Чтение онлайн

Только высвободив рукава и вновь связав руки локоть к локтю, я приступил к снятию шлема. На голое тело старался не смотреть, но ничего сексуального в нем не было. Скорее оно вызывало острую жалость. А охотнице сочувствовать мне совершенно не хотелось. Она натворила достаточно, чтобы разговаривать с ней только после полного расчленения или закатывания в бетон. Но куда важнее — она все еще оставалась опасна.

Шлем удалось снять чуть проще — достаточно было срезать обтягивающую подбородок и шею часть — а дальше пошло само, хоть и с усилием. Какие-то трубочки, провода — я резал все без жалости. У магистра есть ученые, вот пусть их большие головы потом болят. У меня задача куда проще. Наконец я снял с пленницы шлем, оголив ее налысо бритую голову. Хотя нет, не бритую, я же сам в прошлый раз спалил ее шикарную шевелюру.

И, судя по стиснутым губам и холодному взгляду желтых прищуренных глаз, она этот момент тоже помнила. Спрятав шлем в подпространство, я притянул охотницу к висящему над головой креслу, а сам с облегчением сел, откинувшись к прохладной стене. Все. Хорошо зафиксированная девушка в предварительных ласках не нуждается.

— Ну что, охотница. Поговорим о твоем мире?

— Значит, по-хорошему не получится? — устало спросил я через минуту, когда сомкнутый рот так и не раскрылся. Я не любитель бить женщин, но существо передо мной мало чем напоминало человека, скорее Голума с сиськами. Да еще и изуродованного моей молнией. Но каждый раз, когда мне становилось его жаль, я вспоминал расчлененную дочь антиквара, и молнии сами начинали плясать между пальцев.

— А-а! — вскрикнула пленница, когда я вновь прошелся по ней шоком.

— Ага, голос не пропал, это хорошо. Еще раз спрошу — кто ты? Как тебя зовут и из какого ты рода? — снова проговорил я, готовясь в любую секунду снова активировать способность.

— Ты сдохнешь, тварь! — выпалила охотница, а после вновь выгнулась дугой.

— Все умрут. Но у тебя есть шанс сделать этот мир чуть лучше и при этом погибнуть не сегодня, — заявил я, поигрывая молнией меж пальцев. — Как тебя зовут?

— Олсо! — выкрикнула паучиха, когда я вновь прошел током.

— Привет, Олсо. Не могу сказать, что сильно приятно познакомиться, но по глазам вижу, что это взаимно. Ты просто Олсо? У тебя нет отчества, фамилии, префикса? Названия клана или рода? — спросил я, устало пуская молнию рядом с ней.

— У меня нет клана и рода, — с вызовом, но достаточно жалко ответила женщина.

— Охотница? — совсем растерявшись, спросил я, пленница вскинула глаза и спустя несколько секунд уронила голову, не то кивнув, не то просто потеряв остаток сил. Я на всякий случай проверил веревки и ремни, вдруг она просто тянет время и накапливает энергию для рывка. Сам только что был в такой же ситуации и повторять ее ошибки не собираюсь.

— Кто тебя послал? Ты слуга клана Вестников? — спросил я, пытаясь определить происхождение пленницы.

— Ты ничего не знаешь, примитив, — фыркнула пренебрежительно охотница.

— Как и вы понятия не имеете, куда приперлись, — хмыкнул я в ответ. — Вы со своими призраками и тварями только и можете, что убивать безоружных. А стоит вам встретиться с настоящими профи — тут же бежите без оглядки или мрете пачками.

Я ожидал чего угодно, истерики, плача, оскорблений. Но вместо этого пленница хрипло рассмеялась. Она ржала как конь, сквозь слезы, боль и сопли. Вскинув голову, она даже не смотрела на меня и успокоилась только через минуту.

— Смешно? Может, объяснишься, и посмеемся вместе? — спросил я, напрягшись от несоответствия ее положения и поведения.

— Ты, ничего, не знаешь, — сплюнув кровь, сказала охотница. — Те, кого ты назвал призраками, — лишь тени. Паразиты, как и все, с кем вы сражаетесь. Даже мы, нищая гильдия на побегушках у Вестников, сильнее самого умелого из ваших избранных. Стоит им объявить сезон Возвышения, и вы умоетесь собственной кровью.

— Значит, ты бывшая рабыня Старших? — уточнил я.

— Бывшая слуга, — дернув щекой, ответила Олсо. — Наша раса сумела вырвать свободу во время возвышения, но за это мы заплатили сотнями тысяч жизней и множеством циклов пробуждения. Вы столько не продержитесь.

— Это мы еще посмотрим, — пожал я плечами. — Значит, твоя раса слуги старших?

— Да, и это звучит гордо. Потому что вы даже не рабы — вы корм для зверей! — снова вызывающе хмыкнула охотница.

— Ну, титана рептайдов мы втроем почти убили, а сколько их особей умерло в процессе — даже сосчитать сложно. Так что еще вопрос, кто на кого начнет охоту, — вернул я женщине кровожадную ухмылку. Она отреагировала спокойно, пока не заметила призрачные клыки, после чего вздрогнула всем телом.

— Расскажи о сезоне Возвышения, — потребовал я, для мотивации пройдя рядом с ней разрядом молнии.

— Ты хочешь знать, как умрешь? — охотница старалась держаться, но теперь ее улыбка выглядела жалко. — Вначале на пастбище придут звери. Они пожрут всю пищу и стопчут форты. Заберут себе ваши дары и заставят ваших женщин рождать чудовищ себе на потеху. После придут пастухи, дома старших, они выдоят стадо и заберут все по-настоящему ценное. А затем, когда от вас не останется и следа, Вестники объявят сезон возвышения, и тогда за осколки вашей жалкой примитивной цивилизации будут сражаться Старшие дома и претенденты на роль нового дома.

— Звери уже пришли, — заметил я. — И мы их уже бьем.

— Рептилии не звери, — фыркнула Олсо, и я понял, что она по-своему права. Если теория Черного верна — в каждом цикле, в каждой эпохе существует свой доминант. А между рептилиями и человеком было много, очень много этапов, когда могли появиться сверххищники. И если черепахи могли стать разумными, то кто помешает сделаться таковыми динозаврам, волкам, крысам или саблезубым медведям.

— Сколько домов у старших? — задал я следующий вопрос.

— Какая тебе разница, примитив? Вы не доживете до их прихода! — она попыталась вновь рассмеяться, но я позволил себе использовать шок, а пока пленница валялась в отключке, перепроверил веревки. Сейчас она сверхценный источник информации, пусть и своевольный. И потерять ее я просто не имею права. Одними видениями от кристаллида не обойтись, но только благодаря им я могу задавать нужные вопросы.

— Сколько домов у старших? — повторил я, когда пленница очнулась.

— Не знаю, — морщась, ответила Олсо. — Я работала только на пять, что на ближайших островах, и на Вестников.