Чтение онлайн

Он старался также не чувствовать, что это для него небезопасно. Максим и Гринсект, он был в этом уверен, собирались только напугать каждого в эти времена максимальной угрозы. Ни один из них, похоже, ничего не знает о его закулисной деятельности. Что же касается уничтожения Четвёртого и Пятого Флотов, то по отношению к этой катастрофе Джандрак испытывал искреннее чувсво невиновности, потому что она была совсем неуместна для его двуличной позиции в этом вопросе. Источник его ощущуния состоял в том, что для него это было также неожиданно, как и для короля; он не имел ни малейшего понятия, как повстанцы узнали об этой тактике, если, разве что, они не пользовались каким-то новым видом детектора обнаружения.

Он не стал бы терять врамени, стремясь побыстрее заняться своими новыми обязанностями, от успеха которых, как он считал, зависит, останется ли скользящий флот под его командованием. Сначала он сделал короткий, скрытный звонок Хин Сетту (он был почти уверен, что Политический Отдел не знал кода скремблера, но всегда лучше перестраховаться) и затем отпппправился прямо в Старый Город, оставив форму и все украшения и одевшись в простую одежду, которая не вызовет комментариев. Его суетность, однако, не позволила ему опуститься до неряшества. Он инструктировал портного, чтобы тот сшил одежду элегантную, из хорошей ткани, и только с намёком на показушество, которое подходило его характеру.

Входная дверь доходного дома, где жила Рондана, была открыта. Джандрак поднялся по лестнице до её комнаты, коротко постучал и вошёл, не ожидая ответа.

Она повернула к нему испуганное лицо.

— А, это ты.

Она сидела за косметическим столиком, подкрашиваясь и явно собираясь уходить. В её тоне, подумал он, прозвучало не столько облегчение, сколько замкнутость. Он сознавал, что не приходил к ней почти уже полтора месяца.

— Ты не рада меня видеть? — весело спросил он, в таком стиле, который явно подразумевал положительный ответ. Но она пожала плечами, избегая смотреть ему в глаза.

— Мне жаль, но у меня уже назначено свидание. Тебе следовало дать мне знать, что придёшь.

то было на неё похоже.

— Ты встречалась с другим мужчиной! — возмущённо взорвался он.

— А почему бы и нет? Ты приходишб, или не приходишь — просто как тебе захочется. И ты думаешь, что я просто собираюсь сидеть здесь и ждать?

— Но, Рондана, я имею ввиду… мы с тобой…

Она встала, открыла шкаф и осмотрела свой небольшой, недорогой гардероб.

— Теперь мне пора идти. До свидания.

Схватив её за плечи, он повернул её к себе.

— Кто он? Где он? Давай посмотрим, достаточно ли он тебя ценит, чтобы встретиться со мной на ножах или с пистолетом!

Она яростно сбросила его руки.

— Как это на тебя похоже! Как ты будешь гордиться, тренированный солдат, когда убьёшь рабочего, который в жизни не брал в руки оружия! Скотский убийца!

Непривычная для него брань шокировала его.

— Что случилось, что ты стала такой? — хмурясь, он подёргивал себя за усы.

Она утомлённо села на стул, отвернувшись от него.

— Кто я для тебя? Просто твоя маленькая шлюха в трущебах. Мне двадцать лет, а тебе сколько? Девяносто? Сто? Могу поспорить, что ты развлекался с такими же девицами, как я семьдесят лет назад. Ты когда-нибудь навещал их сейчас, когда они стали старухами? Ты придёшь ко мне, когда я постарею, а ты ещё будешь таким же, как сейчас? Это всё ясно как день.

Джандрак неловко кашлянул. У него не было готового ответа на её слова. В данной ситуации справедливостью не пахло, это верно. Но он не был воспитан в мире справедливости, никогда не искал её и не ожидал найти. К примеру, очень маловероятно то, что он женится на Рондане, введёт её в высший класс общества; или же организует для неё что-либо для того, что означает отношение к этому классу — как, например, долгую жизнь. Тот факт, что он вообще мотается среди низших классов, было чем-то вроде безрассудства с его стороны, и большинство людей, которых он знал, сурово осудили бы его за это.

— Если бы я знал, как изменить мир, я бы так и сделал, — сказал он. — Нет смысла обвинять меня в моём рождении, так же как и тебя — в твоём. Я прихожу сюда потому, что ты мне нравишбся больше, чем любая из тех, наверху, — он презрительно ткнул большим пальцем в направлении Внутреннего Города.

— Что же, у тебя больше возможностей изменять его, чем у меня.

— Это не так. Из аристократии никто ничего не может изменить. Тебе нужно среди них жить, чтобы понять, насколько это невозможно. Любое изменение должно идти снизу, отсюда, из масс.

— Герцог, ведущий теперь бунтарские речи! — презрительно заметила она.

— Почему бы и нет? — украдкой он пробрался вперёд и положил ладони ей на плечи, затем ласкающе провёл ими вниз по рукам. Она не сопротивлялась.

— Скажи мне честно, — пробормотал он, склоняясь к ней. — Я тебе нравлюсь больше, чем этот, другой тип? Ты не можешь оспаривать свои чувства ко мне.

— Да, — шепнула она, откидываясь назад , к нему, откидываясь назад, к нему, закрывая глаза и проникаясь его ласками.

Всего несколько минут потребовалось на то, чтобы прилив крови захватил их обоих; затем они снова оказались в постели, очередной раз наслаждаясь юездыханным возбуждением мужчины и женщины, открывающих для себя друг друга.

В одно из мгновений он приподнялся и изучил противоположную стену — позиция, с которой он видел сходную сцену раньше. Любая из множества случайных точек могла оказаться шпионской камерой. Гринсект пообещал ему, что она убрана, но Гринсеку, разумеется, верить нельзя.

Да и какое значение это имело? Выкинув из головы эту вероятность, он снова обратился к трепещущей девушке. Такие вещи приходится принимать.

Все это он делал во имя службы королю.

Собеседником Джондрака оказался молодой отварищ из Общества «Смерть жизни», которого Рондана встретила в питейном доме, часто посещаемом членами движения. Потребовалось ещё два дня мягких уговоров, подлизывания и лицимерия, пока ему удалось уговорить Рондану взять его с собой, не вызывая её подозрений.