Это стоит запомнить
Шрифт:
И это им, конечно, приятно.
С тех же давних времён идёт обычай: здороваясь, снимать перчатку с правой руки.
Сняв рукавицу, человек показывал встречному, что в его ладони не спрятано оружие. Да и кроме того, в железной рыцарской рукавице не так-то легко было пожать протянутую руку.
А сейчас ты снимаешь варежку из внимания к товарищу. Ведь ты надел её для того, чтобы предохранить пальцы и ладонь от пыли и грязи. Зачем же заставлять приятеля её касаться? Лучше дай ему пожать твою тёплую дружескую руку.
Что разумнее?
Прошлой зимой я наблюдал такой случай.
К платформе маленькой станции подошёл поезд. Толпа ожидавших бросилась к вагонам. Среди них были и школьники, возвращавшиеся с лыжной прогулки. Теснясь и толкаясь, они штурмовали узкие двери вагонов, мешая друг другу. Слышался треск задевавших за ступеньки лыж, писк девочек, которые никак не могли взобраться на подножку вагона…
Дежурный по станции держал в руках жёлтый флажок и не мог подать машинисту сигнал отправления. Посадка затягивалась.
Лишь около одного вагона было тихо. Его заняли суворовцы. На это им понадобилось не больше минуты. Едва поезд остановился, они выстроились в колонну по одному и быстро, без толкотни и крика, один за другим вошли в вагон.
Так суворовцы показали, что толкотня не только груба и некрасива, но и неразумна: прежде всего от неё проигрывает тот, кто толкается.
Как часто ребята бросаются к автобусу или трамваю, расталкивая стоящих и пытаясь пробиться вне очереди! Торопиться им особенно некуда, и к дверям они рвутся больше из озорства и глупой удали.
Окружающие тоже не остаются в долгу. Начинается свалка. В результате автобус уходит полупустым, а на земле валяются оторванные в пылу борьбы пуговицы.
Так же неразумно, например, перебивать друг друга в разговоре.
Иной раз видишь, как разговаривают три девочки и каждая из них кричит, не слушая подруг. Но старается она напрасно: подруги её не слышат тоже, и все трое остаются при своём.
Потратили на крик полчаса, охрипли и так ни о чём и не договорились.
И удобнее и приятнее…
К чему обо всём этом рассказано?
К тому, чтобы показать на нескольких примерах, в чем смысл и значение некоторых правил поведения, от которых многие ребята небрежно отмахиваются. Мол, и без этих церемоний можно отлично прожить!
Можно-то можно, но вопрос в том, как жить удобнее, приятнее и легче. И не только тебе самому, но и тем, кто тебя окружает.
Ведь в правилах поведения заложен большой и глубокий смысл.
Он состоит в том, что ты живёшь на свете не один. Ты — гражданин Советского Союза, член большой семьи трудящихся. Вокруг тебя твои товарищи, твои друзья.
Тебе приятно, если они тебя уважают? Значит, и ты должен их уважать. Ведь взаимная помощь и уважение человека к человеку — основной закон нашего социалистического общества.
А уважая окружающих, ты должен стараться вести себя так, чтобы жить и работать рядом с тобой им тоже было и удобно и приятно.
В этой книжке ты прочтёшь о правилах поведения в разных случаях жизни. Одни из них существуют издавна, другие возникли в нашем советском обществе, где все мы члены одной большой трудовой семьи. Если ты внимательно разберёшься в каждом из этих правил, то увидишь, почему лучше поступать именно так, как они рекомендуют.
Я не сомневаюсь, что ты прекрасно поймёшь смысл каждого правила.
А поняв, станешь всегда их выполнять.
ГЛАВА 2. ТЫ ВЫШЕЛ НА УЛИЦУ
Разговор с регулировщиком
Недавно я ездил на целый день за город.
К вечеру начался проливной дождь. Шлёпать по грязи до вокзала мне не хотелось, и я попросил знакомого шофёра, собиравшегося назавтра в Москву, захватить меня с собой.
Ранним утром мы подъезжали к городу. Дождь уже кончился, шоссе быстро подсыхало.
Вдали показалась громада университета. Вдруг послышался резкий свисток. Шофёр затормозил машину. К нам подходил старшина-регулировщик.
— В чём дело? — спросил я. — Какое правило мы нарушили?
— А вы, товарищи, видели в городе такие грязные машины? — ответил старшина вопросом на вопрос.
Я выглянул из кабины. Действительно, наш грузовик имел довольно неприглядный вид. Весь он, от колёс до кузова, был забрызган грязью.
Спорить было не о чём. Пришлось подъехать к обочине, достать из-под сиденья ведро и тряпку, набрать в канаве воды и вымыть запачканную машину. Теперь можно было въезжать в столицу…
Ты привык видеть на улицах городов красивые, поблёскивающие лаком и никелем машины.
Но ты, может быть, не знаешь, что всю ночь в гаражах, депо и парках идёт работа. Столяры и слесари, механики и электрики ремонтируют повреждённые за день трамваи, троллейбусы, автобусы, вагоны метро. Мойщицы сильной струёй из шланга смывают с них пыль, а уборщицы щётками и тряпками протирают их до блеска, чтобы утром они появились перед нами чистыми и нарядными.
Тебе, конечно, было бы непривычно и странно увидеть на улице грязную машину с облупившейся краской, ржавой облицовкой, разбитыми стёклами и поломанными ручками.
«Ну и неряха же выехал! — поморщился бы ты. — Весь вид портит!»
А ведь есть немало ребят, которые не считают за грех выбежать из дому в измятой засаленной фуражке или в шапке с распущенными, болтающимися ушами. Хлястик у них вечно оборван, пуговиц не хватает, ботинки не чищены с того самого дня, как их купили, и давно порыжели.