Чтение онлайн

– Девяносто восемь процентов людей, играющих в казино, проигрывают, – мурлыкала Брэнди. – Они отлично проводят время, но уходят домой с пустыми карманами. А идея фартовых денег в том, чтобы у них осталось ощущение, что они что-то выиграли.

– Изменить восприятие, – догадался Валентайн.

Она расплылась в улыбке, которая любого свела бы с ума.

– Вот именно. В прошлом октябре мы поставили в казино игровые автоматы, принимающие фартовые деньги. Пришлось сделать перестановку в зале, но в этом деле иногда стоит рискнуть, чтобы добиться успеха.

Сколько же ей лет? Тридцать два? А рассуждает так, словно уже лет сто в игорном бизнесе. Беседу подхватила Джиджи, красавица-блондинка.

– Фартовые монеты подходят только для этих автоматов, которые выдают выигрыш в двадцати процентах случаев. А призами служат остатки товара, которые мы покупаем в сети «Магазин на диване». Кое-что вообще даром получаем, такая это дрянь.

Все три захихикали. В их присутствии Валентайн ощущал себя словно на съемках ситкома. [21] Он тоже засмеялся, просто чтобы потрафить им.

– В автоматах «Фартовые деньги» есть и джек-пот, – продолжила Джиджи. – Это новенький автомобиль. «Дженерал моторс» даром отдала. Для рекламы.

Настала очередь Моник. Казалось, она только что качалась в спортзале и с ходу включилась в разговор.

– Но наши гости что-то выигрывают, и это главное. Они уходят домой счастливыми. Мы меняем для них ситуацию.

– А они рассказывают об этом друзьям, – подсказала Джи-джи.

– И их друзья тоже приходят в «Бомбей», – закончила Брэнди.

Их слаженность была сверхъестественной. Акция по-прежнему выглядела сомнительно, но, в конце концов, что он вообще понимает? Менкен [22] как-то сказал, что никто еще не терял денег, недооценив вкус американской публики. Очень в духе Менкена.

У Брэнди зазвонил телефон. Она достала его из сумочки и открыла со щелчком.

– Да, Арчи.

– Где Джиджи и Моник? – заревел владелец казино.

– Со мной.

– Перерыв окончен! Тащите свои прелестные задницы сюда, на второй.

Брэнди бросила телефон в сумочку. Улыбки исчезли с лиц всех трех.

Они гуськом вышли из кофейни, оставив Валентайна недоумевать, почему современным женщинам нравится, когда с ними обращаются, как с девчонками. Если такое отношение и вызывало досаду, им прекрасно удавалось это скрывать.

– Так вот он какой, наш обвиняемый, – протянул Валентайн, стоя у сверкающего автомата «Фартовые деньги» высотой под два метра. Ручка блестела, как лазерный меч из «Звездных войн».

– Тише ты, – попросил Портер. – У нас клиент.

Женщина в спортивном костюме прыгнула на табурет и начала бросать монеты в прорезь и дергать за ручку. На вид в ней не было ничего примечательного, за исключением правой руки. Той, которой она дергала за ручку. Нечто среднее между ручищей Попая [23] и теннисиста Рода Лейвера.

– Хорошо проводите время? – поинтересовался Портер.

– А вы как думаете, – ответила женщина. – Я уже выиграла чистилку для апельсинов и электрический массажер для стоп.

– Спроси, сколько она проиграла за столом, – шепнул Валентайн на ухо Портеру.

– Может, заткнешься? – процедил Портер сквозь стиснутые зубы.

Даже удачно начавшаяся игра в конце концов обернется проигрышем. Вскоре у женщины кончились монеты, и она ушла. Сев на ее табурет, Портер ткнул пальцем в потолок.

– Видишь это небесное око, вон ту камеру? Раньше она отслеживала один стол блэкджека. Когда поставили автоматы «Фартовые деньги», пришлось все тут переустроить. Теперь камера наблюдает за двумя столами.

Это называлось «двойное дежурство» и в игорном бизнесе осуждалось.

– Дай угадаю, – подхватил Валентайн. – Это как раз те столы, на которых вас обдирал Европеец.

Портер кивнул.

– Откуда-то он узнал, что на этих столах камеры двойного дежурства. Он дожидался, когда на другом столе начнется серьезная баталия, а потом начинал играть. Обдирал нас месяцами, но мы заметили это на пленке всего пару раз.

– Неужели никто не заметил, что выручка упала? – удивился Валентайн.

– Так она и не падала, – ответил Портер. – Акция до того благоприятно повлияла на доходы, что этого убытка вообще не заметили.

Что-то тут не состыковывалось.

– А если выручка не падала, чего же ты нанял Дойла? – спросил Валентайн.

– Все эти перестановки в зале меня раздражали, – признался Портер. – Смотришь на экран и не понимаешь, какой стол показывает камера. Вот я и нанял Дойла, чтобы он стал моими глазами.

– И он заметил Европейца.

– В первый же вечер, – подтвердил Портер.

К автомату пришаркал старичок с ходунками. В покрытой печеночными пятнами руке у него было ведерко, заполненное фартовыми деньгами. Портер помог ему сесть на табурет.

Боги удачи улыбались с небес. В первом же раунде у старичка выпало шесть слонов. Появилась пышногрудая сотрудница казино и вручила ему настольную лампу в стиле шестидесятых.

– Мне всегда такую хотелось! – воскликнул старичок.

В дальнем конце «Синдбада» они нашли пустой кабинет. Портер отмахнулся от официантки.