Чтение онлайн

Нет, Джоли, должно быть, скрыла его в Хевенфилде. И самое безопасное место - это ее комната.

Софи просто должна была искать умнее.

Она встала на то место, где раньше стояла Вертина, поставила ноги на ширину плеч, смотря в одну сторону. Независимо от того, какое зеркало, имела в виду Джоли, возможно, его не видела Вертина... иначе, Вертина бы знала, где его найти. Это означало, что Софи могла исключить...

Большинство мест, на которые она уже напрасно потратила время, проверяя.

Удивительно.

Она проглотила свое расстройство и повернулась лицом туда, куда Вертина не могла посмотреть, ища место, которое не привлекло бы внимание. В одном углу, казалось, было больше тени, чем света, и там была полоса пространства рядом с книжными полками, скрытая главным образом кружевными занавесками соседнего окна. Она незаметно подкралась к углу... боясь, что звук отпугнет тусклую возможность. И возможно это сработало, потому что, когда она убрала пыльное кружево, то нашла узкий ряд квадратных стеклянных панелей.

Квадрат в центре был зеркалом.

– Нашла, - прошептала Софи, проводя пальцами по краю.

Зеркало чувствовалось немного меньшим, чем другие стекла, и когда Софи нажала на правый верхний угол, зеркало выскочило, качаясь на невидимом шарнире. Ее руки дрожали, когда она отодвинула панель, открыв отделение — достаточно глубокое, чтобы провести кончиками пальцев — с тонким лавандовым журналом, спрятанным внутри.

Обложка чувствовалась холодной, когда Софи водила пальцем по изящным рунам в центре, и ее разуму потребовалась секунда, чтобы перевести слово:

Размышления.

Джоли написала его, используя шифр Черного Лебедя. И все же, когда Софи открыла первую страницу, она нашла ряды аккуратных рун, которые сформировывали не что иное как тарабарщину. Бессмысленные слова смешивались с линиями, загогулинами, точками и черточками. Страница за страницей.

– Вы, должно быть, разыгрываете меня, - проворчала Софи, переворачивая тетрадку, будто это могло все исправить.

Но это было не так.

И все-таки... что-то чувствовалось знакомым в рунах.

Она закрыла глаза, надеясь, что это вызовет воспоминание.

– Что это?
– спросила Эделайн, заставив Софи отступить назад и налететь на книжную полку.

– Прости, ты меня напугала, - пробормотала Софи, пытаясь спрятать журнал за спиной. Но она знала, что Эделайн уже его увидела. И когда Эделайн пошла к ней, то Софи поняла, что оставила секретное отделение открытым.

– Как ты это нашла?
– прошептала Эделайн, раскачивая зеркало вперед и назад на шарнире.

– Это... долгая история.

– Ну, у меня есть время.

Софи захотелось солгать... или рвануть наверх и запереться в своей комнате. Но... Эделайн была матерью Джоли. Таким образом, она последовала за Эделайн к кровати и рассказала ей о воспоминании Прентиса, косметичке с зеркалами, о подсказке Вертины и о журнале с тарабарщиной.

Эделайн молчала, когда она закончила. Просто взяла журнал и стала листать страницы.

Щелк.

Щелк.

Щелк.

– Мне не нужно было рассказывать это тебе?
– спросила Софи, ненавидя тени, которые залегли в глазах Эделайн.

– Нет. Действительно... Я думаю, что Джоли, возможно, пыталась сказать мне. Она внезапно пришла домой, незадолго до пожара. Я могла сказать, что она была взвинчена, но она не сказала почему. И однажды ночью я нашла ее сидящей прямо здесь, глядящей на ту стену. Когда я спросила, все ли с ней в порядке, она спросила меня, «Что, если кто-то был не тем, кем ты думала, что он был?»

– Это сказала Вертина, - прошептала Софи.
– Я думала, что она обнаружила утечку Черного Лебедя. Но теперь мы знаем, что у них нет утечки, таким образом... у тебя есть какая-нибудь идея, кого она имела в виду?

Эделайн покачала головой.

– В то время я просто подумала, что она поссорилась с друзьями. Они отстранились от нее после того помолвки, и Джоли делала вид, что не замечает этого. Но я знала, что это разбивало ей сердце. Таким образом, я сказала ей, «Всегда будут люди, которые разочаровывают нас, и наше дело решать, когда прощать их, а когда уходить».

– Она что-нибудь сказала на это?

– Она сказала, «Я люблю тебя, мамочка». И помню, как меня это удивило. Я не была «мамочкой» долгое время. Было так хорошо стать «мамочкой» снова.

Не могло быть более прекрасного момента для Софи, чтобы сказать Эделайн то слово, наконец, пересечь ту линию и начать считать ее родителем, а не только опекуном.

Но момент ускользнул.

– Это был последний раз, когда ты ее видела?
– спросила Софи, надеясь, что вопрос не был слишком болезненным.

– Нет. Я видела ее в день пожара. Она внезапно зашла, и я еще подумала, что она выглядела усталой... хотя, конечно, с тех пор я задумывалась, выглядела ли она также напуганной. Она сказала мне, что подумала, что пришло время уйти, и я... я решила, что она имела в виду Бранта. Я решила, что давление плохой пары, наконец, добралось до нее, и я знала, что она никогда не простит себя, если сдастся просто потому, что это было тяжело. Таким образом, я сказала ей никогда не позволять страху вести ее. Я сказала ей...

– Что?
– спросила Софи, когда Эделайн не закончила.

Но Эделайн покачала головой и вручила Софи журнал, когда она встала.

– Смотреть в прошлое - опасная игра.

Она повернулась, чтобы направиться к двери. Но прежде чем Эделайн ушла, она прошептала:

– Я не собираюсь пытаться мешать тебе узнать то, во что была вовлечена Джоли. Но я собираюсь сказать тебе, что я должна была сказать ей в тот день. Пожалуйста, будь осторожна. И независимо от того, что тебя преследует, если оно начнет догонять... не уходи, убегай.