Феномен одиночества

Центральное бюро расследований располагалось не на Земле, а на спутнике газового гиганта в одной из малонаселённых систем. А сколько их? Как много точек ночью на небе можно назвать обитаемыми? Я не был уверен в ответе на этот вопрос. Человечество больше пяти тысяч лет назад вышло в дальний космос, сначала топталось вокруг родной звезды, потом осторожно нащупало дорогу в сторону центра Млечного Пути, и, наконец, создало величайший продукт своего научного познания – Великую Синхронизацию. По-простому: установили единое время во всей галактике с учётом его неравномерного течения. Даже начали новый отсчёт лет. Корпорации осваивали новые системы, держа в строжайшем секрете свои открытия. Шутка ли, иметь личную планету с населением, которое можно доить досуха?

После Пиратской войны оказалось, что Союз Земли и Колоний (СЗиК) состоял из нескольких сотен миров. Какие-то были крохотными станциями на спутниках, какие-то полноценными терраформированными планетами. Союз собрал эту горсть известных поселений в единую сеть, за сотню лет выстроил экономику и практически не выбирался за пределы известного пространства. Ходили слухи, что за тысячи лет экспансии корпорации продвинулись гораздо дальше, и изредка обнаруживались забытые колонии, но СЗиК не ставил себе целью скорость расширения, а качественно менял образ жизни и мышления своих граждан. Наверное, мы бы вообще не занимались этими исследованиями, ведь даже на родной Земле совсем недавно смогли добиться устойчивого тропического климата от полюса до полюса, накормить всех, обуть, одеть, дать образование и нормальную работу. А сколько ещё нерешённых задач стояло перед нами?

Лифт поднял меня, погружённого в эти размышления, на нужный этаж. Возле огромного панорамного окна в большой зале стоял Роберт Майн в неизменной форме адмирала флота. Старик пережил множество мелких войнушек, а в Пиратскую вступил президентом в далёком прошлом крупного государства, а тогда частной военной компании с номинальным суверенитетом очень быстро превратившуюся в ядро Союза.

– Товарищ Жданов, я подготовил для вас задание на планете Талим. Есть данные, что там процветает деструктивный культ во главе с самопровозглашённым Пророком. Твоя задача на месте выяснить его личность, а потом устранить.

– Вы хотели сказать арестовать, – я произнёс последнее слово с нажимом.

– Устранить, – как ни в чём не бывало повторил адмирал, – Так же нужно установить его связь с князем, чтобы устроить показательный судебный процесс.

– И лишить Талим самостоятельности? – меня всегда раздражала политическая подоплёка в обычной уголовщине, но времена диктовали свои условия.

– Возможно. Для поддержки твоего расследования в систему будет направлена ударная группа флота. Возможно, вся система Тельгарна будет блокирована нашими войсками.

– Мы слишком часто прибегаем к крайним мерам… Товарищ Майн, я устал быть провокатором и хочу спокойно работать. Избавьте меня от всей этой грязи!

Глаза Майна блеснули сталью, а губы сжались в тонкую линию:

– Выполняй приказ! – адмирал не на шутку разозлился и даже взмахнул рукой с досады, чего за ним не водилось – командующий флотом всегда отличался сдержанностью.

– Задача ясна… – ответил я и принял из рук начальника носитель, где описывались предпочтительные легенды для внедрения и общее положение дел на Талиме.

Я покинул офисное здание и вызвал транспорт. Здесь деньги были не в ходу, в отличие от корпоративных планет и автоматическое такси интересовала только точка доставки. Пролетая мимо высоких зданий, я думал о новой миссии. Не часто приходилось устранять преступников, и всегда это были головорезы, вооружённые до зубов и оказывающие яростное сопротивление. Убивать заблудившихся в своём собственном разуме ещё не доводилось. Возникла мысль, что мы вырождаемся, становимся похожими на чиновников прошедших эпох, которые душили цивилизацию на протяжении всей истории космических перелётов, вплоть до Пиратской. Верить в это совсем не хотелось, но горечь из размышлений почти ощущалась неприятным привкусом во рту.

Моя полупустая квартирка – место короткого отдыха между командировками – так и не была обжита. Кровать, рабочая консоль, санузел и большой современный монитор для просмотра в основном старых фильмов. Порой хотелось завести хотя бы несколько растений, приобрести робота для ухода за ними, но всё никак не доходили руки.

– Вячеслав? – в длинном общем коридоре стояла соседка Варвара – очевидно караулила моё возвращение. Она знала, что дверь становится прозрачной, когда кто-то входит в определённую зону, и поэтому приняла немного вульгарную позу, заложив одну руку за голову, приподняв свои густые волосы, а вторую положила на талию.

– Варя, привет, но мне сейчас некогда, – сухо ответил я.

Девушка секунду постояла, а потом фыркнула и ушла походкой "роковой женщины". Она однажды осталась у меня на весь вечер, когда я устроил для себя киномарафон, а теперь считала, что мы встречаемся.

Взгляд упал на рабочий стол. Столетние фотографии на голографическом дисплее, где мой отряд обнимался на фоне руин одного из городов на какой-то планете корпов (идейные работники корпораций, прим. авт.). Лиза там ещё живая. Рыжие волосы, слипшиеся от пота, выбиваются из-под каски. А вот тут только мы с парнями уже без Лисы. Тогда мне казалось, что война не более, чем другие занятия человечества, противоречит природе.

"А может всё-таки догнать Варю? Ведь отличная же девушка!" – подумал я, но остался неподвижно разглядывать лица на старых снимках.

Робот уборщик вылез из ниши и принялся собирать пыль. Следя за его работой, я невольно завидовал: никаких сомнений и переживаний, а только чёткая цель, которую легко понять и измерить эффективность её достижения. Наверное, стоило остаться в институте по окончании – оценки позволяли. Сейчас бы не мотался по разным мирам и не сталкивался с остатками человеческой грязи. Не видел бы лицо Майна чаще, чем родных и друзей. Может быть, даже завёл семью вместо набора боевых имплантов.

Нужно работать – фанатик-маньяк сам себя не поймает. Консоль проснулась от мысленного приказа, а я сел в кресло и принялся читать всё, что было известно о Пророке и пропавших туристах на Талиме.

Горячо. Этот мир одна гигантская пустыня, где редкие оазисы всегда были и будут причиной всего. Фиолетовое солнце. Красно-оранжевый песок. Сглаженные, голые, безжизненные скалы… Утопающие в зелени роскошные оазисы с водопадами, прудами, дворцами. Планету Талим (планета-пустыня, промышленная база по разработке и первичному производству композитных материалов для всего объединения населённых миров, обладает высокой туристической ценностью, примечание авт.), силы вселенной разделили, словно лезвием, на две части. Неравные.