Чтение онлайн

— Может это кодовое слово, — предлагает Жук.

— О! — вскакивая, восклицает Дей. — О! — повторяет она.

— Что я такого сказал? — спрашивает Жук.

— А ну цыц, я думаю, — говорит Дей, прохаживаясь взад-вперед перед камином. Она щелкает пальцами. — Дошло! Это прозвища городов!

Эми с Элайджей обмениваются озадаченными взглядами.

— Ну же, ребятки, — говорит она, ухмыляясь. — У Центрума прозвище - Позолоченный город....

— Виридис — Вертикальный! — перебивает её Элайджа.

— А у Фракии — Зеркальный! — Она одаривает всех самодовольным взглядом и присаживается.

— Откуда ты все это знаешь? — спрашивает Жук. Он под впечатлением.

— Кое-кто из нас и впрямь внимательно слушает учителя на уроке географии.

— А, ну да, — бормочет Жук.

Эш хмурит брови:

— Так, значит, говоришь, Фракия — Зеркальный город.

— Ага, — отвечает Дей.

Он выбегает из комнаты и через несколько минут возвращается с журналом в кожаном переплете. Он вынимает фотографию и показывает её нам. На фотографии две девушки-Дарклинги — я понимаю, что это мама Эша и тетя, которые стоят рядом с барменшей на инвалидном кресле и с потрясающей девушкой с глазами медового цвета в зеленых одеждах с капюшоном.

— Эта фотография была сделана в таверне Фракии, — говорит Эш.

— Это мама! — восклицает Элайджа, указывая на девушку в зеленом.

— Посмотри на обратную сторону, — говорит Эш.

Элайджа переворачивает снимок.

— 4К, Фракия...4К? «Четыре Королевства»!

Дей глядит на фото.

— Гмм, а я думала, что «Четыре Королевства» объединяли в себе все четыре расы, но на фото нет Люпина.

— Может Люпин как раз фотографировал? — предполагает Эш.

Я беру фотографию у него из рук.

— Как думаешь, туда твоя мама отправилась, чтобы встретиться с Люсиндой?

— Вполне вероятно, — говорит Элайджа, с улыбкой до ушей.

— У нас есть не так уж много, чтобы продолжить поиски, — замечает Эш. — Я даже не знаю название таверны.

— Это больше, чем у нас было вчера, — говорит Элайджа, глядя на молодую барменшу на фотографии. — Она может знать, куда моя мама с Люсиндой отправились за «Орой».

— Итак, у нас есть план к действию, — говорит Эш. — Мы отправимся во Фракию и разыщем барменшу?

Все согласно кивают.

Я смотрю на Эша, и он улыбается мне в ответ — мы оба думаем об одном и том же. Если мы сможем разыскать Люсинду, и убедить её дать нам «Ору», может, мы сможем, наконец, найти способ свергнуть Пуриана Роуза. Я постепенно прихожу к мысли использования этого оружия против Стражей, после того, как они похитили мою сестру, разбомбили Эмбер Крик, а потом угрожали всему Блэк Сити.

Но сначала нам нужно разрешить более насущные дела.

Я должна спасти Полли. 

Я ПОДНИМАЮ глаза к небу, к Эсминцу, который уже два дня был тюрьмой для моей сестры. Розалин. Какое красивое имя, само по себе. Роуч прошлым вечером провела разведку и выяснила, что проще всего пробраться на Эсминец через Транспортер, на борт которого можно взойти на улице Объединений. Эш обнимает меня и целует в макушку, а я пытаюсь успокоиться. Прямо сейчас Полли необходимо, чтобы я была мужественной.

Мы прячемся в близлежащем переулке к улице Объединений. Город в хаосе. Люди кричат и бегут в разные стороны; то и дело слышны пулеметные очереди и мы замечаем несколько групп Люпинов, которые бродят по улицам, охотясь за очередными жертвами.

— Ладно, давайте еще раз пробежимся по плану, — говорит Эш.

Он еще раз вместе с Элайджей и Стюартом пробегаются по плану, пока Гарольд помогает мне с мантией, потому что мои руки так сильно дрожат, что я не могу нормально завязать пояс.

Элайджа устало вздыхает.

— Извини. Тебе скучно? — спрашивает Эш.

Элайджа пожимает плечами:

— Типа того.

Эш с негодованием глядит на него, открывая рот, чтобы разразиться какой-то тирадой, но я бросаю на него обеспокоенный взгляд. Элайджа делает огромное одолжение помогая нам сегодня, и я не хочу его расстраивать, тем более, что на нем ключевая часть плана. Эш идет на попятные, бормоча себе под нос ругательства.

Гарольд связал нам руки веревкой, делая узлы достаточно свободными, чтобы при необходимости мы могли легко высвободиться. Спустя секунду-другую наступает мгновение, который неприятен всем фибрам моей души: он надевает на головы нам мешки. Я тут же чувствую удушье, мне хочется немедленно сорвать мешок с головы, но каким-то образом мне удается взять себя в руки и сдержаться. В мешке прорезаны два крошечных отверстия, потому я вижу только то, что происходит непосредственно впереди меня. Но это лучше, чем ничего.

— Этот мешок воняет рыбой, — ноет приглушенным голосом Элайджа.

— А я-то думал, кошачьи любят морепродукты, — говорит Стюарт.

Нервы на пределе и я сжимаю ладони в кулаки.

— Давайте уже начнем, — бормочу я через ткань мешка.

Гарольд ведет нас к улице Объединений, и мы встраиваемся в непрерывный людской поток, который стремится скорее добраться до тюремного Транспортера Розалин 401. Через открытый люк в задней части корабля мне видны длинные ряды металлических скамеек со скобами для лодыжек. В Транспортере всего одно окно, для пилота. Между заключенными и пилотом натянута сетка для защиты последнего.

Возле люка поджидают четыре вооруженных гвардейца Стражей, загружающих заключенных на Транспортер и выдающих эвакуационный билет, приведших их предателям. Нам машет рукой один из охранников, худощавый мужчина, лет пятидесяти с коротко стрижеными волосами.

— Следующий, — говорит он.

Мужчина пихает в самолет двух темнокожих девчушек. Одна не старше семи, другая — десяти лет. У меня кипит кровь от ярости, думая, это каким же надо быть уродом, чтобы сдать Стражам детей. Неужели их родители мертвы? Младшая из двух спотыкается, и он её грубо ставит на ноги. Та начинает плакать. Пощечина заставляет её замолкнуть, и это отнимает все мои силы, чтобы не подбежать к этому чудовищу и не начать колотить его прямо по лицу.