Чтение онлайн

Хуже всех пришлось Испании. Филиппины она сохранила, однако сахарные острова потеряла. Хотя территория Пиренейского полуострова была очищена от оккупантов, в отличие от Америки, оттуда их не выбили. В результате единая прежде империя разделилась на испанское и австрийское королевство. Родные братья, сидящие на тронах, друг друга не выносили, и союз оказался формальным. Вена присоединила к себе католические немецкие княжества, зато Мадриду достались колонии, в которых еще требовалось навести порядок.

Не только Новая Испания, превратившаяся в Мексику, но и вся Южная Америка бунтовала, добиваясь независимости. Вторжение в земли метрополии франкских армий, падение Мадрида, восстание в Новой Мексике послужили поводом населению для мятежей. Были созданы хунты в Буэнос-Айресе, Боготе, Каракасе и Сантьяго-де-Чили. Первоначальное стремление лишь отстоять земли от французов в пользу низложенного короля Испании Фердинанда вскоре переросло во вполне сформировавшееся движение за свободу.

Пример северной Федерации многим пришелся по душе. Ведь все стороны официально признали ее самостоятельным независимым государством. Конгресс получил много свыше того, на что изначально рассчитывал. Отсутствовала необходимость входить в некий союз под скипетром единого владыки. Благодаря собственным усилиям они теперь могли беседовать с прочими державами на равных. Ну в какой-то степени. По крайней мере, экономическое развитие, эмиграция, внутренняя и внешняя политика целиком находились отныне в руках народных депутатов.

— Скажите, а это правда, что однажды при обсуждении на военном совете генерал Эймс утвердил план, согласно которому подчиненные ему подразделения могли потерять свыше половины своего состава? — негромко спросил английский адмирал Хоу.

— Правда, — подтвердил полковник де Сан-Кастин, присутствующий здесь в качестве наблюдателя от союзной территории Алабама. Индейцы давно удалились в родные земли, и лишь парочка присутствовала в войсках в достаточно высоких званиях. — Так и сказал, наилучшее из возможных предложений. Потом заработал в том деле рану. Пуля рванула грудную мышцу, немного тронула кость. Повезло, мог и остаться там навсегда. C’est tout de meme un brave homme. [44]

Рюффен покосился на беседующих. Краснокожие союзники с большим подозрением относились к смене людей на высших постах. По договору они имели делегатов в Конгрессе и всячески противились снятию прежнего начальства. Налаживать отношения придется долго и упорно. Обойтись без них нельзя, и Ричард очень просил не нарушать даже духа подписанных документов. Далеко не везде огонь войны с дикарями потушен окончательно. Стоит крикам обидеться и вспомнить про родственные кланы — и кровь опять потечет рекой. А зачем, когда захваченных земель и внукам с лихвой хватит? Пусть возделывают свои, может, и правда придет срок и вольются в общество, как утверждают многие. В Алабаме уже чуть не две трети христиане, и в школах учат ничуть не хуже белых.

Командующий Континентальной армией Франсуа Рюффен поднял руку, приветствуя своих солдат, когда строй миновал последний из уходящих. Республиканцы из местных погрузились на корабли еще вчера без всяких маршей и провожающих оркестров. Им очень не хотелось проверять отношение победителей после ухода франков. Предпочли отъезд, тем более что имущества никто не вернет. Многие перебрались в трюмы транспортников еще раньше, не собираясь ожидать входа в Новый Амстердам Континентальной армии.

Войска ответили довольным ревом. Жест генерала с неофициальным армейским гимном оценили по достоинству. А вообще Рюффена любили. Он был свой и рубился рядом со многими. Эймса уважали, но о любви речь не шла. Многие не понимали его действий. И пусть он вышел из низов, но слишком отдалился.

Кажется, поменяв одного генерала на другого, подумал уже настоящий посол Франции, а не сомнительный посланник Луи де Жима, Конгресс ничего не выиграл. У Эймса отсутствовали политические амбиции, а этот, если потребуется, и депутатов штыками пугать станет. Или вообще разгонит. Во всяком случае, жизнь в Америке не будет скучна и спокойна.

В распахнувшуюся без стука дверь Элизабет ворвалась с горящими от гнева глазами. В таком виде она мне нравилась гораздо больше обычного. А вот крики от скандала, сопровождающие ее в последнее время регулярно, гораздо меньше.

— Это правда? — потребовала она, делая странный жест рукой, будто собиралась нечто в меня швырнуть.

Все же темперамент у нее будь здоров, и тарелками пару раз швырялась. Правда, то было достаточно давно, и мы мирились после подобных выходок без особых проблем. Точнее, извинений от высокородной леди на моей памяти ни разу не прозвучало, но в постели была после этого нежна и предупредительна.

— Что именно? — без особого интереса переспросил, внимательно перечитывая последний абзац. Кажется, ничего не забыл. Конечно, потом все это нужно обговорить с юристом с глазу на глаз, чтобы ни один стряпчий не смог ничего сделать и все оформить по закону, но вроде все достаточно честно. Предварительную консультацию получил, а поскольку пока не умер, распоряжение в любом случае будет исполняться.

— Ты отказался от поста генерал-губернатора Федерации?

— Во-первых, — откладывая аккуратно перо, удовлетворенный результатом длительного труда, стал я объяснять, — по нашей Конституции должность не назначаемая, а избираемая. Никаких гарантий осуществления предложения не имеется.

Элизабет фыркнула не хуже кошки. В принципе, оправдание крайне слабое. Практически нет сомнений в правильном выборе людей. У меня и конкурентов особых не имеется. Прежние члены Конгресса уж больно единодушно сошлись на кандидатуре. Чем устраивать общую свалку, они нашли клиента, которым смогут вертеть, и в неприятных случаях дурачок освятит своим авторитетом решение.

— Во-вторых, я просто устал. Много лет носился с армией, подставляясь под пули и ядра, и жив исключительно благодаря Господу, а не собственным умениям. Пять ранений вполне достаточно для свободы и счастья американцев.

Она дернулась, намереваясь нечто возразить, причем наверняка прекрасно знакомыми фразами. Про славу и любовь мне много раз исполняли. И по части долга тоже. Накушался по самое не могу. Нет у меня реальных возражений по этой части, но прекрасно знаю, несло вечно по течению, и львиная доля якобы моего героизма — результат случайностей или ошибок. Не требуется он, если все продумано заранее. А мне такое практически никогда не удавалось.

— Они рассчитывают получить марионетку, не наделив его нормальными полномочиями.

— Так борись, — сказала Элизабет неожиданно спокойно. — Заставь их понять, с кем имеют дело. Скрути в бараний рог всех этих депутатов.

— Я не сумел этого сделать даже в Альбионе, если заметила.

— Ну, знаешь! Любому было видно, попытка ввести запрет на рабовладение провалится.

Совершено верно. Потому что бьет по карману. Кому охота лишиться имущества, даже если оно наделено душой, чувствует, думает и говорит. Ведь не предлагал отпустить прямо всех и сейчас. Только рожденных с даты принятия закона. Не всякий уйдет из знакомого места, тем более что здесь он уже станет получать жалованье. И умным плантаторам достаточно возможностей опутать долгами родителей, заставив расплачиваться детей. Много раз обсуждалось в кулуарах Ассамблеи.