Фаворитка
Шрифт:
Визитка просто насмешила. Ах ты, господи, какие мы важные! «Арман де Ла Порт…» Ну, тогда стоит вспомнить, что я Плесси, между прочим, имеющая право на «дю», но никогда сим правом не пользующаяся.
Адрес должен быть соответствующий. Небось Лувр или Пале-Рояль…
Нет, «чуть» скромней – бульвар Сен-Мишель. Надо же, даже не Вожирар с Люксембургским дворцом. Явно поскромничал… Хотя Сен-Мишель – обратная сторона Люксембургского сада.
Два письма оказались пустышками, так… обмен сплетнями двух подружек XIX века, а вот третье…
Во-первых, оно было запечатано восковой печатью. Может, не стоит открывать, лучше в следующие выходные вернуть письмо продавцу, печать это серьезно, если она настоящая, значит, письмо не вскрывали. Стало смешно, это не XIX век, откуда настоящая печать?
Перевернула четырехугольник той стороной, где имя адресата, и стало не по себе. «М-ль Анне дю Плесси»… то есть… мне?!
Я вполне могла предположить, что тот тип способен подделать бумагу, чернила, почерк, печать… Но откуда он узнал имя?!
Господи, какая дура! При чем здесь мое имя, это просто совпадение.
Интересно, кто написал моей полной тезке непрочитанное ею письмо?
Рассмотрев печать, рассмеялась: все старания укрыться от приятелей пошли прахом. Печать гласила: «Арман Жан дю Плесси». Меня просто выследили и «купили» необычным подарком. Для тех, кто не слишком увлечен историей Франции времен Ришелье: Арман Жан дю Плесси вообще-то и есть кардинал де Ришелье, именно так его звали в молодости и, наверное, домашние.
Кто же из веселых друзей скрывался под этой буффонадой на рынке – Жан, Леон, Мартин или вообще толстяк Луи?
– Ну, погодите, я вам покажу!
Повертела письмом в воздухе, пытаясь придумать, что с ним сделать. Ничего путного не придумав, решила просто вернуть. Придется воспользоваться обыкновенной почтой, извините, мсье.
Но и адрес какой-то непонятный, ладно, прогуляюсь сама, благо от дома недалеко. Сен-Мишель это по ту сторону Люксембургского сада, пройтись вдоль которого просто приятно… Хорошо, что не вскрыла письмо, у приятелей не будет повода надо мной посмеяться из-за доверчивости.
Даже после всех приключений я ничуть не жалею, что отправилась по адресу на визитке. Куда? Нет, не стоит описывать этот особнячок, может найтись немало желающих проверить, так ли там все, как рассказано, и жизнь его обитателей превратится в кошмар. Поверьте на слово.
Если честно, чувствовала себя довольно глупо, когда нажала кнопку звонка большущей двери. Но открывшая дверь пожилая дама удивлена не была:
– Мсье де Ла Порт? Вам туда, пожалуйста.
Словно так и нужно, словно каждые пару часов кто-то забегает на чашечку кофе к этому мсье.
Но деваться некуда, отправилась по длинному коридору искать табличку на двери (как было указано приветливой дамой). Что же за аферу придумали приятели? Табличка нашлась на последней двери, но когда я открыла, то оказалась… во дворике. В VI округе Парижа крошечные дворы, куда на первые этажи не заглядывает солнце, не редкость. Пока раздумывала, не вернуться ли, заметила такую же табличку на двери флигелька.
Она гласила, что именно здесь живет мсье де Ла Порт. Ладно, если уж я у цели, нужно отдать письмо. Несомненно, там меня ждет веселая компания, «раскусившая» мою аферу с отъездом и надеющаяся посмеяться, а вот я посмеюсь над ними.
А дальше начались те самые приключения с продолжением, расскажи я кому-то о которых, подняли бы на смех, потому что никакой компании моих весельчаков там не было.
В помещении, представлявшем собой нечто среднее между библиотекой со стеллажами до потолка и большущей приставной лестницей и лавкой антиквара, где всякой всячины по штуке, меня ожидал Арман де Ла Порт.
Встретил как старую знакомую:
– Появились вопросы? Я ожидал, – но, увидев нераспечатанное письмо, недовольно передернул плечами, – а почему не открыли? – Вообще-то, я не читаю чужих писем… – Оно вам.
– Мне?
– Да, на нем ваше имя.
– От Армана Жана дю Плесси?
– Верно.
– Из XVII века?
Кивок.
– От кардинала де Ришелье?
И снова кивок!
– Ну, так верните его кардиналу, скажите, что не нашли адресата в этом сумасшедшем ХХI веке. – Если честно, мне начал надоедать розыгрыш. Не смешно.
Словно подслушав эти мысли, де Ла Порт покачал головой:
– Это не розыгрыш, и я вернуть не могу. Можете только вы. Если решитесь.
– Что я могу?
– Анна, вас не удивляет ваш собственный интерес к Парижу XVII века?
– А что в этом удивительного, разве мало тех, кто зачитывается книгами Дюма и обожает Париж мушкетеров? – Почему-то в ту минуту я забыла о розыгрыше и видела перед собой только этого странного человека явно в парике и наклеенной бороде и усах. Его глаза кого-то напоминали, но не приятелей. Наверное, актер…
– Хотите побывать в настоящем Париже времен кардинала Ришелье? Вы ведь с ним да-альние родственники?
– Вообще-то, на Земле все родственники.
Он не обратил внимания на ехидное уточнение.
– Так хотите или нет?
Я только пожала плечами, собираясь уходить, но длинные тонкие пальцы коснулись моей руки и сделали приглашающий жест:
– Посмотрите, только не делайте резких движений и ничего не произносите громко.
Де Ла Порт подошел к небольшой двери, осторожно открыл её и… кино? По ту сторону двери была другая, совсем другая жизнь. Там дамы и кавалеры исполняли какой-то сложный танец, выступая рядами, поворачиваясь, слегка подскакивая или раскланиваясь. Паванна? Похоже, она…