Филиал
Шрифт:
Все расположились у вывески – и молодые, и старые, и Митенька на руках у Катьки, и кот Мурзик на руках у Виктории Львовны.
Профессор фотографировал. Ему пришлось отойти на дорогу, чтобы все поместились. Движение остановилось, Все смотрели нашу свадьбу. И Гоголь смотрел, свесив нос.
Профессор щелкнул.
И вдруг откуда ни возьмись – музыка донеслась. Лезгинка. Глянула я из окна на бульвар – смотрю а там приближается толпа человек с полсотни. Пляшут на ходу, поют…
– Глядите туда! – крикнула нашим.
Все повернулись. Нодари сказал:
– Родственники из Тбилиси. Самолет опоздал немного…
А они катятся по бульвару. Солнышко сияет, осень золотая, в воздухе тепло… Сейчас будет веселье.
Я окошко прикрыла, вернулась в прихожую. А там двое мальчишек фехтуют прямо возле стола. Ловко у них получается. Засмотрелась я на них. А лезгинка приближается, уже по лестнице катится вверх. Отворяй, Семеновна, ворота…
ГОГОЛЬ: «Но что страннее, что непонятнее всего, – это то, как авторы могут брать подобные сюжеты. Признаюсь, это уж совсем непостижимо, это точно… нет, нет, совсем не понимаю. Во-первых, пользы отечеству решительно никакой; во-вторых… но и во-вторых тоже нет пользы…»
1985