Чтение онлайн

Может быть...

Может быть, это не имело значения. Нет, не может. Это точно не имело значения.

Полицейские здесь были настолько напуганы этим безумным зеброй, что даже не потрудились отпереть дверь и убрать тело. Я глянула вниз и убедилась, что скелет был всё ещё здесь. Миднайт Шовер не смогла разглядеть пророчество через окно. Возможно, никто вообще не смог. Очень вероятно, что мы — первые, кто увидел письмена на стене.

И наихудшим было то, что это не имело значения. Даже если пророчество так и не покинуло стены этой комнаты, зебрам это было и не нужно. Министерство Магии взломало обходные заклинания зебр всего за каких-то пару недель до Конца, и они уже использовали их для создания щитов, через которые могут пройти только определённые индивиды. Твайлайт Спаркл начала тесты на пони по созданию аликорнов с помощью ЗВТ непосредственно в день удара. Стоило этим достижениям появиться, и появление у Эквестрии непроницаемой защиты и армии продвинутых бойцов-аликорнов становилось лишь вопросом времени... как и поражение зебр в этой войне.

Зебры и так уже проиграли. Эквестрия победила. Осталось только лишь обыграть всё это. Шах и мат в считанное количество ходов. И если зебры действительно поверили, что не осталось никакой возможности выжить, что их ожидает полное уничтожение или что-то ещё хуже от Найтмэр Мун... если они правда верили в это... то единственным оставшимся выходом было взорвать шахматную доску.

Зебры не видели другого выхода.

* * *

Из дневника Миднайт Шовер

День тридцать шестой, дополнение:

"Я почти закончила собираться. Нет никакого смысла продолжать мои исследования здесь. Я больше не получу никакого сотрудничества от жителей Зебратауна. К моему смятению, даже Дейзи не отвечает на стук в дверь, хотя, возможно, её попросту нет в городе. Это не имеет значения.

Я послала сообщение принцессе Луне, проинформировав её о своём провале и незамедлительном возвращении. Я запросила королевскую колесницу подобрать меня в течении двух часов. Этого достаточно, чтобы упаковать этот терминал и остатки моих пожитков. Я хочу свалить из этого места и оказаться в своей постели ещё до полуночи.

Вот и стук в дверь. Мои провожатые прибыли слегка рановато. Что ж, придётся им подождать. Но я не заставлю их ждать долго.

Лёгкий стук перешёл в громкие удары. Я волнуюсь, что принцесса Луна разочаровалась во мне и пожелала увидеть меня до того, как я соберу вещи. Или, может, мои провожатые были приглашены на званый вечер в Кантерлоте и теперь боятся из-за меня беспардонно опоздать. Не важно. Я решила, что мне не нужна куча всего этого барахла. Я всегда могу купить новые вещи, как только вернусь в общество здравомыслящих пони. Вообще говоря, всё, что мне нужно, уже в моих сумках, равно как и сейф с реликвией и этот терминал. Я буду готова так скоро, как закончу писать эту заметку и заткну наконец...”

* * *

Мы с Ксенит пристально всматривались вверх. Вся лестница в этой части здания была разрушена, отхватив порядочный кусок от каждого этажа. Мы были на дне четырёхъярусной ямы, уставившись с поднятыми головами туда, где должны были быть камеры и этажи. Тремя этажами выше мы увидели тюремную клетку и молодых зебр, запертых внутри. Клетка находилась за щитом, генерируемым двумя знакомыми тёмно-зелёными аликорнами, сидящими перед ней, подобно стражам, не двигающимся, не мигающим.

Этажом выше стояли и наблюдали ещё три аликорна.

Что ж, по крайней мере Розовое Облако не просочилось в эту часть здания. Я всё ещё получала отвратительные медицинские предупреждения со своего Л.У.М.а, несмотря на найденную пару лечащих зелий в полицейском хранилище, одно из которых было мною принято. Ксенит выпила другое. Я чувствовала лёгкую жалость, что не сохранила их, но к тому времени как мы обе выбрались из подвала, мы были неспособны спасти ни одной зебры. Если бы мы не нашли те два зелья, понадобилось бы спасать нас самих.

Я просто ненавидела Розовое Облако.

Пять аликорнов. Блять. Надо было предвидеть это. Аликорны обычно работают группами по трое. Здесь было трое в одном крыле. Одна на крыше, а это указывало на наличие по крайней мере ещё двух. И потому наличие тут целой пятёрки очень даже имело смысл. И как мы, мать его, должны были это провернуть? Не было ни единого шанса проскользнуть в клетку. И мы были отнюдь не в наилучшем состоянии для сражения.

Я работала над превосходным планом. И почти закончила его, когда услышала, как Ксенит приглушённо ахнула.

— Сефир!

Я охнула от удивления, когда зубы Ксенит сомкнулись на моей гриве и она зашвырнула меня на свою спину. Зебра ворвалась в поле зрения аликорнов, издавая боевой клич.

Одна за другой, три аликорна поняли свои щиты и спрыгнули вниз, устремляясь прямо на нас.

Ксенит повернулась и побежала... но не далеко.

— Держись, малышка!

Я плотно обвила её копытами, гадая, что она собиралась сделать. Она крутанулась, опустив свой рог, и приготовилась встретить ближайшую из аликорнов, приближающихся к ней.

— Ты же... шутишь, да?

В последний момент Ксенит прыгнула. Зебра прорезала воздух со мной, вцепившейся в её спину, словно в саму жизнь. Её копыта ударились о щит аликорна и оттолкнулись от него; сохраняя импульс, мы прыгнули к следующему, а затем к третьему.

Зебра приземлилась на третьем этаже прямо перед двумя зелёными аликорнами; я всё ещё крепко держалась за неё, смотря вниз на трёх ошеломлённых аликорнов, которых использовали в качестве платформ для прыжка.

Ксенит подняла голову и рубанула в одну и в другую сторону, рассекая своим адским рогом глотки двух аликорнов перед собой. Щит исчез.

— Открой дверь, малышка! — потребовала она. — Скорее.

Я моргнула, всё ещё потрясенная, и сползла с её спины. Я высвободила свою магию, отпирая замок на клетке с необычайной лёгкостью. Аликорны внизу стряхнули своё удивление и полетели прямиком к нам.

— У тебя есть ещё шары памяти, малышка?

Я кивнула.

— Да, но они... они не купятся на...

Но эти аликорны были отрезаны от Богини. Они могут попасться на тот же трюк!

— Отойди, — предупредила я.

Ксенит нырнула мимо меня в клетку, срывая свою сумку и высыпая её содержимое перед широкоглазыми молодыми жеребцами и кобылками. Подняв левитацией все шары памяти, что у меня были, я услышала, как Ксенит говорит: