Чтение онлайн

– А вот и Макс! Лорд Икс будет очень удивлен твоим поздним визитом. Но ты не представляешь, как он обрадуется. Мы уже и не чаяли увидеть тебя, Макс. Что скажешь?

– Не вышло, – прокомментировал случившееся Макс и, оглядевшись, деловито спросил, – откуда у вас веселящий газ? Я уж не говорю про ультразвук и слепящие мины. Прямые поставки из Генерального штаба?

– Боюсь, Макс, – ответил не представившийся Трехглазый, – ты этого так никогда и не узнаешь.

– Желание разгадать секрет часто продлевает жизнь.

– Длина твоей жизни теперь зависит только от лорда Икса. Завтра вечером вас будут тестировать.

– А чего меня тестировать? Я вам сразу скажу: я – клон.

Макс усмехнулся и тут же скривился от боли: мышцы рта болели от недавнего смехомарафона.

– Заткнись. Есть только один критерий, по которому можно отличить человека от клона – это шестое чувство. Человек чувствует человека. И человек чувствует нечеловека. А клон – нечеловек.

– А слабо продемонстрировать свое знаменитое искусство прямо сейчас? – подзуживал Макс. – Или ты ненастоящий Трехглазый?

Трехглазый, молча, со чмоком оторвал противогаз ото лба. Затем медленно поднял фонарь и осветил лицо. Даже слабая лампочка позволяла явственно видеть татуировку – треугольник с глазом внутри.

– Сам делал? Перед зеркалом? – проникновенно спросил Макс. Трехглазого перекосило от деланного восхищения оппонента.

– Мразь, – процедил он, – кто бы ты ни был – мразь. Ведите их к ангару.

Темневшие поодаль «слоны» с воодушевлением принялись исполнять приказание. Щедрые пинки и тычки указывали нужное направление.

– Кажется, мы начинаем ходить по рукам, – тихо успел заметить Харпер.

– Главное, все время двигаться вперед. А если тебе в этом помогают обстоятельства, пусть даже неблагоприятные, следует только радоваться. Отдайся течению, брат мой, – посоветовал в ответ Трэш. У Самарина слезились глаза, и першило в горле.

– Кажется, сейчас мы увидим вожделенный индикар, – кивнул Макс на вырастающий из темноты цельнометаллический ангар. Он ребрился, как бока морского чудовища. Двери были чуть приоткрыты, словно дремлющее око стража-дракона. Возле них топтался часовой.

– Один рывок – и все, – прошептал Макс, облизывая сухие губы.

Их снова сбили в кучу. Трехглазый обернулся в поисках какого-то своего подчиненного.

Воздух наполнился нечеловеческим воем, исторгаемым сотнями глоток неведомых существ. И пленники, и Трехглазые в ужасе обернулись. За едва различимым забором из колючей проволоки клубилось что-то шевелящееся и многоликое. Оно стремительно вырастало в размерах, пока не стало очевидным, что это – толпа бегущих и орущих двуногих существ.

– Белые люди, – прошептал Макс.

– Белые люди! – заорал Трехглазый.

И тут же залопотали выстрелы, поднялась суматоха, обнаружившая полную неготовность оборонявшихся к повторной атаке. Белые люди без особых трудностей преодолели первое препятствие, оставив висеть на колючей проволоке несколько человек.

– Откуда они здесь? Где дозоры? – надрывался главный Трехглазый, тщетно пытаясь организовать людей. Внезапно его команды утонули в рванувшем из динамиков ультразвуке. Все повалились на землю. Трехглазый успел прохрипеть в висевший на груди микрофон:

– Какой идиот…? От… отключить…

Сирена смолкла лишь через секунду. Результатом ее деятельности стала не столько задержка нападавших, сколько окончательная деморализация защитников. Белые люди разбегались по территории базы, словно пчелы, облепляя каждого, кто попадался на их пути. Самарин, Трэш, Харпер и Макс, оставшись без присмотра, не сговариваясь, рванули к ангару.

– Кто умеет водить индикар? – заорал Макс, вырывая на себя стальную дверь. Дверь с шумом распахнулась. Вопрос повис в воздухе. Все замерли в нерешительности. Лишь Трэш нетерпеливо шагнул вовнутрь.

– Там разберемся, – весело крикнул он, втягивая носом воздух, – главное, выкатить его наружу.

Выкатывать было нечего. Макс буквально обежал ангар по внутреннему периметру. Ничего, кроме пары пустых ящиков и нескольких самокатов на воздушных подушках явно в нерабочем состоянии. Макс обернулся к Трэшу:

– Сволочь.

– Сам знаю.

Макс присел на корточки и закурил.

– Даже я поверил, – вздохнул Харпер, присаживаясь рядом с Максом. Макс передал ему сигарету. Харпер затянулся и отправил ее Трэшу.

– А зачем тогда летный ангар? – спросил Самарин.

– Да черт его знает, может, он здесь с незапамятных времен… – отмел снова мелькнувшую надежду Макс.

– Он не похож на древнее сооружение. Почти никаких следов ржавчины или коррозии, – настаивал Самарин.

Снаружи послышался резкий шум. Металлические стенки ангара завибрировали, а затем начали тихо гудеть. Вскоре шум стал оглушительным. Там, на оставленном поле боя, явно что-то происходило. Бывшие пленники вскочили на ноги и бросились к выходу, задевая друг друга плечами. У распахнутой двери все разом притормозили. Макс осторожно выглянул на улицу. Его голова отчетливо вырисовывалась на фоне залитого светом дверного проема.

– Что там? – прокричал Трэш.

– Ты будешь смеяться, – обернулся Макс, – но там индикар!

– Что?!

– Индикар. Самый настоящий индикар! То, о чем мы так долго мечтали.

Смеющееся лицо Макса было почти счастливым. Трэш аккуратно высунулся одним глазом наружу. Над его макушкой вытянул шею Самарин. Над площадкой, грохоча двигателями, завис огромный бронированный индикар. Несколько мощных прожекторов освещали пространство. Под потоками света, как угорелые, метались тени Белых людей. Стрелки в огромных очках, свесившие ноги из открытых дверей, поливали их из огнеметов. Рыжие гривы огня падали сверху, хватая Белых людей за головы. Те, до кого пламя еще не добралось, стремительно уносились в темноту. Их никто не преследовал.