Чтение онлайн

Откуда взялись его фотографии с обнаженным торсом? Или фотографии, где он загорает? Такие случаи были очень редкими.

На этих фотографиях он выглядел моложе своих тридцати лет, и любой человек, взглянув на них, решил бы, что он проводит все свое время, валяясь на песчаном пляже. В статье романтично описывалось его «бычье» сложение и глаза цвета морской волны. Этого было достаточно, чтобы вызвать тошноту у серьезного мужчины.

С одной стороны, нет худа без добра: компания «Солнце» таким образом становилась все более известной. С другой стороны, такие люди, как владельцы Лосиного Озера, стали бы нервничать, когда слухи о его скандальной личности достигли бы их краев.

И иногда, совсем неожиданно, его охватывало чувство одиночества, будто никто в мире по-настоящему его не знал.

Интересно, эта няня посчитала его привлекательным? Или, может, не согласилась с оценкой его личности в журнале? Нa секунду его по-настоящему озаботил этот вопрос. Он почувствовал, что снова стал оправдываться и даже мысленно произнес: Мисс Принни, Вы не сможете узнать, сексуальный ли я, пока я Вас не поцелую.

И он машинально взглянул на ее губы. Они были крепко сжаты и будто говорили ему: никаких попыток! Но напряженные мышцы вокруг рта лишь еще больше подчеркивали полноту ее губ, их сочность, соблазнительность.

Она подняла руку и снова прикоснулась к медальону, будто он был амулетом, а Джошуа — оборотнем. Будто она ощутила притягательность своих губ и захотела защититься от него.

— Меня зовут Даниелла Сприннер, Денни, — формально-учтиво произнесла женщина. Она произнесла эти слова в промежутках между криками ребенка. И снова он заметил, что голос ее был бархатистым — таким же чувственным, как и ее прикосновение. В других обстоятельствах — совсем других — он несомненно посчитал бы его сексуальным.

Столь же сексуальным, как се чертовски надутые губки.

— Мне было сказано, что вы встретите нас в аэропорту.

— Вероятно, произошла какая-то ошибка, — сказал он во второй раз. — Не удивительно, когда в дело вмешивается моя сестра.

— Нелегко подготовить детей к поездке! — она мгновенно встала на защиту своей работодательницы.

— Именно поэтому вы находитесь здесь — чтобы ей помочь? — мягко спросил он.

Она вскинула подбородок, глаза ее вспыхнули.

— Детей нужно прежде всего воспитывать, а потом уже заботиться об их физических нуждах, — резко сказала она. — И ваша сестра об этом прекрасно знает.

— Святая Мелани, — насмешливо произнес Джошуа.

— Что вы хотите сказать? — царственно произнесла она.

— Я постоянно выслушивал от нее лекции по поводу моего морального облика, — произнес он ироничным тоном. — Но, несмотря на мою порочную репутацию, я действительно думал, что вы приедете завтра. Простите. И особенно мне не хотелось доставлять неприятности Сиси.

Сиси бросила на него подозрительный взгляд и засунула в рот большой палец.

Денни аккуратно переложила младенца с одной руки на другую и вынула палец изо рта Сиси. И он вдруг понял, что, несмотря на внешне невозмутимый вид няни, ребенок — тяжелая ноша, а Денни устала.

Он поднялся из-за стола, надеясь, что Денни поймет намек на то, что разговор окончен. Но вместо этого она уселась на его место и протянула ему ребенка.

— Вы можете подержать? Мне кажется, ему надо сменить штанишки. Сейчас я поищу его вещи в сумке.

На секунду Джошуа Коул, создавший себе многомиллионное состояние, буквально окаменел. Но прежде чем он смог прийти в себя, в руках его уже находился маленький беспомощный человеческий комочек.

Джошуа закрыл глаза, почувствовав тепло, проникшее в его сердце, когда он прижал к груди своего восьмимесячного племянника Джейка.

Давно забытые воспоминания нахлынули на него с такой силой, что в груди защемило.

— Не волнуйтесь. Это совсем не то, о чем вы подумали, — сказала Денни. Джошуа открыл глаза и увидел ее насмешливый взгляд. — Он всего лишь обмочился.

Джошуа ощутил большое теплое пятно, расплывшееся по его шелковому галстуку и безупречно чистой модной рубашке, и был рад тому, что она восприняла его реакцию как досаду по поводу намокшей рубашки.

Ребенок вдруг замер, подобно своему дяде, мгновенно замолчал и стал смотреть на него огромными сапфировыми глазами.

Невозмутимое и мудрое выражение лица, как у Будды, сохранялось у малыша всего лишь мгновение. Затем он нахмурился. Покраснел. Напрягся. И ужасающе закряхтел.

— Что с ним? — спросил потрясенный Джошуа.

— Боюсь, случилось то, о чем вы подумали.

И даже если бы он сам не догадался, мгновенно распространившийся запах объяснил ему все.

— Эмбер! — позвал Джошуа. Мужчина, который реагировал на стресс с уверенностью в своих силах — по крайней мере до этого момента, — едва не сказал: «Эмбер, позвоните в службу спасения. 911».

Прелестные губы Денни Сприннер изящно изогнулись. В глубине поразительных глаз заиграли огоньки. Она едва сдерживала смех. И если до сих пор все-таки обошлось без службы спасения, то теперь Джошуа надо было срочно спасать.

В его кабинет, святая святых и последнее убежище одинокого мужчины, вторгся враг, искушающий блаженством домашнего тепла.

В дверях появилась секретарша.

— Я вас слушаю, шеф.

— Дети голодны, — сказала мисс Принни, словно она была шефом. — Может быть, вы накормите нас завтраком?

Как может кто-то думать о завтраке в такую минуту?

Или давать Эмбер распоряжения на этот счет?

На какой-то момент Джошуа поразился тому, как за несколько секунд может измениться весь мир мужчины.

Но мир действительно изменился. Младенец, завернутый в голубое одеяло, с крошечным сморщенным лицом, нахмуренными бровями, маленькими точеными ручками...

Стоп! — приказал себе Джошуа.

Но вместе с воспоминаниями, которые так легко всплыли на поверхность, когда он прижимал к себе ребенка, он осознал кое-что еще.