Чтение онлайн

— В самом деле?

— Ну перестань! А что ему было еще говорить? Что нашел для нас место, где мы можем драться и убивать друг друга? По крайней мере слова «медовый месяц» держат людей на расстоянии.

— Всех, кроме Джо Боба. — Немного успокоившись, Мэг осторожно откусила кусок от своего «техасбургера». В нем оказался майонез, зеленый салат, помидоры и несколько маринованных огурчиков размером с мизинец. Необычно, подумала она, очень необычно. Но совсем неплохо.

Джесси взял с подноса пакетик кетчупа и полил картофель.

— Джо Боб знает нас лучше всех в этом городе. Мне кажется, он не поверил в историю со вторым медовым месяцем.

— А если и поверил, то не обратил внимания.

— Ты к нему несправедлива. Его собственный брак только что распался, и он работает по тридцать шесть часов в день, чтобы его ранчо давало доход. У него свои проблемы.

— Мне очень стыдно, — послушно произнесла Мэг, на самом деле не испытывая ничего подобного. Конечно, жаль, что он теперь одинок, но трудно представить, чтобы какая-то женщина согласилась терпеть его бесконечные идиотские шутки и мужской шовинизм.

Они ели и дружелюбно беседовали о погоде, о городе и его жителях — только не о себе самих. Но вот Джесси вернул поднос Иде Мэй, и они поехали в овощной магазин, который держала пожилая супружеская пара. На ранчо еды было больше чем достаточно, но они купили свежего молока и фруктов.

— Я слышала, у вас второй медовый месяц, — заметила кассирша, пробивая чеки. — Господи, как время летит!

— Это уж точно, — согласился Джесси, и

Мэг заметила, что уголки его рта дрогнули в улыбке.

— Хорошо прогулялись, — сказала Мэг, когда они внесли в дом три пакета с продуктами. — Я чувствую себя гораздо лучше. По правде говоря, мне изрядно надоело сидеть дома.

— Мне очень жаль, — откликнулся он, стоя у кухонного стола и наблюдая, как она убирает продукты.

— Чего жаль?

— Что я оставлял тебя одну последние дни. Я… мне нужно было хорошенько кое о чем подумать.

— И у тебя получилось? — Она не смогла скрыть беспокойства, явственно прозвучавшего в голосе.

— Думаю, да. Я решил: нам надо забыть об обидах, обвинениях, не нянчиться со своими оскорбленными чувствами. Стереть все, как со школьной доски, и начать заново.

Мэг задумалась. Возможно, он в чем-то и прав. Пожалуй, можно игнорировать возникающие между нами разногласия. Но если мы попытаемся все начать заново, создать что-то прочное и долговременное, из этого ничего не получится.

Но ведь он наверняка и не имел этого в виду! Так почему бы не облегчить себе жизнь? Если я спрячу подальше свои настоящие мысли и чувства, то смогу привыкнуть к нему до такой степени, чтобы спокойно обсудить будущее нашего сына.

Правда, начало оказалось неудачным, но мы сумели это преодолеть. Ставки были слишком велики, и ни один из нас не вышел из игры. Что будет с сыном, если родители не научатся находить общий язык?

— Ну хорошо, — согласилась она. — Сотрем. Начнем сначала. — Она нервно хихикнула. — По правде говоря, мне не слишком-то это нравится, но может быть… ради Рэнди…

— Да, Мэгги.

Услышав необычные грустные нотки в его голосе, она резко подняла голову. Джесси шагнул вперед и мягко положил руки ей на плечи. Это легкое прикосновение произвело на нее ошеломляющее впечатление. Время словно остановилось. Она лишь молча смотрела на него, ощущая, как гулко бьется ее сердце, чувствуя обжигающий жар его ладоней.

Улыбка тронула уголки его выразительного рта.

— Мы оба делаем это ради Рэнди. Мы заставим себя вернуться и будем возвращаться до тех пор, пока не решим, что будет для него лучше всего. К этому времени мы можем истечь кровью, можем пожалеть, что вообще встретились. Но мы сделаем то, что должны.

Он обнял ее, и она подчинилась, слишком потрясенная, чтобы возражать. Этого так давно не случалось, так давно! Мэг стояла, ощущая биение его сердца, вдыхая запах его тела. Опьяненная смесью страха и предвкушения, она с трудом сдерживалась, чтобы не обнять его.

Он прижал ее голову к своей груди, и она скорее почувствовала, чем услышала, его вздох — такой горький и одновременно счастливый, что затрепетала.

От его дыхания колыхнулись волосы у нее на виске.

— Ты же знаешь, что мы должны сделать это вместе. Мы вместе сделали ребенка, и эту связь разорвать невозможно.

— Джесси… — Ее голос предательски дрогнул.

— Я знаю, знаю.

Он так неожиданно сжал кольцо своих рук, что она ахнула. Его губы коснулись ее головы — и он вдруг отпустил ее, убрал руки. Она покачнулась, лишившись поддержки.

— Я оказался слишком самонадеян, — криво улыбнулся Джесси. — Как всегда. Но я подумал, что, если коснусь тебя, ты почувствуешь мою искренность. Поверь мне, Мэг. Поверь, прошу. Я ни за что больше не причиню тебе горя.

Рискну ли я поверить? Он стоял перед ней — большой, настоящий и такой притягательный! Она внимательно всматривалась в лицо Джесси, пытаясь найти какие-то признаки лукавства, и не находила.

— Видно, мне действительно надо поверить тебе, — медленно произнесла она. — Если мы хотим найти какой-то выход, другого пути нет.

Но я делаю это только ради Рэнди.

Мэг сидела на берегу Хэндбаскет-Крик, прислонившись спиной к узловатому стволу старого дерева и прислушиваясь к позвякиванию уздечек и поскрипыванию кожаных седел. Наверно, не стоило поддаваться искушению и соглашаться на прогулку верхом вместе с Джесси. Лучше было бы вежливо, но твердо отказаться.

Но она не отказалась.

— Спокойно, спокойно…

Голос Джесси успокаивал лошадей так же легко, как успокаивал и ее. Мэг закинула руки за голову и закрыла глаза. Она наслаждалась теплом, прислушиваясь к жужжанию пчел и пению птиц.