Это наша война

Поезд подкатил к маленькой одноэтажной станции «Чупры». Со всего состава я высадился на низкую платформу только один. Проводник подал мне чемодан и тут же за моей спиной раздался голос.

– Простите, вы не лейтенант Комаров?

Оборачиваюсь и вижу худенького солдата в засаленной пилотке.

– Я.

– Меня прислали за вами.

– Вы с машиной?

– Да.

– Очень хорошо.

В это время состав дернулся и медленно покатились вагоны. Поезд набирал скорость и вскоре понесся по широкой просеке пробитой в тайге. Мне стало тягостно на душе. Черт, куда меня занесло?

Газик пылит по грейдерной дороге, вьюном изворачивающейся в густом еловом лесу.

– Далеко еще? – спрашиваю шофера.

– Да нет, километров десять будет.

Это были не десять километров, а все двадцать. Машина подкатила к большим зеленым воротам и солдат мне посоветовал выйти на КПП.

На пропускном пункте прапор долго сопел, рассматривая мои документы.

– Так вы разве не из центра космонавтики? – спросил он.

– Нет.

– Странно.

– Чего странного?

– Так здесь все они…, космонавты тренируются.

– Откуда я знаю, прислали и все.

– Ну что же, все правильно оформлено. Сейчас идите влево вдоль забора, потом вправо, увидите кирпичный двухэтажный дом. Это гостиница, для приезжих.

Он протягивает мне в окошко документы и небрежно отдает честь.

За стойкой сидит толстая мадам. Она совсем не обратила на меня внимание, хотя дверь за мной лязгнула, как буфера вагонов. Женщина настойчиво изучала тоненькую книжечку.

– Простите…, – начал я.

– Вам чего?

Никого движения с ее стороны, по-прежнему взгляд на странице.

– Я командировочный.

– Тогда подождите.

– И долго мне ждать?

– Сколько надо, столько и ждите.

– А сколько надо?

Лицо бабы оторвалось от книги и бешенный взгляд обрушился на меня.

– Вы кто такой? – изменился голос до металла.

– Прибыл на место службы, вот мое предписание.

Эту дрянь совсем не интересует моя бумажка.

– Прибыли…, так и ведите себя как положено.

– Разве я что то нарушаю?

На этот раз она просто выдирает из рук мое предписание и покопавшись под стойкой выкидывает мне бланк анкеты.

– Приезжают здесь всякие… Заполняйте.

Заполняю графы дурацкого вопросника, а женщина тем временем чиркает что то в моем направлении.

– Все. Готово. – передаю ей анкету.

– Ваше предписание я сама отдам в штаб. Уже пошел какой-то идиотизм, – ворчит противная баба, – по моему в управлении рехнулись, всякую вшивую пехоту стали отправлять к нам.

– Я часто моюсь.

– Ну и что?

– Поэтому у меня нет вшей.

– От этого ничего не меняется, есть-ли вши на голове или нет, это совсем не важно. Важно, что нам стали присылать дурные головы, набитые черт знает чем, может теми же паразитами…

– Вам действительно не повезло.

– Вон от сюда. Вот ключи. Номер тринадцать.

Эта психопатка выбросила мне ключ с биркой и демонстративно уткнулась в книгу. Ну и стерва.

Это крохотная однокомнатная квартира без кухни. Здесь малюсенькая ванна, туалет, два стенных шкафа и комнатка с кроватью и большим столом. Зато везде на стенах: в коридоре, в комнате, в ванной – распорядок дня. Где подчеркнутым красным карандашом выделялись слова: "… Опоздавшие на обед, завтрак и ужин, пищей не обеспечиваются… "

Я распихиваю содержимое чемодана по шкафам, тумбочкам и тут слышу стук в двери. На пороге стоит светловолосый молодой атлет в майке.

– Новенький? – спрашивает он.

– Новенький.

– Давай знакомиться. Я Гриша, старший в четырнадцатом отряде космонавтов.

– А я Николай и, как заметила полная женщина, сидящая внизу под вывеской «Администратор», сюда прибыла вшивая пехота.

– Вот здорово. Так значит ты войсковой?

– Войсковой.

– Вот это новость. Здесь в основном тренируются ребята и девчата из космического центра. Надо же как все меняется.

– Ничего странного, такие тренировки теперь наверно будут нужны и пехоте. Ты лучше заходи в номер, Гриша, чего болтаешься на пороге.

Парень заходит и садится на кровать.

– Небось уже сцепился с Агнией Кирилловной?

– А кто это такая?

– Как ты только что сказал, о полной женщине, сидящей под вывеской «Администратор».

– Ах с этой то. Да она дура набитая.

– Тс… Может она и дура набитая, но здесь верховодит всем. Агния жена командира части, поэтому все непонравившиеся ей кандидаты, получают очень нелестную аттестацию, если выживут конечно.

– Гриша, поподробней. пожалуйста. Что значит «выживут»?

– Коля, ты же не с луны свалился. Здесь же обучают выживаемости в экстремальных ситуациях. Для космонавта это важный вопрос. Спустился наш аппарат в тайгу, или пустыню, или тундру, а то и на воду, надо выбираться… Когда там тебя найдут, через день, месяц, год, неизвестно. Вот и учат здесь всяким таким премудростям, как добраться живым и невредимым, без пищи, без воды до жилых мест. Гос экзамен прост, сажают в самолет и зашвыривают в неизвестную точку земли, где ближайшие деревни или поселки за сотни километров.

– Это мне говорили.

– А говорили тебе, что не все доходят до жилья?

– Нет, я думал, что дают радио маяки.

– Ничего не дают. Самые поганые маршруты, вот эта то Агния и предлагает своему мужу для непонравившихся курсантов.

– Неужели здесь можно погибнуть?

– Можно и даже погибают.

Я задумался, такого в штабе округа мне никто не говорил.

– Да ты не дрейфь, – продолжает Гриша, – лучше скажи, у тебя горючка есть?

– Чего?

– Ну, ты спиртного, чего-нибудь привез?