Чтение онлайн

— Нет, ты лучше, — нежно, но твёрдо ответила Вельвет. — Я не могу точно знать этого, но ты гораздо лучше. Я всегда хотела быть мед-пони, и я ухватилась за первую же возможность. Но я оставила свой дом только по личным причинам. А ты вырвался из оков, которые не давали тебе помогать остальным пони. Ты покинул своих родных ради сострадания к другим.

Каламити покраснел. Я внезапно поняла, что таким мне он больше нравился. Это делало его красивее.

— Ты правда заботишься о пони, — бродя взглядом по Каламити, продолжила она. — И я видела, каков ты с нами, а в особенности с Литлпип. — И, повернувшись ко мне, сказала: — Он рядом с тобой, никогда не покинет. Защищает тебя даже от самой себя...

— Всегда рядом, чтобы подхватить, — неожиданно мягко сказала я.

Улыбнувшись, Вельвет Ремеди кивнула.

— Когда он рядом, я чувствую себя в безопасности, ведь я знаю, что он защитит нас. А в особенности, тебя, после того как ты показала, что нуждаешься в этом больше всех. Но он всегда прямо здесь, рядом со мной, когда я тоже нуждаюсь в нём.

Я внезапно почувствовала себя опять неуютно, на сей раз из-за того, что я опять прерывала Каламити. Я наклонила голову, вдыхая успокаивающий аромат зебринского чая с молоком и специями, исходивший из моей чашки.

Хмурясь немного, Вельвет Ремеди не могла не добавить:

— Я не говорю, что мы идеальная пара. На мой взгляд он часто склонен прибегать к насилию как решение проблем, и не он единственный. — Она пристально взглянула на меня. В течение нескольких мгновений её стальной взгляд держал меня, заставляя непроизвольно ёжиться. Тогда её выражение расслабилось. — Но я понимаю, что в реалиях Пустоши насилие — зачастую единственный способ. Хотя Вы двое и злоупотребляете этим. По крайней мере вы оба считаете, что вся пролитая кровь — это цена ради справедливости, сострадания и чувства ответственности за притеснённых пони. Хотя многие посчитают это проявлением слабости.

Она повернулась к Каламити, всем своим видом говоря "теперь твоя очередь".

Хомэйдж обошла стол и села позади меня, ненавязчиво поглядывая на меня. В этом взгдяде читалась поддержка, несмотря на недавнее разочарование во мне. Я думала, что должна быть наказанной, но даже намёка не витало в воздухе.

Я почти молилась, чтобы Каламити сейчас не ляпнул что-нибудь невпопад. Раньше я не была за них рада, потому что боялась, что эта близость повредит им. Но сейчас я хотела, чтобы они были вместе. Теперь я понимала это. Я надеялась, что у них всё получится. И слова Вельвет были словно луч настоящего, чистого солнечного света. Я впервые подумала, что они, возможно, действительно будут хорошей парой. Разумеется, если Каламити снова не начнёт тупить в ближайшие пару минут.

Каламити нервно чертил копытом пол.

— Эээ, то есть, сейчас не прокатит просто сказать "окей, я тоже так думаю"?

Я сделала глубокий глоток, наполняя рот слегка горьковатой жидкостью. Приятное тепло чая мягко разлилось внутри меня, медленно распространяясь по всему телу.

Вельвет Ремеди кивнула головой. Пегас снова почесал загривок, случайно уронив шляпу на глаза.

— Ну... она очень красивая, — начал Каламити. — Не только снаружи. За её внешней красотой и периодически резким характером скрывается восхитительный внутренний мир.

Я удивленно моргнула. Ему теперь нужно было как-то поддерживать заданный стиль.

— Ну то есть... — замялся Каламити, он тоже это понимал. Но он говорил честно. Я надеялась, Вельвет это учтёт. — Вот смотри, когда мы её в первый раз спасли, я не знал, чё и думать. Она помогала работорговцам. И она была... Ну... Короч, я подумал, что она такая же наглая, жеманная и высокомерная фифа, как эти пони здесь в башне. Но она была совсем не такая. Она прекрасна, но она... Ну не знаю... Как-то попроще что-ли?

Он остановился, чтобы подобрать слова, затем улыбнулся, по-видимому найдя нужное, и продолжил:

— Настоящая. Она настоящая, и само главное — она предана своему делу. Она помогала работорговцам не потому, что ей нравилось то, чё они делают — прост она должна была помогать пони. И в этом ей не помешают неудобства или личная неприязнь.

Каламити обернул своим хвостом Вельвет Ремеди, восхищённо смотревшую на него.

— Она верный друг. Она не отвернётся и пойдет с нами в любое пекло. Правда эта её манера мирно решать проблемы со злыми или агрессивными ребятами не всегда прокатывает, но я понимаю, что в этом что-то есть иногда... Ну, она же так делает, потому что реально беспокоится за них и хочет помочь... Хотя в основном они этого не заслуживают. Да они её и не спрашивают даже.

Пегас пожал плечами.

— Ну как мне её за это не любить?

Глядя в глаза Вельвет Ремеди, он закончил:

— Ну ты такая... в общем, то, чё доктор прописал, понимаешь? — Вельвет наигранно закатила глаза, но улыбнулась. — Эквестрийская Пустошь — она же не самое лучшее местечко. Мрачная, жестокая, кровавая... Бывает, так сразу и не вспомнишь, за что тут вообще стоит бороться. Но вот щас мне достаточно прост посмотреть на эту угольно-чёрную единорожку, чтобы вспомнить, понять, какими хорошими на самом деле могут быть пони, и что за это стоит бороться.

Часть меня хотела вскочить и обнять их. Часть меня хотела сказать им, чтобы они уже ушли в комнату и уединились... Хотя они и сейчас могли бы ещё быть там, и виновата в этом была я.

— Хорошо... вы меня убедили, — сказала я с улыбкой. Хомэйдж обняла меня сзади, и наш дуэт помог почувствовать меня менее неловко перед Каламити и Вельвет Ремеди.

— Да, — неожиданно сказала Вельвет Каламити, передавая кусочек тортика. — Я думаю, они действительно занимались ''этим'' на этом столе.

Хомэйдж куснула меня за мои покрасневшие уши. Ох... слишком поздно, я сменила тему разговора:

— Ну... и как долго вы вместе?

Каламити засмеялся.

— Ты имеешь ввиду физически? Или что-то другое? — Он взглянул на Вельвет, но та своим видом будто говорила ''от этих вопросов я держусь подальше''. — Эммм...со вчера?

Я моргнула.

— Да ладно те, Лил'пип. Да мы тольк неделю назад впервые поцеловались.

Вельвет Ремеди вздохнула, затем мягко произнесла:

— В самом деле, Литлпип, мы должны тебя поблагодарить за то, что у нас вообще есть отношения.