движением она подхватила с палубы шпагу сэра Чарльза, направила клинок в сторону Кабанова и гордо произнесла:
– Вы еще не скрестили оружие со мной.
Командор с интересом взглянул на девушку и пожал плечами:
– Сожалею, леди, но я не воюю с дамами.
Мэри побледнела, если возможна бледность больше ее природной, прикусила губу и решительно шагнула к Командору:
– Придется.
В подтверждение слов ее клинок прочертил воздух в опасной близости от Командора, и последнему не оставалось ничего другого, как сделать шаг назад.
– Защищайтесь!
– Разве что, – буркнул Командор.
Он действительно поступил в полном соответствии со своей фразой. Мэри с энергией и немалым умением обрушила на него целый каскад выпадов, но Санглиер не сделал ни малейшей попытки перейти к ответному нападению.
Победители и пленники молча взирали на разыгравшийся перед ними поединок.
Потом Командор почти неуловимо крутанул свою шпагу, и оружие Мэри отлетело в сторону.
Пираты восторженно взвыли.
– Пошутили – и хватит. Я же сказал, что с дамами не воюю. Могу сказать вам в утешение, леди, вы – превосходная фехтовальщица. Но, по правилам поединков, отныне являетесь моей пленницей.
Словно дождавшись последних двояко звучавших слов, все еще стоявший на коленях сэр Генри со стуком рухнул на палубу.
Мэри лишь вскользь взглянула на упавшего. Ее глаза были устремлены на Командора, и в ее взгляде высокомерие причудливо сочеталось со страхом. К этому было добавлено что-то еще, почти неуловимое, но несомненно присутствующее.
Может, ожидание?
Командор повернулся к стоящим позади флибустьерам и обратился к одному из них, пожилому и полноватому:
– Петрович! Посмотри, что с раненым. Я не стремился его убивать, – после чего, словно спохватившись, добавил несколько слов на неизвестном остальным языке.