Чтение онлайн

— Призрачных бомб? — заинтересовался Зак. — В смысле — запихать призрака в бомбу и швырять ее в людей?

— Ахахаха! Да! — истерически расхохотался некромант, больше не сопротивляясь принуждению. — Но не одного призрака! Сотни! Даже тысячи! И нет… кидать не в людей… Нет, нет… в города.

— Что? — нахмурился Зак.

— Призраки могут множиться, — тихо сказал Аланик. — Дай призраку время и много жертв — и он обратит в себе подобных всех людей, до чьих душ дотянется.

— Да, вот именно! — яростно закивал Судомир. — Только представьте, что будет, если выпустить тысячи этих тварей в центре большого города. Если прорыв не подавят немедленно — весь город в считанные часы будет населен лишь призраками! Только у Церкви Триумвирата достаточно специалистов, чтобы бороться с масштабным нашествием призраков, но Плач изрядно ее проредил. Имей я достаточно таких бомб — Эльдемару пришлось бы пойти на уступки. О да, им бы пришлось…

Судомир ушел в себя — остальные молчали, осмысливая услышанное.

— Чтобы вас приняли всерьез, вам пришлось бы хотя бы раз использовать такую бомбу в городе, — наконец заметил Зориан.

— Да, разумеется, — терпеливо, как ребенку, ответил Судомир. — Это и так очевидно. Я думал начать с Суламнона. Тогда бы сразу разгорелись новые Войны Раскола. Суламнон бы просто не стал слушать никакие оправдания Эльдемара. Особенно если улики указывали бы на Эльдемар. В разгар новой войны у Короны просто не хватило бы сил разделаться со мной. Скорее наоборот, они обратились бы ко мне за помощью. Я…

Некромант внезапно прервался, замерев с почти вменяемым выражением.

Но только на миг. Его глаза вновь стали безумными — но несколько иначе. Теперь в них были агрессия и жестокость. Лицо исказилось в маску ярости.

Судомир резко позеленел и начал разбухать. У него отросли хвост и рога, зрачок стал вертикальным, зубы заострились. Зориан предупреждающе крикнул — он уже видел, как некромант оборачивается в здоровенное чудище.

Но Аланик уже действовал. Как только началась трансформация — жрец рванулся вперед и впечатал ладонь в грудь Судомира. Вокруг пленного некроманта возникли и закружились множество желтых лент, покрытых, похоже, религиозными письменами. Ленты крутанулись еще раз и впитались в плоть Судомира, мгновенно возвращая ему человеческий облик.

Целую секунду некромант пораженно смотрел на Аланика.

— Ох, — наконец сказал он. — Надо же. Не получилось.

Аланик сделал рубящий жест левой рукой и легонько ткнул Судомира пальцем в лоб. Тот вспыхнул темно-красным светом и обмяк, лишившись чувств.

— Идем, — скомандовал Аланик, поманив за собой парней. — Продолжим допрос позже. Сейчас — штурм.

Глубоко в подземельях Сиории, в одной из свежеотрытых пещер вдалеке от основной сети туннелей, собралась небольшая армия. Из двух сотен человек сто двадцать были собранными Алаником солдатами, остальные — наемники, обошедшиеся Зориану в кругленькую сумму. Само собой, в это число не входили исследователи, ожидающие шанса изучить врата, големы Зориана, наделанные с начала месяца, — все восемь десятков — и сорок наемниц-аранеа, набранных из трех паутин, порекомендованных Посвященными Молчащих Врат.

Совсем немного по меркам армий. Но все равно, крупная группа, которую не так-то просто незаметно провести мимо ибасанских патрулей.

Не так-то просто для обычных магов. Зориан мог просто послать симулакрума проскользнуть мимо дозорных и без малейших проблем провести весь отряд сквозь Врата.

Скрытное проникновение на территорию ибасанцев, занятие форпоста, а затем и внезапный удар по лагерю — и все это посредством пространственных врат — было в этом что-то глубоко удовлетворяющее.

Рассовывая металлические цилиндрики с алхимическим составом по кармашкам пояса, Зориан ощутил приближение Зака.

— Ты выглядишь обеспокоенным, — заметил напарник.

Зориан нахмурился. Сам он до этого не замечал, но… да. Есть такое дело.

— Немного, — признал он, продолжая собираться. — В смысле — мы можем столкнуться с Кватач-Ичлом. Одним из немногих, кто может нанести нам серьезный ущерб. Каждая встреча с ним — большой риск.

— А, да все будет нормально, — беззаботно ответил Зак, сильно хлопнув его по спине. Зориан качнулся и наградил коллегу убийственным взглядом, но Зак только ухмыльнулся. — К тому же, долбаный скелет не так уж и страшен. Я бился с ним не раз и не два — и все еще жив. По каким-то причинам в бою он не пользуется школой некромантии.

Тут в разговор вступил Аланик, вместе с Ксвимом изучавший карту ибасанского лагеря.

— Большинство заклинаний некромантии не подходят для битвы, — пояснил он, не отрываясь от карты. — Требуется слишком сильная концентрация, да и нужно преодолеть сопротивляемость цели. Быстрее и экономнее просто сжечь врага или нашинковать на кусочки. "Жуткие заклятия некромантии", встречающиеся в приключенческих книгах — не боевые, а пыточные, используемые на беспомощных пленниках. Не то, что применяют в равном бою.

Повисло молчание. Когда-нибудь, решил для себя Зориан, он обязательно поспрашивает Аланика о его прошлом. Да, пожилой жрец наверняка будет запираться — но если удачно подобрать время и проявить настойчивость?

Но да ладно. Это все потом. Он подумывал возразить, что равных боев с Кватач-Ичлом у них и не происходит — между ними и древним личем все еще пролегала натуральная пропасть в уровне навыков — но речь, пожалуй, не о том. Аланик имеет в виду, что для Кватач-Ичла боевое использование некромантии неоптимально — и он, вероятно, прав. Привычка играться с противниками до добра не доводит — а лич достаточно рассудителен, раз уж прожил больше тысячи лет.

Сказать по правде, те искрящие расщепляющие лучи, что охотно использовал Кватач-Ичл, и сами по себе были достаточно жуткими.

— А знаешь, — неожиданно сказал Зориан. — Видел бы нас прежний я — пришел бы в ужас.

— Почему? — Зак вопросительно изогнул бровь.

— Этот наш штурм — очень… дерзкая затея, — сказал Зориан. — Тот, кем я был раньше, ни за что не признал бы его оправданным риском. Какая-то часть меня назовет это трусостью — но другая задается вопросом: не исказила ли временная петля мое восприятие опасности. Что, если мы вырвемся из петли и разберемся с Красным — только чтобы погибнуть через пару месяцев, по привычке занявшись чем-нибудь самоубийственным?