Чтение онлайн

Великий князь Московский Василий Третий, желая понравиться сво­ей жене Елене Васильевне Глинской, сбрил начисто свою бороду, одна­ко пример его не вызвал среди приближённых никакого энтузиазма. Напротив, князя частенько попрекала любимая жена, что "без бороды похож он на куриное яйцо". Пришлось отращивать Василию бороду заново, дабы не стать посмешищем среди остальных людей.

Иван Грозный попрекал нередко папского легата Антония Поссевина за "подсечение бороды" и считал это преступлением против рели­гии. Одновременно с царём выступало против бритья бород и духовен­ство. В 1561 году на заседании церковного совета оно заявило, что "без бороды нельзя попасть в царство небесное". Публицист и бого­слов Максим Грек в послании "О еже не брити брады" для вящего убеждения приводил в пример козла, который, когда остригли ему боро­ду, бился головой о стенку до тех пор, пока не умер. "Стоглав" /сбор­ник решений собора 1551 года/ посвятил бороде целую главу /40-ую/ запрещая хоронить и отпевать бреющих бороду.

Несмотря на запрещения, смельчаков было немало. Такие личности в истории, как Борис Годунов и самозванец Лжедмитрий, подали первыми пример. При Алексее Михайловиче многие бояре, такие, как Артамон Сергеевич Матвеев, Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин, регулярно сбривали свою бороду.

Влияние Запада, отразилось и на иконописи. На одной из икон живо­писец изобразил библейских персонажей Каина и Авеля в польской одежде с усами и без бороды.

В конце ХVII столетия патриарх издал "окружное послание", в ко­тором одну главу посвятил ношению бороды и угрожал тем, кто бороду не носил.

Решив провести в России реформы, Пётр Первый одной из первых мер уничтожил древний русский обычай носить бороду. 25 августа 1698 года он вернулся из-за границы в Москву. На следующий день в Преображенском дворце, куда собрались вельможи и прочие знатные люди, царь Пётр, после рассказа о путешествии, стал обходить присутствующих и собственноручно обрезать им бороды. Первым этой процедуре был подвергнут генералиссимус Алексей Семёнович Шеин, за ним - боярин Фёдор Юрьевич Ромодановский. Из гостей царь пощадил только двоих: боярина Тихона Никитича Стрешнева и князя Михаила Алегуковича Черкасского, первого за "испытанную преданность", второго - за "преклонную старость".

По указам 1699 и 1701 годов купцы должны были платить за ноше­ние бороды 100 рублей, царедворцы, люди дворовые, городские, служилые и торговые второй статьи - 60 рублей, торговые третьей статьи, посад­ские, ямщики, церковные причетники по 30 рублей. Старообрядцы должны были вносить двойной подушной оклад.

Эти указы вызвали глубокое возмущение среди почти всех слоев населения. Во многих городах появились воззвания, в которых призыва­лось к неподчинению. В Астрахани даже вспыхнул бунт. Опасаясь боль­ших смут, Пётр 11 января 1705 года издал новый указ, согласно кото­рому ношение бороды предоставлено было личному усмотрению. Но за бороду был установлен налог. Лицам, внёсшим его, выдавались особые металлические знаки, которые "бородачи" должны были иметь при себе в любое время.

На этом знаке на одной стороне были изображены борода и усы под словами "деньги взяты", а с другой надпись 207 /1699 год/. С крестьян указом 1705 года велено было брать по две гривны за каждое появле­ние в городе и без пошлины их к городским воротам не подпускать.

В 1713 году последовал ещё один указ о том, чтобы "во всех горо­дах русские... бород не носили". За ослушание было определено жесто­кое наказание: "ссылка на каторгу и конфискование движимого и не­движимого имущества на великого государя безо всякой пощады".

В 1722 году приказано брать за бороду 50 рублей пошлины со всех, исключая государственных крестьян и духовенства, причём для носящих бороду был установлен особый покрой платья. Через два года велено было "женам бородачёвым" носить платья опашни и шапки с рогами.

Но и после смерти "безбородого царя" Петра бороду не оставили в покое. Дела о "брадобритии" встречаются в царствование Екатерины Первой /1727 год/, Анны Ивановны /1737 год/ и Елизаветы Петровны. В 1757 году Михаил Васильевич Ломоносов за своё шуточное стихотво­рение "Гимн бороде", в котором выразил вполне раскованно, убийствен­но весело, с подлинным сатирическим блеском, свою неприязнь к чле­нам Синода и ко всему православному духовенству, которые, по поста­новлению Сената, имело право "отпускать бороду", вызван в суд.

"Гимн бороде", этот выдающийся образец стихотворной сатиры ХVIII века, сразу приобрёл огромную популярность в стране, о чём свидетель­ствует множество списков с него, обнаруженных впоследствии в Петер­бурге, Москве, Костроме, Ярославле, Казани, а также в Сибири - в Красно­ярске и Якутске.

Высшее духовенство ударило в набат. Синод б марта 1757 года подал доклад Елизавете Петровне, добиваясь высочайшего указа, чтобы "тако­вые соблазнительные и ругательные пасквили истребить и публично сжечь", а их автора для "увещания и исправления" передать духовным властям /что могло означать и заточение в монастырь/. К счастью, эти домогательства остались без последствий, вероятно по хлопотам за великого учёного фаворита императрицы Ивана Ивановича Шувалова.

Тогда церковники поступили по другому. Михаила Васильевича под­вергли ожесточенным обвинениям в "глумлении над законом и таинст­вом веры" и распространили в обществе анонимные письма за подпи­сью вымышленного яйца "Христофор Зубницкий", которые порочили ав­тора "Гимна бороде" и в качестве приложения содержали пародий­ное стихотворение "Переодетая борода, или Имн пьяной голове". Здесь Ломоносов обвинялся в пьянстве, жадности, наглости и даже… невежест­ве! Михаил Васильевич в долгу не остался. В ответ он сочиняет "Гимн бороде за суд". Это была очередная острая сатира на архиереев, вызы­вавших учёного для объяснений в Синод по поводу предыдущего стихо­творения. Новый "гимн" переписывали везде и всюду и высмеянное ду­ховенство в конце концов отстало от Ломоносова.

Борода играла немаловажную роль и в пугачёвском движении, хотя Екатерина Вторая и отменила петровские законы о бороде, оставив бритьё обязательным только в армии и для лиц, находящихся на госу­дарственной службе. Эти указы и в сороковых годах XIX века остава­лись в силе, а в 1849 году запрещено было носить бороду дворянам, поскольку это выглядело несовместимым с их статутом.

Однако бритьё бороды использовалось помещиками в качестве нака­зания провинившимся крепостным и считалось таким же позорным, что и обрезание косы девушкам.

Окончательно запрещение носить бороду было упразднено императо­ром Александром Третьим, который сам стал носить бороду.

В конце XIX века в России появляются всевозможные бороды. По их форме можно было определить род занятий мужчин. Приказчики, напри­мер, носили подстриженные небольшие бородки, купцы - большие, чинов­ники - маленькие бородки клинышком. А студенты должны были выбри­вать лицо.

В шестидесятых годах XX века некоторые стали носить бороды, не­зависимо от возраста: круглые, подковообразные. Вошли в моду усы и бакенбарды. Подсчитано, что если бы человек не придумал бритву, то к концу жизни длина его бороды могла бы достичь - при надлежащем уходе, конечно, - приблизительно 8 метров 32 сантиметров /почти с трёхэтажный дом/. Такой необычный среднестатистический подсчёт опубликовал журнал "Жанр". Мужчины вынуждены регулярно бриться. В течение жизни, утверждает журнал, им приходится делать это примерно 17 тысяч раз.