Эверблейз
Шрифт:
– Я сказал ему, что Фитц идет, чтобы быть Телепатом вместо тебя, чтобы справится с Силвени. Но он не знает, что там будет Биана... и я собираюсь удостовериться, что все так и будет.
– Я - секретное оружие, - сказала Биана, снова исчезнув, чтобы доказать это.
Софи уставилась в окно, наблюдая, как солнце ползет к горизонту.
– На самом деле мне трудно расслабиться и дать вам рисковать своими жизнями ради этого.
– Расскажи мне об этом, - произнес Грэйди с вершины лестницы, заставляя всех подскочить.
– Вы действительно думали, что я не слушал здесь?
– Я знал, - признался Киф, когда Грэйди спустился, чтобы присоединиться к ним.
– Пожалуйста... вы не можете никому рассказать о моем папе. Если он узнает...
– Я знаю, - перебил Грэйди, протягивая руку, чтобы успокоить его.
– Но до того как я соглашусь, я должен спросить... ты уверен, что он за одно с Невидимками?
– Да, - пробормотал Киф, сжимая свою булавку-герб Сенсенов.
Когда он не уточнил, Софи объяснила про аромарк, который они нашли на руках Кифа, и как Невидимки продолжали находить их. Выражение лица Грэйди стало убийственным.
– Вы не можете никому рассказать, - напомнил ему Киф.
– Сначала нам нужно, чтобы он привел нас к остальным.
– Верно, - сказал Грэйди, проводя руками по лицу.
– Нельзя давить первого же муравья, которого находишь. Нужно подождать королеву. Значит, я сохраню вашу тайну... пока что. Но у меня в запасе будут гоблины около поместья «Тень Свечи» на случай, если дела пойдут не так как запланировано. А вы двое должны рассказать своему отцу, - сказал Грэйди Фитцу и Биане.
– Я уверен, что он увидит логику за стратегией Черного Лебедя... особенно с нынешней бесполезностью Совета. Но он должен знать, что делают его дети, и иметь шанс внести изменения, чтобы защитить вас. Хорошо?
Они поглядели друг на друга, прежде чем оба кивнули.
– Хорошо. Я собираюсь внести несколько моих собственных корректировок, - добавил Грэйди.
– Первая... с вами пойдет Сандор.
Сандор нахмурился.
– Но мисс Фостер...
– Будет в полной безопасности прямо здесь, - перебил Грэйди.
– Ты должен пойти со всеми к той горе. И я должен упомянуть, что это единственный вариант, при котором я соглашусь на этот план. Иначе я найду способ остановить вас.
Киф пожал плечами.
– Меня это устраивает, пока Гигантор не жалуется.
Сандор удивил его, склонив голову.
– Для меня это будет честью, мистер Сенсен.
– Уф... мы можем придерживаться «Кифа»? Я не точно поклонник этого имени прямо сейчас.
Сандор кивнул.
– Тогда я думаю, что все улажено, - сказал Киф, протягивая руки Фитцу и Биане.
– Мне будут нужны ваши свитки. Там написано, что их нужно уничтожить.
– Я думаю, что смогу это сделать, - сказал Грэйди, вытаскивая серебряный камень из своего кармана.
Он осветил свитки фиолетовым пламенем, позволив огню расползтись по бумаге, будто пылающий мох, пока не осталась только кучка пепла.
– Кстати говоря, Киф, - сказал Грэйди, счищая пепел с пальцев.
– Мне жаль, что твой отец оказался в этом замешан. Я надеюсь, что это ошибка. Но в противном случае я хочу, чтобы ты знал, что можешь приходить ко мне с чем угодно. То же самое касается и всех вас, - сказал он Фитцу и Биане.
– В данный момент нам много с чем нужно воевать. И если мы хотим пережить следующие несколько дней, нам нужно доверять друг другу и сотрудничать. Мы можем сделать это?
Все кивнули.
– Хорошо. Тогда давайте возьмем еще меллоу-мелт. Потому что у меня такое предчувствие, что это будет наша последняя мирная трапеза за несколько дней.
Глава 61
Софи не захотела пить на ночь чай из дремотных ягод, а без него... и без способа добраться до Силвени... она поняла, что спать невозможно. Наконец она вылезла из кровати и провела оставшуюся часть ночи, свернувшись калачиком у окна, глядя на звезды.
Они выглядели по-другому, теперь, когда она видела, каким смертельным мог быть их огонь.
Она задумалась, чувствовал ли Совет то же самое. Они бодрствовали всю ночь, сожалея об исцелении Финтана в комнате со стеклянным потолком?
Они должны были.
Так почему они выбрали ту башню?
Они боялись какого-то спасения пропавшими гномами-карликами, если бы оказались под землей?
Или была более темная, более зловещая причина?
Сомнение было такой любопытной вещью. Как линзы на ее глазах, оно стирало грани между тенью и светом, делая все темным и серым. Что угодно могло означать что угодно. Или это могло просто ничего не значить.
Она знала только то, что Совет был способен на холодные, недобрые вещи, и теперь она была бессильна что-либо с этим поделать.
Или нет?
Софи все же не была готова столкнуться с Ложносветом, и когда она проверила офис Грэйди, то обнаружила, что рунический словарь был толще ее головы. Ее руки болели, когда она вытащила и понесла тяжелый том в свою комнату, но это стоило усилий. Не важно, какой код Джоли использовала в своем дневнике, должен был быть образец или ключ. Если она выяснит какой, то может перевести страницы.
Ободок замедлял успех. Каждые несколько строк ее концентрация уходила... и она была вполне уверена, что ее фотографическая память не работала с той точностью, к которой она привыкла. Но чувствовалось хорошо - делать что-то продуктивное. Даже если это, казалось, не помогало.
Каждый раз, когда она сравнила символы Джоли с руническими алфавитами в словаре, то не могла найти совпадений. Фактически, чем больше она изучала их, тем больше написанное выглядело неестественным... будто Джоли пыталась скопировать что-то, на что она смотрела, и иногда руки подводили ее. Знаки были набросаны поверх себя, и многие линии были так близко друг к другу, что Софи не могла сказать, с какой руной они были связаны.