Это судьба
Шрифт:
– Они уже уехали, можешь отпускать… - шепчет Яна мне в губы.
– Нет, - говорю тихо, пытаясь втянуть ее в поцелуй.
– Матвей…
– Это был лишь предлог… Весь вечер хотел тебя поцеловать…
– Матвей, мы не должны…
– Почему?.. Ответ, что нам еще работать вместе, не принимается.
– Я старше тебя на десять лет… Ты наиграешься, и найдешь помоложе, а я…
– Глупости говоришь, Яна Олеговна. Помою тебе рот с мылом…
– Матвей, пожалуйста…
Вздыхаю, целую ее в висок и выпускаю из объятий.
– Сегодня соглашусь с тобой, но не отступлюсь, - предупреждаю и беру за руку.
– Куда?
– В машину, отвезу тебя домой.
– А вдруг они не уехали? Ждут за углом?
– И что ты предлагаешь?
– Такси?
– Ну окей, Яна Олеговна. Пусть будет по-твоему, - вызываю такси и отвожу Яну домой. Провожаю до подъезда, возвращаюсь в такси и жду сообщение, что она поднялась. Не пустила провожать до квартиры, шифруется до сих пор. Думает, я не знаю номера… Сообщение приходит, и я даю таксисту добро ехать. Домой приезжаю поздно. Рука так и тянется к телефону, чтобы написать что-то Яне, но кроме «Спокойной ночи» ничего отправлять не решаюсь. Она отвечает почти сразу. Приятно… Сплю до утра крепко, а утром огорчает только то, что на улице ливень, а моя машина черте где… Ну ладно, хорошо, что офис в этом же здании. А в обед заберу машину и поеду к Яне.
Забирать машину еду уже вечером, закрутился, завертелся – не заметил, как день пролетел. Сажусь в автомобиль, вдыхаю чудесный аромат роз… Мы так спешили скрыться от блюстителей правопорядка, что Яна забыла свой букет. Он даже не испортился, правда, перевернулся на бок. Беру его в руки, поправляю нежные розочки, ставлю на переднее сиденье и выезжаю из двора. Звоню Яне.
– Добрый вечер, Матвей Сергеевич… - а на заднем плане шум и звонкий голос Марины.
– Добрый, Яна Олеговна. Вы еще на работе?
– Да, у нас вдохновение, будем работать до победного, - слышу в голосе улыбку.
– Вы ужинали?
– Некогда было… - растерянно.
– Я скоро приеду к вам, - отбиваю звонок. Заказываю через приложение несколько огромных пицц, по пути заезжаю в кофейню, прошу, чтобы сделали кофе погорячее. Не знаю точного количества ребят в Бюро, но из тех, кого видел… На вскидку беру восемь, половину капучино, половину черного. Яне заказываю большой капучино. Бариста молодец, быстро все готовят все с помощником и пакуют, чтобы удобно было транспортировать. К бюро приезжаю почти одновременно с доставкой пиццы, прошу помочь донести заказ до офиса, так как в руках пакеты из кофейни и букет. Здесь, как всегда, кипит работа. Где-то в приемной Яны играет ненавязчивый дипхаус. Ребята у стола, все при деле. Яна стоит, задумчиво грызет кончик карандаша. Что же ты со мной делаешь, женщина… Без ножа режешь… Почувствовав мой взгляд, поднимает глаза. И, о боги, улыбается мне!
– Всем добрый вечер, - громко здороваюсь я. Ребята здороваются, смотрят на меня с подозрением. Наверно, думают, что приехал их контролировать… - Ужин прибыл, - салютую я пакетами. Курьер ставит заказ на ближайший стол, желает приятного аппетита и уходит.
– Как пахнет, - прикрывая глаза, говорит Никита, и ребята смеются.
– Тебе бы только поесть… - говорит Марина, улыбаясь.
– Растущий организм, - заступается за парня Яна, потрепав его за кудрявую шевелюру. – Ну что, деточки, объявляю перерыв.
Ребята распаковывают коробки, а я подхожу к Яне и протягиваю ей букет и ее кофе.
– Вы так торопились, что забыли цветочки, Яна Олеговна… Они изрядно потрепанные, но не побежденные. Полить только надо, наверно.
– Спасибо, - то ли за цветы, то ли за кофе… Но мне все равно приятно. Хорошо-то как, без нервов и споров…
Ребята с аппетитом поедают пиццу. Никитос приносит две тарелочки с угощением для нас. Потом команда, подкрепившись, приступает снова к работе. Сижу чуть поодаль, наблюдаю за происходящим.
– Нет, давайте завтра продолжим… На сегодня все, - Яна смотрит на часы. – А то будем завтра как сонные мухи…
Бюро пустеет, Яна ждет, пока все уйдут, и начинает собираться сама. Я складываю картонные коробки от пиццы в большой мусорный пакет, чтобы сразу выбросить в бак. Выходим с Яной из офиса, она запирает двери. Так тихо и спокойно, словно сто раз так делали уже. В углу парковки выбрасываю мусор в большой зеленый контейнер. Яна стоит возле своей машины, ждет, пока подойду. Специально припарковался рядом…
– И часто вы так с ребятами задерживаетесь? Скоро полночь…
– Не часто, но бывает. Когда вдохновение…
– Творческие люди такие странные, - улыбаюсь, рассматривая Яну в свете фонарей.
– Спасибо, Матвей, - говорит тихо Яна, привстает на носочки и САМА целует меня. В щеку, правда, но и это уже прогресс! Ловлю ее за затылок, не даю отстраниться. Напрягается, но я просто целую ее в висок и отпускаю.
– Садись в свою машину, Яна Олеговна. Провожу тебя до дома…
Яна выезжает вперед, я на своей машине за ней. Перед поворотом к ее дому моргаю ей фарами на прощание. Она отвечает мне «аварийкой». Улыбка не сходит с моего лица. Даже щеки начинают болеть. Как же хорошо…
8. ЯНА
И почему Матвей меня так бесил? Сейчас наоборот. Он не давит, приезжает в Бюро, и меня это совершенно не напрягает. За последние две недели мы пару раз ужинали в ресторане, и летали вместе на выставку мебели в «М». Оказывается, Матвею тоже нравится Лофт, и он заказал себе столик в этом стиле. То, что он снял квартиру недалеко от центра, я узнала в день выставки. Аргументировал тем, что его выбешивает жить в позолоте и коврах… Мы вместе посмеялись над этим. Прямо моими словами говорит, удивительно…
Сегодня должен приехать Петр Михайлович для утверждения проекта главного холла. Надеюсь, он выберет лофт, по крайней мере мы с Матвеем сошлись во мнении, что новый отель должен быть современным… Маришка тоже держит кулачки. Она очень вдохновилась проектом, и выдает одну идею за другой.
Надеваю черную рубашку оверсайз, к воротничку прицепляю крупную брошь. С одного бока заправляю рубашку в брюки. Я дизайнер, мне можно не надевать на совещание строгий костюм. Приезжаю в «Пэлэс» одновременно с Матвеем. Удивительно, как наш распорядок дня и основные привычки похожи. Идем вместе к входу, его рука на моей спине. Это действие по-прежнему вызывает дрожь, но я уже не сопротивляюсь… Маришка приезжает чуть позже и присоединяется к нам уже в холле. Петр Михайлович рад встрече и постоянно улыбается. Они с Матвеем общаются почти неформально, что меня удивляет, но вопросов я не задаю. К концу презентации Грановский соглашается с «мнением молодежи» и одобряет проект лофта. Матвей довольно смотрит на меня, подмигивает. Это не остается незамеченным, но Грановский никак не комментирует.