Чтение онлайн

Здесь он видел не яркую голубизну, которая обычно ассоциировалась у него со смертью, а темно-синий цвет. Но, переведя взгляд на смертельно больную Дороти Виттерс, Декер понял, в чем дело. Судя по всему, близкая неминуемая смерть просто представлялась у него в сознании другим оттенком синего.

«Что ж, очень любопытно. Мой изменившийся мозг продолжает подбрасывать мне сюрпризы».

Ему не хотелось присутствовать здесь, когда Виттерс умрет, потому что он не хотел видеть, как темно-синий цвет резко сменится голубизной.

– У меня все хорошо, – наконец сказал Декер.

Пройдя в палату, он пододвинул стул и подсел к койке. Миллиган остался стоять.

– Миссис Виттерс, я Амос Декер, а это Тодд Миллиган. Мы пришли, чтобы поговорить с вами об Анне Беркшир. Насколько нам известно, она навещала вас сегодня утром.

Виттерс подняла на него свои глубоко запавшие глаза. Кожа у нее была бледно-серая, водянистые глаза слезились, дыхание прерывалось. Декер обратил внимание на катетер у ключицы, через который вводились лекарственные препараты.

– Анна действительно была здесь, – медленно произнесла старушка. – Я удивилась, потому что она пришла раньше обыкновенного.

– Вы помните, о чем вы с ней говорили?

– Кто вы такие?

Декер уже собирался показать свое удостоверение, но Миллиган остановил его.

– Мы знакомые Анны, – сказал он. – Она попросила нас заглянуть сегодня к вам, потому что хотела сама вернуться сюда и поговорить с вами, но затем обнаружила, что не сможет.

Водянистые глаза наполнились тревогой.

– С ней… с Анной все в порядке? Она, часом, не заболела, нет?

– Она не испытывает абсолютно никакой боли, – честно произнес Декер.

Он рассчитывал на то, что лекарственные препараты существенно замедляют мыслительные процессы старушки; в противном случае Виттерс могла понять, что весь их разговор лишен смысла.

– О, ну да, все было как обычно. Погода. Книга, которую Анна читала и пересказывала мне. Моя кошка.

– Ваша кошка? – удивился Миллиган.

– Санни уже давно околела. С тех пор прошло десять лет. Но Анна любит кошек.

– И больше ничего? – спросил Декер.

– Нет, больше я ничего не припомню. Анна пробыла у меня совсем недолго.

– Вы не заметили ничего странного? Все было как обычно?

Голос старушки наполнился скрипом.

– С Анной точно всё в порядке? Почему вы задаете такие вопросы? Пусть я умираю, но из ума еще не выжила.

Декер отметил, как водянистые глаза на мгновение превратились в два кремня, после чего снова погасли.

– Ну, если вы хотите знать правду… дело в том…

– Миссис Виттерс, мы и не думаем, что вы выжили из ума, – поспешно перебил его Миллиган. – Как собирался сказать вам мой коллега, дело в том, что сегодня Анна упала и ударилась головой. Врачи уверяют, что все будет в порядке, но у нее кратковременная амнезия. А ей необходимо вспомнить пароль к телефону, код охранной сигнализации квартиры и компьютера. Она прислала нас сюда, чтобы мы выяснили, о чем она говорила здесь с пациентами. Мы перескажем ей это и, возможно, растормошим ее память. Врачи сказали, что такое часто случается.

Виттерс испытала заметное облегчение.

– О, хорошо. Я очень сожалею, что Анна упала.

Мельком взглянув на Миллигана, Декер снова уставился на старушку.

– Поэтому мы будем очень признательны вам за все, что вы нам скажете, – сказал он.

– Ну, опять же, говорили мы недолго. Хотя сейчас я припоминаю, что Анна действительно показалась мне чем-то озабоченной. Обыкновенно она сама ведет разговор, но сегодня мне пришлось несколько раз ее подталкивать.

Миллиган резко посмотрел на Декера, но тот не отрывал взгляда от Виттерс.

– Вы не спрашивали у нее, в чем дело?

– Вообще-то спрашивала. Но Анна ответила, что всё в порядке. Просто ей не давала покоя одна мысль, но она не сказала, какая именно.

– Вы не знаете, сегодня Анна навестила вас первой или она уже была у кого-то до вас?

– Думаю, я была последней. Анна говорила, что уйдет, повидавшись со мной. Она куда-то торопилась.

– Она не сказала, куда именно?

– Нет.

Декер встал, собираясь уходить.

– Благодарим вас за помощь, – поспешно сказал Миллиган. – Мы можем вам чем-нибудь помочь?

– Замолвите за меня словечко у того, кто наверху, – мрачно усмехнулась Виттерс.

Когда они выходили из палаты, Миллиган шепнул:

– Послушай, Декер, тебе нужно быть поаккуратнее с этими ребятами, хорошо? Они умирают.

Он вышел в коридор, но Амос в дверях остановился и оглянулся на Виттерс. Та лежала на койке с закрытыми глазами. Декер вернулся к ней. В его сознании темно-синий образ начинал становиться ярко-голубым. Декер не поверил в то, что он способен предвидеть чью-то смерть, но, судя по всему, его рассудок в случае со смертельно больной старушкой делал следующий логический шаг.

Наклонившись к лежащей, он поправил подушку, чтобы ей было удобнее. Его рука скользнула по седым волосам.

– Я очень сожалею, миссис Виттерс, – произнес Декер тихим голосом.

Он не видел, что Миллиган наблюдает за ним от двери. Сотрудник ФБР поторопился уйти, прежде чем Амос обернулся.

Джоуи Скотт представлял собой еще более печальное зрелище, чем Дороти Виттерс.

Декер и Миллиган стояли в дверях палаты вместе с Палмер. Скотту было всего десять лет, но его короткая жизнь приближалась к концу. Поправ закон о защите личных данных пациентов, Палмер, проводившая посетителей к палате, сказала, отвечая на их недоуменные взгляды: