Чтение онлайн

– Теперь понятно, почему Дженнифер не смогла получить основные данные на компанию.

– Зато она получила нечто большее. Оказывается, «Туристика интернасиональ» – дочерняя компания «Травис энтерпрайсиз».

– «Травис», говорите? Да это же холдинговая компания Рабиноу!

– Да, – подтвердила Скотто, и глаза ее вспыхнули. – Теперь к своей холдинговой компании он может прибавить ТИ и назвать ее «Травести».

Я не мог удержаться от смеха, ведь английский глагол «травести» по-русски означает изменять внешность, передразнивать.

– Переговорив с Джо, я немного поболтала с вашей приятельницей Дженнифер из оперативного центра. Угадайте-ка, где самолет Рабиноу охлаждает свои турбины с начала этой недели?

– Наверное, в международном аэропорту Майами. Скотто энергично кивнула.

– Но работает-то он тут, наверняка не в своей конторе.

– Сдается мне, сейчас самое время отправиться к мистеру Рабиновичу и лично с ним познакомиться.

Улыбку, которая появилась на ее лице, можно было бы назвать коварной.

Солнце щедро заливает лучами мой номер в гостинице. Безупречно одетый, решительно настроенный темнокожий диктор в роговых очках смотрит прямо на меня с экрана телевизора и замогильным голосом вещает о российских новостях. Ничего хорошего.

На этот раз по телевизионному экрану вместо механического кролика, рекламирующего батарейки, из дренажной канавы выползает здоровенный таракан и грозится сожрать и уничтожить все, что попадется на глаза. Его самого нужно уничтожить, пока он не размножился! Но как? Ответ дает уличный разносчик средств от тараканов. Как эта реклама подходит к происходящим в России событиям!

В Москве в это время полдень. Я еще раз звоню Юрию, но уже не домой, а на работу, в Министерство внутренних дел. Оказывается, он взял недельный отпуск по уходу за больной матерью. Должно быть, она очень больна, подумал я, просто так Юрий не будет отсутствовать на службе целую неделю, где у него работы по горло. Одевшись, я направился в ресторан, где мы договорились встретиться. По пути мне попался на глаза магазинчик – там продавали всякую мелочевку со скидкой для постояльцев гостиницы. Никогда в жизни не видел я такого множества разных сигарет, как в этой лавочке. Просто глаза разбегались, но, поскольку время поджимало, я быстренько отобрал наугад несколько пачек и блок «Мальборо», как проверенное личное курево. Во время завтрака мы со Скотто обсуждали детали ее визита к Рабиноу. Она решила нагрянуть без предупреждения, используя все преимущества своего внезапного появления.

Юго-восточный финансовый центр был всего в нескольких шагах от нашей гостиницы. Пятидесятипятиэтажная башня из стали и стекла стояла прямо на рыночной площади, перед ней раскачивались тоже похожие на башни гордые пальмы. Рабиноу жил в роскошных апартаментах на самом последнем этаже. В вестибюле на стене за регистрационной стойкой электронные графические диаграммы демонстрировали сложную сеть взаимосвязей его различных компаний. Значились там и компании «Травис энтерпрайсиз», ИТЗ и «Туристика интернасиональ».

Нежданный визит Скотто вовсе не озадачил его. Вел он себя самоуверенно и любезно, иного я и не ожидал, а принимал нас в роскошном угловом кабинете, из окон которого открывался восхитительный вид на центральную часть Майами и на Бискейн-Бей. Обстановка и убранство офиса были самые современные: кожаная мебель, застекленные шкафы, хромированный металл, кустарные изделия и изящные безделушки – все под стать произведениям искусства в его нью-йоркской квартире; был там полный набор всякой оргтехники, в том числе офисный компьютер с терминалом, дисплеем с последними котировками на фондовой бирже, набор клюшек и принадлежностей для игры в гольф, телескоп и внушительная консоль с аппаратами связи.

Рабиноу не стал терять времени на всякие церемонии, а с ходу предъявил свое любимое детище – масштабную модель просторного курортного комплекса для отдыха и развлечений, которая занимала почти все свободное пространство кабинета, так что места для совещаний не оставалось. Макеты нескольких дюжин гостиниц, красочные фасады которых были обращены к океану, были почти нашего роста, вокруг больших бассейнов гроздьями лепились очаровательные бунгало, изящные разграничительные линии обозначали места соревнований по гольфу. В мягком свете подсветки весь комплекс величественной дугой спускался к белому прибрежному песку и уходил далее в море. Единственное, чего не хватало на макете, – естественного рокочущего шума прибоя.

Я в изумлении разглядывал всю эту красоту, а Скотто разглядывала Рабиноу. Он же улыбался, как добрый дедушка, представляющий на званом вечере долго отсутствовавшего наследника, который должен стать законным продолжателем семейного дела. Темный, в полоску, деловой костюм, бывший на нем в Нью-Йорке, он сменил на кремовую полотняную толстовку, которая еще больше оттеняла его глубокий загар.

– Это место называется Варадеро. – Он оживленно жестикулировал, расхаживая вокруг сверкающего макета. – Находится примерно в двух часах езды на машине от Гаваны, а от Майами туда на самолете всего час лету. – Рабиноу крутанул телескоп. – В ясный день его можно разглядеть прямо отсюда.

– Все это восхитительно, мистер Рабиноу, – живо откликнулась Скотто. – И весь проект осуществляет одна из ваших компаний, именно «Туристика интернасиональ». Так ведь?

– Верно.

– Тогда, может быть, вы объясните нам, почему контейнер с двумя миллиардами долларов наличкой, добытых всякими противозаконными путями – повторяю, два миллиарда, – отправляется как часть груза, адресованного компании «Туристика интернасиональ» на Кубе?

– Два миллиарда, говорите? – спокойно переспросил Рабиноу, поворачиваясь к нам.

– Примерно столько, – подтвердила Скотто. – У меня еще не было возможности подсчитать точно.

– И все это в контейнере, который на судне отправляется на Кубу?

– Да, это я и хотела сказать.

– Но это же целая куча деньжищ!

– Наркодоллары. Одни из тех, что в последнее время оказывались на крыльце вашего дома. Одна из таких куч.

Рабиноу с минутку молчал, сердито разглядывая макеты башенных гостиниц, а затем сказал:

– А ведь, похоже, вы угрожаете мне, агент Скотто?