Фикция
Шрифт:
– Или взорвут.
– Что они, дураки? Взорвать всегда успеют, посадили ведь уже.
Кир не питал особых надежд: со спецслужбой договариваться - упрячут до конца жизни в бункер здесь же, в степи; а с журналистами - шоу устроят, тоже покоя не дадут. Еще психи всякие начнут акции устраивать кто в защиту, кто в знак протеста. Хрен редьки не слаще, в общем.
Но ничего лучшего, чем тянуть резину, предложить не мог.
– Думаю, вам не надо объяснять, что вы влипли.
Этот переговорщик был лыс, как космонавт и обладал столь тяжелым подбородком, что, казалось, с трудом ворочает челюстью. Полковник из противокосмической обороны, если Кир правильно расшифровал нашивки.
– Сэр, мы мирные люди, мы не хотим ничего плохого, - Феофил изобразил дураковатое лицо.
– Оправдываться не надо. Мы все понимаем.
Тоже ведь человек-робот. Только алгоритмы другие и фразы строит иначе. Ну о чем с ними можно договориться?
– Вы могли бы послужить стране. Вы же патриоты!
– Мы патриоты, сэр.
На том и расстались, тоже обещая подумать.
Через два часа отметились и репортеры. И не только они.
– Надо было сделать заявление прессе, - вздыхал Кир.
– Этому придурку? Да у него по глазам видно, что ты ему нафиг не сдался, ему сенсацию подавай. Ты представляешь, что пошло бы в эфир? Три монстра на борту буксира. Инопланетным вирусом заразился весь персонал базы. Человечество на пороге катастрофы. Тьфу!
– Ну потребовать другого репортера. Или более солидную программу...
– Это не выход, - глаза Феофила лихорадочно поблескивали.
– Ну, может, тогда согласиться на условия этого, как его, юриста?
– Смириться с тем, что мы аномальные организмы?
– взвился Андрей.
– Альтернативные.
– Без разницы! Им только поддайся, сразу ярлыков навешают: альтернативные, аномальные, опасные для человечества. И в лабораторию упекут.
– Тем более, что ни хрена это не юрист, - проронил Феофил.
– Разведка, что ли?
– Хуже. Мафия.
– Да ладно.
– Ну, мафия не мафия, но точно криминал. Я с такими сталкивался.
Кир окинул суперкарго внимательным взглядом: ох, темная лошадка ты, Феофил. Но промолчал. Не до этого нынче.
За следующие сутки на связь выходили шесть раз. Независимая Венера обещала взять под свое покровительство, Всегалактическая церковь проклинала за нечеловеческую сущность, ведущий шоу "Такого вы еще не видели" пытался вызвать на разговор. С последним Андрей объяснился жестами, но так выразительно, что позавидовало бы шоу "Балет не для всех".
Потом приехали пятнистые танки, и передатчик замолчал. К вечеру затишье начало беспокоить, и экипаж устроил за бортом джунгли с гигантскими попугаями. Новостные каналы бились в счастливой истерике, военные вдвое уплотнили энергетическую сеть и пообещали звания подполковников.
Утром допили последнюю порцию кофе.
– Я так думаю, придется нам в конце концов соглашаться, - сказал Кир.
– Сами видите, деваться-то нам куда - степь, танки... Ну посидим еще неделю, галеты дожуем, а дальше?
Андрей потряс костистой дулей:
– Ну уж нет! Уж лучше тогда лечь и помереть самим, чем еще лет сорок по лабораториям всяким. Или что они там от нас хотят - шпионов пугать, в шоу кривляться, уран воровать!
– Ты за семью боишься, - проницательно отметил Феофил.
– Андрюха тоже боится, хоть и возмущается. И правильно: еще дня три и начнут давить на больные точки. Притащат родственников, поставят перед микрофоном - выскочим, как миленькие.
– И что ты предлагаешь?
Суперкарго втянул щеки, отчего его и без того худое лицо приняло совсем изможденный вид.
– Я думаю, надо соглашаться на сотрудничество.
– С кем, с военными? Или с журналистами? Или с мафией?
– А со всеми.
Диковато блеснул круглыми глазами, обвел взглядом товарищей по несчастью и повторил:
– Со всеми.
Вишни сорили розоватыми лепестками, и из листвы оголтело верещали какие-то неведомые птицы. Яничков толкнул калитку, машинально отметив, что та из натурального дерева. По дорожке, выложенной белыми камушками, спешил коренастый человек, чье лицо до самых бровей заросло курчавым волосом.
– Яничков! Старый черт, ты смотри, совсем облез!
– Двадцать лет прошло, что ты хочешь. Зато ты просто медведь какой-то. Как тебя клиенты не пугаются!
– Моих клиентов хрен напугаешь, они сами кого хочешь напугают. Пойдем в дом, там хорошо, тихо: я Валентину с младшими на курорт отправил, а Петька на Марсе стажируется.
Над керамическими чашками поднимался пар, такой духовитый, что Яничков глаза закрыл от наслаждения. Вишни просовывали ветки в раскрытое окно, где-то побрехивала собака.
– Хорошо у тебя.
– А я что говорю. Валюха уговаривала центр сюда перевести, чтоб каждый день до города не мотаться, а я не разрешил: только клиентов мне здесь не хватало. Я тут от них отдыхаю...
– Ну да, слышал. Доктор Тор, открыватель талантов. Не боишься, что кто-нибудь догадается?
– Никогда. У них же типа талант открывается, как они могут подумать, что это я им мультики показываю. Иногда такие экземпляры попадаются скептические: дескать, недоказано-невозможно. Эти потом громче всех про проснувшуюся гениальность кричат.
– Я когда на рекламу наткнулся, даже не поверил сначала - фамилия-то почти та же. А я думал, ты на Венере прячешься. Или вас тогда действительно засекретили и с концами.
Кир рассмеялся, блестя зубами из курчавой бороды.
– Мы, как колобки - от военных ушли, от журналистов ушли...
– Неужто вас не искали?
– Ну, там такая история вышла. Мы же с ними со всеми согласились - сотрудничать. И у каждого требовали защитить от остальных. Ты бы видел, с какой секретностью они все нас оттуда увозили.