Фауст, фон Гёте Иоганн Вольфганг

Фауст

на обложку

фон Гёте Иоганн Вольфганг

Шрифт:

К матери и дочери подходят подруги. Завязывается громкий задушевный разговор. Являются рыбаки и птицеловы с сетями, удочками и ветками, намазанными клеем для ловли птиц. Они и девушки гоняются друг за другом, перебрасываясь веселыми шутками.

Дровосеки (входят грубо и развязно)

Все прочь сойдите С дороги ровной! Мы валим бревна, Таскаем доски. При переноске Сшибем, смотрите! Зато бесспорно: Без нас и дюжей Работы черной Замерзли б в стужу, А то и хуже, И вы позорно. Но мы вас греем Теплее шубы, Когда потеем Мы, дроворубы.

Полишинели [134] (нескладно-придурковато)

Вы дурачины, Что гнете спину, А мы умнее, Не трудим шеи. И наши тряпки, Нашивки, шапки С горбами всеми Ничуть не бремя. Встаем с постели, Живем в безделье. С простонародьем По рынкам бродим, Предлога ищем И вдруг засвищем. Столпотворенье! Содом! Смятенье! А мы в тревоге Давай бог ноги! И, как с пожара, Айда с базара! Быть может, плохо, Что мы — причина Переполоха? Нам все едино!

134

Полишинели — веселые маски в итальянской (особенно неаполитанской) комедии масок.

Паразиты (льстиво и корыстно)

Вы, дровоколы С рукой тяжелой! Вы, углевозы, Без вас нам — слезы. Что б приживалу Перепадало От принципала И доброхота За смех, остроты, Позор, бесчестье И горы лести, За исполненье Его желаний Без дров в чулане? Но жгут поленья, Трещат камины, Не жизнь — малина! На кухне варят, Пекут и жарят, И под котлами Бушует пламя. И рад сластена, Когда дворовый Из кухни вносит Гостям здоровый Кусок жаркого И произносит Свой увлеченный Тост за патрона.

Пьяный (в приподнятых чувствах)

Воле нашей не препятствуй, Все мне братья, все друзья. Песнь моя — мое богатство, Вольный воздух — жизнь моя. Выпьем! Что вы присмирели? За раздолье, за веселье Двинь стаканом о стакан, Непонятливый чурбан! От дражайшей половины Вылетел я кувырком. Назвала меня скотиной И гороховым шутом. Эй, шуты и пустомели, Выпьем! Что вы присмирели? Двинь стаканом о стакан! Ты-то пьян, а я не пьян. Я скажу вам без утайки: Мне в трактире счет открыт. У хозяина, хозяйки И служанки пью в кредит. Ну так двинем всей артелью За раздолье, за веселье, Так, чтоб зазвенел стакан! Наклоняй пониже жбан. Всякому своя дорога, И у всякого свой вкус, А лежачего не трогай, Если я под стол свалюсь.

Хор

Выпьем, братцы, друг за друга И еще полней нальем! Но уже храпит пьянчуга, Растянувшись под столом.

Герольд объявляет о приходе поэтов разных направлений, певцов природы, придворных стихослагателей и прославителей рыцарства. В давке соискателей никто не дает друг другу говорить. Только один протискивается вперед с немногими словами.

Сатирик

Я был бы счастья полон, Когда б по прямодушью Я всем пришелся солон И правдой резал уши.

Певцы кладбищ и полуночи просят извинения. В данный момент они отвлечены интереснейшей беседой с одним новопоявившимся вампиром, из чего в будущем может развиться новый род поэзии. Герольд принимает это к сведению. Он вызывает к ряженым представительниц греческой мифологии. Они костюмированы по современному, не теряя своих особенностей.

Грации

Аглая

Жизнь даря, в ее даянье Вкладывайте обаянье.

Гегемона

Обаяния печатью Наделяйте восприятье.

Ефросина

Обаятельней всего Благодарных существо.

Парки [135]

Атропос

Я пришла к вам прясть, старуха, Жизни нить, мое изделье. Много требуется духу За кручением кудели. Нить кручу я мягче воска, Не щадя своих усилий, Чтобы лен, смягченный ческой, Не рвался на мотовиле. Здесь, в пиру, не выходите Из границ, жалеть придется! Помните про тонкость нити, Перетянете — порвется.

135

Парки (греко-римская мифология) — богини судьбы, прядущие нить человеческой жизни; из них Клото вила нить, Лахезис вращала веретено, а Атропос перерезала ножницами нить человеческой жизни; Гете ошибочно наделил Клото функциями Атропос, а Атропос — функциями Клото.

Клото

Ножницы в распоряженье Мне даны — такой позор Принесло нам поведенье Старшей из моих сестер. Удлиняла без скончанья Прозябание калек, Жизни, полной обещаний, Укорачивала век. Но и я ведь с молодежью Допускала произвол. Чтоб держать себя построже, Спрячу ножницы в чехол. Всем даю сегодня волю. Трезвым или во хмелю, Всем прощаю, всем мирволю И ко всем благоволю.

Лахезис

Мне, как более смышленой, Меру соблюдать дано. Постоянно, неуклонно Вертится веретено. Набегая на катушку, Нить должна за ниткой течь. Я им не даю друг дружку Обогнать и пересечь. Дай себе я миг свободы, Гибелью я заплачу. Намотавши дни на годы, Я мотки сдаю ткачу.

Герольд