Ева. Маленькое новогоднее чудо...вище...
Шрифт:
– Евлампий! – после того, как единственное, что связывало нас на протяжении десяти лет, – это рождественские открытки невнятного содержания.
Но, знаете, я все равно была рада его видеть. Потому что Юлиан был частью моего детства, которого у меня, кстати, было не так и много. Только вот как объяснить Шурику, что между мной и этим «Финистом – Ясным Соколом» ничего, кроме дружбы, нет и не было никогда?
И… кхм… как объяснить это же самому «Финисту», когда он вот так крепко прижимает меня к груди и с придыханием шепчет на ухо, касаясь мочки губами:
– Маленькая моя нареченная! Как же я по тебе скучал!
Первая мысль, пришедшая в ответ, была:
«Какое счастье, что Алекса нет дома!»
А то с подобным подходом Юлику в перспективе грозило скучать не только по детсадовским невестам, но и по выбитым передним зубам, когда-то здоровым почкам и другим не менее ценным частям тела. Блин, ну разве можно вот так вваливаться в чужую жизнь? Может, я уже влюблена в другого? Или мне просто не нравится, когда меня обнимают? Или у меня, блин, лишай и ко мне по медицинским соображениям прикасаться нельзя?!
– Юлиан, – осторожно похлопала его по плечу, кое-как вывернув руку из цепких пальцев «нареченного», – на нас люди смотрят!
Чародей удивленно поднял голову и едва не отпрыгнул, наткнувшись взглядом на Полину.
– «Люди» – это я, – оскалилась она, таращась на Юлиана как на диковинную зверушку: вытянув шею и подойдя к нам почти вплотную.
– Добрый вечер, – мило улыбнувшись и от того став еще больше похожим на героя русских народных сказок, поздоровался «Финист». – Меня зовут Юлиан Шакуров. Я – Евин друг и…
– Ага! – язвительно фыркнула готесса. – Вижу я, какой ты друг!
– Что вы имеете в виду? – изогнул «Финист» бровки домиком.
– Кочерыжки, говорю, свои от Евы убрал! – вдруг рявкнула Полина так громко, что с меня звуковой волной чуть шапку не сорвало. – Пока целы!
Юлик тут же послушно разжал объятия.
– А я и не думал, что в наше время еще остались дуэньи, – заявил веселым тоном.
Однако я была настроена не столь миролюбиво и, получив наконец свободу, тут же схватила подругу под руку.
– Подожди-ка здесь, – буркнула Юлиану, оттаскивая Полю подальше в сад. – Слушай, откуда вдруг столько агрессии?
– Агрессии? – с напускным смехом переспросила готесса, поглядывая на парня из-за лохматой елки. Он стоял спокойно, широко расставив ноги и удерживая на лице добродушную улыбку. Казалось, ничто не может заинтересовать его больше, чем узорчатые перила особняка. Но я могла поклясться, что видела, как шевелятся его уши под светлыми локонами. – Ты еще не встречала настоящей агрессии, Ева. Хотя это ничего! Что-то мне подсказывает, что у тебя скоро появится такой шанс, – и добавила, подозрительно сощурившись: – Смотри на него: прислушивается, гад!
– Да где же гад-то?! – удивилась я. – Нормальный вроде парень!
На меня скосили раздраженный взгляд:
– А Шурику своему ты это сможешь вот так же просто сказать?
Тут-то мне сразу и поплохело, потому что Поля наступила на больную мозоль. Алексу вообще сложно было что-то объяснять, а уж присутствие постороннего парня в собственном доме… Да еще парня, который вот так, вслух, называет меня «невестой»…
– Считай, что я твоему красавчику сейчас жизнь спасаю, – хмуро закончила Полина. – Потому что, если он облапает тебя на глазах Соколова, ему придется искать протезы и, возможно, не только на передние конечности.
– Да ладно, – нервно хихикнув, попыталась отмахнуться я. – Мы с Юликом – просто друзья. Он ничего такого не имел в виду…
– Очнись, Ева! – шепотом возмутилась Поля. – Ты же не дура! Даже с твоим уровнем наивности нельзя не заметить, что этот «просто друг» смотрит на тебя, как я – на шоколадку. Нет, в обычной ситуации я бы за тебя только порадовалась: такой красивый и такой влюбленный. Но у тебя уже есть один красавчик, который, во-первых, тебе не безразличен, а во-вторых, точно не смирится с вот этим кандидатом. Так что мой тебе совет: сразу расставь с Юликом точки над «i». Ну или сделай то же самое с Александром, только меня предупреди заранее.
– Зачем? – тупо переспросила я, все еще гадая, на какие дополнительные части тела Юлику могли понадобиться протезы.
Поля хмыкнула:
– Чтобы я знала, кому из них помогать ценными подсказками, а кого – гнать от тебя зачарованной метлой!
Я нахмурилась, соображая, что именно она хотела сказать, а потом замахала руками:
– Ты что! Какие вообще могут быть варианты?!
– То есть выбираешь Юлиана? – коварно ухмыльнулась готесса.
– Нет! – воскликнула я. – Алекса! Конечно, Алекса!
– Да ладно! – улыбнулась Поля, слегка отодвигая ветку, чтобы «Финист» оказался в поле нашего зрения. – Почему ты так категорична? Посмотри на него! Какая попа, какие ноги, какие бицепсы! А волосы? Да сам принц Чарминг позавидовал бы таким волосам!
– Поля! – рыкнула я. – Хватит меня соблазнять!
– То есть у меня все-таки есть шанс тебя соблазнить? – с предвкушением сузила она глаза.
Я фыркнула и непреклонно сложила руки на груди:
– Да скорее ад замерзнет, чем ты убедишь меня променять Шурика на этого парня.
– Ой не зарекайся, подружка, – опять оскалилась готесса. – Ты же его совсем не знаешь. Может, он классный?
– Я тебя сейчас ударю!
– Хорошо-хорошо! – с видом поверженного противника подняла она ладони вверх. – Мне все понятно: любовь, верность и прочие святые ценности… Юлик – просто друг, Алекс – мужчина твоей жизни. Так и запишем. Обнимашки, правда, в эту теорию не вписываются…
– Я поговорю с Юлианом, и он больше не будет!
– Вот и отлично, – улыбнулась Полина, кивая на уже начавшего подмерзать парня. Он-то из дому выбежал без пальто, в одной рубашке. Не самый удачный выбор для начала февраля.