Чтение онлайн

— Следует переместить все рассадники порока из центра города и жилых районов, где обретаются добропорядочные граждане, на окраины, — опровергая мои глупые мысли, очень рационально заявил пастор, озвучив границы искомого участка. — Объявить проституцию вне закона повсюду, за исключением нескольких кварталов в Западном районе.

То есть где живут в основном бедные люди и недавно приехавшие. Убрать девиц легкого поведения с улиц солидных жителей, чтобы глаза не мозолили. Заодно и женская часть подобных семей не станет подозревать свои половины в разврате.

— Ну, — ответил я ему в результате скоростного обдумывания предложения: вроде лично моим интересам никаким образом это не угрожает. Такого рода заведения в собственности отсутствуют, а «Рандеву» находится как раз на границе квартала. У любого депутата независимость мышления и политического поведения находится в прямой зависимости от размеров его личного состояния. — Разумное предложение. — И возникла длинная пауза.

Нельзя быть политиком и оставаться кристально честным. Вечно приходится идти на компромиссы и договариваться с противниками. Чувство чести к вечным «ты мне — я тебе» не прилагается. Любопытно, что конкретно может предложить.

— Срок лицензии на лотерею Альбиона, — поджав губы, выложил пастор мощный аргумент, — истекает через месяц.

Молодец! Нашел чем зацепить. Безусловно, розыгрыш игра азартная, тем более с денежными призами, и тоже подпадает под раздел греховности. Его компания давно выступает за запрет. Идея была Бэзила и по сути являлась чистой аферой изначально. Я человек в душе достойный и нравственный. Поэтому целиком доход с компаньонами-политиками по карманам не рассовываем наперекор первоначальной идее.

По уставу четверть потраченных на покупку билетов монет — выигрыши. В основном земельные участки, предоставляемые за минимальную плату корпорации через посредство дез Эссара. Часть — мелкие суммы или предметы для дома из моего магазина-склада. Еще четверть идет на содержание больницы для бедных. Остальное делится среди акционеров. Не то чтобы такие уж огромные деньги поступают, но несколько тысяч ливров ежемесячно даже богатым не лишние. А у нас в числе концессионеров их десяток, и все ужасно прогрессивные господа, включая суперинтенданта колонии. Ему сильно не хочется светить свое участие в этом проекте, и поэтому скандал мог бы помешать. Теперь фракция недовольных промолчит, и еще на пять лет лицензия продлится.

— Границы участка должны быть четко указаны, — по-деловому потребовал я, — во избежание разнотолков и судов. Ни власти, ни вы не должны в будущем мешать. Придется мириться с пороком в определенных рамках, очистив в тоже время остальной город.

— Данная формулировка не говорит о легализации проституции на этой территории, — натянуто произнес Паркенсон, — напротив, объявляет ее незаконной за пределами установленных границ.

— Будьте любезны проект закона мне представить, — попытавшись уловить, в какую сторону ветер дует, и запутавшись, предложил я. — Покажу юристам. Я не вижу препятствий, но хотелось бы мнение законника для уверенности в нашей, — подчеркнуто нажал тоном на слове, — правоте.

— Странная у вас шляпа, — сказал он внезапно.

— Могу иметь маленькие слабости, выделяясь?

— Это тщеславие. Грех.

— Еще и возможность жить для местных, — с нажимом возразил я, зная его слабость проклинать роскошь, приходящую из Европы, и показную любовь к простым людям, — ремесленников. Благодаря моей щедрости у них будет возможность накормить семью.

— Текст получите незамедлительно, — сухо заверил он.

Пастор изобразил легкий поклон. Можно считать, одно из многих соглашений состоялось. Он тоже на поверку оказался не упертым полностью. Политика укладывает в одну постель и противоположности.

Тяжелую дверь при моем приближении поспешно открыл вышибала. Огромный мужик с многократно сломанным носом и зверской физиономией. Несмотря на грозный вид и деревянную дубинку на поясе, в душе Боксер Ян был мягким и добрым человеком. Жену с двумя дочерьми нежно любил и даже тещу стоически терпел наперекор вечным придиркам. Может быть, потому что агрессию выплескивал в иных местах. Раньше участвовал в боях за деньги, потом перешел на более спокойное и денежное место. Сложности с посетителями здесь случались не так часто, но тем больнее приходилось неправильно оценившим обстановку.

— Как Барбара? — спросил я про старшую дочку, задержавшись у порога.

— Большое спасибо, полковник, — с искренним чувством, воскликнул он. — На днях письмо получили, у них все в лучшем виде. Хорошего мальчика подарила мужу.

В шестнадцать лет та выскочила замуж за очередного прекрасного принца без штанов, спустившегося с трапа в толпе нищих шотландцев и ирландцев. В качестве свадебного подарка устроил им участок в долине Шенандоа в собственность. Они неплохо обжились, и, судя по рассказам отца, исправно рожают. Третий вроде.

Не то чтобы так уж важно хорошее отношение вышибалы, но обычно я не отказываю в просьбах, а иногда и сам смотрю, чем можно помочь окружающим. Политика вещь достаточно странная. Очень быстро становишься связан со всеми и каждым. В кого ни ткнешь — либо мой бывший раб, либо должник, клиент, кредитор, враг, друг или деловой партнер.

Внутри было светло, уютно, негромко играла музыка и присутствовало довольно много посетителей. Ничего удивительного. Изначально здесь собирались люди, поставленные запретом нового монарха на печатанье денежных знаков колониями в тяжелейшее положение. За неимением достаточного количества золота или серебра вынужденно повсеместно развился натуральный обмен. Табак на пшеницу, а рыбу на соль. Неудобно и куча споров. Поэтому достаточно быстро перешли на расписки. По определенным дням солидные хозяева собирались и проводили взаимозачеты. За месяц общий оборот товара на миллион ливров, двести тысяч разной недвижимости и пятнадцать тысяч монетами. Приблизительно в такой пропорции.

Естественно, все стремились заработать настоящие монеты да частенько тут же их спрятать, расплачиваясь чем-то не особо ценным. Отсюда огромный рост контрабандной торговли с Южной Америкой и островами Вест-Индии, где хватало песо из тамошних рудников. У кого получалось, стремился нечто создавать на месте, плюя на любые запреты и правила. В Европу наш экспорт заметно упал, лишив тамошних коммерсантов прибыли и серьезно урезав пошлины, получаемые казной. Неудивительно, что через два года глупейшие правила полностью отменили. Но ресторан остался местом деловых встреч, да и заметно выросший флот контрабандистов никуда не делся.