Фарс-мажор 2
Шрифт:
Теперь ничто не стояло между Владимиром Путиным и Абдаллой II. Они встретились, как старые друзья. Король хотел, кажется, дать понять, что даже лабрадор Кони для него не чужая. Бедная собака вынуждена была отвечать взаимностью.
Когда господа Путин и Назарбаев, произнеся пару протокольных фраз для журналистов, с чувством выполненного долга вернулись к господину Ющенко, я с удовлетворением убедился, что тарелка с сыром, стоявшая перед президентом Украины, совершенно пуста. Он потратил это время, похоже, с большим толком для себя, чем его коллеги для развития двусторонних отношений между братскими народами России и Казахстана.
Через несколько минут в зал вошли три главных героя: Владимир Путин, Александр Лукашенко и лабрадор Кони. Президент Белоруссии изо всех сил старался обратить на себя внимание собаки. Он гладил ее и настойчиво старался заговорить с ней. Кони безропотно терпела эти назойливые знаки внимания, но оставила за собой право не отвечать взаимностью.
– Знакомая мне уже, – пробормотал господин Лукашенко, проходя мимо журналистов и кивая на Кони.
Кони не могла ни подтвердить, ни опровергнуть.
Кони встала со своего места и пошла к журналистам.
– Попозировала на нашем фоне и пошла к своим журналистам! – возмущенно сказал Александр Лукашенко.
Ему не понравилось, что его так прямолинейно использовали. Впрочем, в этой командировке ему следовало подготовиться к этому с самого начала.
– Хони, иди сюда! – с характерным придыханием крикнул господин Лукашенко.
Собака обернулась и широко зевнула в лицо белорусскому президенту.
– В этом году исполняется 100 лет установления дипломатических отношений между Россией и Норвегией, – сказал президент России. – Кстати, Россия первой признала государственную независимость Норвегии.
Премьер-министр Норвегии Хьель Магне Бондевик резко выпрямился и положил локти на стол, словно сразу почувствовал себя чем-то обязанным лично господину Путину.
– Вам не кажется, что вы перекупаете российских бизнесменов? – спросил я у президента Украины Виктора Ющенко.
– Кажется. Я им прямо заявил: я сделаю все, чтобы вам на Украине жилось лучше, чем в России.
– А вы с господином Путиным не согласовывали этот вопрос?
– Конечно, нет. Вряд ли нам удалось бы согласовать.
Я спросил президента Башкирии Муртазу Рахимова, стоявшего в окружении нескольких подчиненных, которые отчаянно старались расхохотаться как можно раньше друг друга в ответ на изредка роняемые Муртазой Рахимовым слова, какой подарок он приготовил президенту Татарии Минтимеру Шаймиеву на 70-летие.
– Подарок? – переспросил он. – Мое присутствие – разве не подарок?! Окружающие от души расхохотались. Муртазе Рахимову тоже понравился его ответ, и он еле заметно улыбнулся. Только я загрустил.
Главной участницей переговоров в узком составе стала лабрадор Кони. Госпожа Меркель, увидев ее рядом с господином Путиным, заметно запереживала.
– Не бойтесь, – успокоил ее президент России. – Она не кусается.
Я бы не сказал, что после этого немецкий канцлер и правда успокоилась. Она с опаской следила за собакой и с облегчением вздохнула, когда лабрадор неторопливо пошла к фотокорреспондентам.
– Сейчас журналистов будет кушать, – по-русски мечтательно сказала Ангела Меркель.
Президент Украины Виктор Ющенко слушал Ангелу Меркель с таким вниманием, будто представлял себе на ее месте Юлию Тимошенко.
Выступавшая на Мюнхенской конференции по вопросам политики безопасности канцлер Германии Ангела Меркель, казалось, все время чувствовала взгляд президента Путина.
– Вообще, когда вы сидите напротив президента России, то это сложная задача – вслух рассуждать про Косово…, – оправдывалась она.
Король Иордании ездит на «мерседесе», а не на «майбахе», как нормальные короли – Саудовской Аравии и Катара. Возможно, король Абдалла II и сам понимал, что должен запомниться Владимиру Путину чем-то таким, чем не смогли удивить президента России соседи.
И тогда королю, видимо, и пришла в голову счастливая мысль, позволившая ему оставить далеко позади соседей-королей. Он сел за руль автомобиля и повез господина Путина в его резиденцию. Вот это был воистину королевский жест.
Господин Путин, свою очередь, сделал непрезидентский жест: торопливо пристегнулся.
Юлия Тимошенко, пытаясь в очередной раз договориться с «Нашей Украиной», сказала, что у нее есть несколько хороших идей, причем она, к сожалению, отдает себе отчет в том, что самые эффективные из них слабовольные руководители «Нашей Украины» не будут даже и рассматривать, и поэтому она предлагает взять на реализацию самую безобидную идею. По ее предложению, прокуратуре необходимо немедленно завести уголовные дела на господ Клюева и Харченко (Андрей Клюев – вице-премьер, Сергей Харченко – глава госказначейства) за то, что они не выполняют указ президента Украины о финансировании досрочных выборов.
– Завести дела? – переспросили ее. – Это, значит, безобидное предложение. А максимально эффективное какое тогда?
– Надо срочно арестовать Януковича, – мечтательно сказала Юлия Тимошенко.
Виктор Ющенко рассказал трогательную историю про свою дочку, которая еще не умеет читать, но знает буквы, правда, все время их забывает. Папа ехал с ней и с другой дочкой по улице, как вдруг младшенькая прочитала на растяжке: «Ющенко». Та, что постарше, поправила ее: «Там же нет никаких букв. Это просто герб Украины».