Ежедневки

***

Дворник сметает с асфальта опавшую осень,

В кучи сгребает парик облысевших деревьев,

В лужах блестит, отражаясь, небесная просинь,

С чёрными клиньями к югу стремящихся перьев.

Дворник снимает с калиток гамак паутины,

Веником гибким щекочет штакетки забора,

Первый мороз по утрам уже метит низины,

Травы вдоль троп прикрывая побелкой узора.

Дворник вывозит с остатками бабьего лета

Листьев циновки за город, на бурые свалки,

Тёплой поры, золотой, уже песенка спета,

Солнца скупые лучи стали ржавы и жалки…

***

Слышишь, как кто-то крадётся за нами по парку,

Шарится, тихо сопя, по раздетым кустам? –

Ветром сырым пролезая под тёплую парку,

Осень хрустящей походкой шуршит по пятам.

Слышишь, как кто-то басит и бубнит в водостоках,

Глухо рычит по ночам на смурных языках? –

Топит дворы и проспекты в небесных потоках

Осень, неся непогоду в худых облаках.

Слышишь, как кто-то стучит в наши мутные окна,

Лапой скрежещет корявой по глянцу стекла? –

Тонкая ветка сирени, нагая, намокла:

Осень – воровка безоблачных дней и тепла…

***

И вот уже в воздухе сладкою гнилью

Запахло от сваленной в кучи листвы,

Посыпаны мелким песком, словно пылью,

Остатки погожей сухой синевы.

Большими мотками соломенных ниток

Стоят над полями цилиндры стогов,

И влаги осенней сочится избыток

По ярусам низких седых облаков…

***

Туман ползёт по водной глади

Рассветной лёгкой простынёй.

Прибрежного рогоза пряди

Едва припудрены зарёй.

И лес, притихший до восхода,

Обнявший плотно озерцо,

Умоет в чаше небосвода

Лучами первыми лицо…

***

Луна как вечный акробат

Исполнила за сутки сальто –

Вновь тушат сумерки закат

О спину дряблого асфальта,

И вновь виднеются следы

Медвежьих лап на небосводе,

И звёзд несметные ряды

Толпятся в ярком хороводе…

***

Свирепствует небо, беснуется,

Срывая с деревьев листву,

По голень плывущая улица

Трещит по бордюрному шву.

Кусты наклонённые молятся

Безоблачно-ясным богам,

Лишь черви довольные холятся

По стокам и луж очагам.

Избитый асфальт задыхается

Под толщей накапанных вод,

А небо гремит, накаляется,

По-чёрному бьётся и льёт…

***

Кто-то снимает со вспышкою небо,

Пшикая город духами грозы,

И перуновые слуги свирепо

Тащат с дождём неземные тазы.

Он прополощет затасканный город,

Выбьет, как коврики, старый бульвар –

Сквер заблестит, будто зелен и молод,

Храм посвежеет, хоть бледен и стар…

***

Гналась за мною туча грозовая,

Тяжёлая от влаги, дико злая,

Покорные деревья ей кивали,

А ветры ураганно подпевали.

Стелилась туча, крыши задевая,

Я мчалась живо, пятками сверкая,

Она сверкала молнией, а громом

На говоре ревела незнакомом.

Рычала туча, мрачно напирая,

Гравийной краской город покрывая, –

От злости и всесилья возбудилась

И ночью крупным ливнем разродилась…

***

Медовые, липкие почки каштанов

Набухли от ласк мимолётных ветров,

И лифы игривых и броских тюльпанов

Раздвинуло солнце под взор облаков.

Скользят под невинным цветущим нарядом

По вишне проворные пальцы лучей,

Берёзы, шурша далматинцевым рядом,

Льют сок от дыхания тёплых ночей.

И приторный воздух, как сладкая вата,

Намотан на пышную стать алычи,

Упругие травы и стебли объяты

Весной, как узорами скользкой парчи…

***

Одуванчиков ранних веснушки

На щеках изумрудных полей

Распушили свои конопушки,

Сообщая, что стало теплей.

Тонкой фенечкой бисер ромашек

Заплетается в локоны трасс:

Он желтками соцветий-кругляшек

В лепестках, словно в блюдце, увяз.

Шестикрылые звёзды нарциссов

На газоне, как стайки цыплят, –

Так лучами из рыжих эскизов

Сшился жёлтый апрельский наряд…

***

Под крылом монолита бетонного,

Там, где форт почивает надломленный,

Волоски парашюта объёмного

Распушил одуванчик откормленный.

Под опекой гиганта старинного

Шею вытянул тонкую, длинную,

Но с порывами ветра стихийного

Разлетелся на пустошь равнинную…

***

Нагретыми шишками пахнет полуденный лес,

Еловыми лапами будто бы гладит светило,

И в гладком канале, идущем до кромки небес, Прохладной водою лучи свои солнце умыло…