Чтение онлайн

— Ой, простите! — залепетала Ирина. — Я нечаянно…

— Будьте в другой раз внимательнее! — с досадой посоветовали ей.

— Вы? — изумилась Ирина, узнав а-дмори леангроша.

Опять он один и без охраны! Вот на Земле, интересно, человек его ранга, стал бы разгуливать по общественным местам в одиночку? Разве только если бы ему резко вдруг надоело жить…

— Я заблудилась, — мрачно пояснила Ирина.

— Дайте сюда, — он отобрал кодификатор. — Надо ж было настроить на язык Дармреа…

— Спасибо! — от души поблагодарила Ирина, радуясь знакомым буквам.

— А позвольте спросить, почему вы сделали себе именно такую прическу? — поинтересовался Дорхайон.

Ирину удивил вопрос. Ему-то какое дело? Все же она ответила:

— Волосы отросли, мешают. Я и раньше носила косы. А почему вы спрашиваете?

— У нас прическа имеет большое значение, — пояснил а-дмори леангрош. — Она отражает социальный статус человека. Я допускаю, что в вашем мире косы могут быть простой данью моде. Но сильно сомневаюсь, что ваша культура могла сформировать именно такое плетение. Уж слишком много в нем специфичных моментов.

— Мне… помогли… — смущенно проговорила Ирина, ничего не понимая.

— И ленточку вам тоже подарили?

— Ну да… А в чем дело?

— Коса, заплетенная именно таким образом, — это знак личной несвободы. Ленточка называется "адел", и носят ее женщины легкого поведения. Не по своей воле носят, заметьте, а за вполне конкретные, абсолютно нелицеприятные, факты своей недостойной биографии, — он фыркнул, выражая свое презрение к таким женщинам. — Тот, кто не поскупился на такой роскошный адел, явно не испытывал к вам дружеских симпатий. Шутка получилась очень жестокой, можете мне поверить.

Ирина вцепилась в волосы, мучительно краснея. "Седдерсву гралри…вот же мерзкая гадина… И я с ЭТИМ весь день проходила!" Она выдрала из волос ленточку-адел и поспешно отшвырнула ее в сторону, словно узорчатая ткань обжигала пальцы. "А ведь мне, дуре, еще ткань понравилась! Седдерсву, дрянь ты этакая, я твою улыбочку запомню!"

— Распущенные волосы — это тоже неприлично, — сказал Дорхайон, внимательно наблюдая за своей собеседницей. — Лучше соберите их в хвост и перевяжите шнурком любого цвета, но однотонным и без рисунка.

— Я…хотела парикмахера найти и сделать стрижку… — сказала Ирина, яростно распутывая косу пальцами.

— Стричь не надо. Короткие волосы — знак низкого положения. Что ж… Убедились, что безоглядно доверять каждому не стоит? В вас легко определить чужака, не знакомого с местной жизнью. Поэтому искушение обмануть доверчивую простушку всегда будет слишком велико. Поэтому же и не стоит доверять незнакомым. Особенно тем, кто больше всех вам улыбается.

— А кому же тогда верить? — с горечью спросила Ирина.

— Мне, — без улыбки ответил а-дмори леангрош. — И вашему опекуну, госпоже Клаемь. Вот, возьмите, — он протянул узкую треугольную карту серого цвета. — Это моя личная визитка. Здесь бесплатный код вызова на мой прямой канал. Если вам потребуется помощь или возникнет какая-нибудь неприятная ситуация — вы всегда можете обратиться ко мне. В любое время.

— Спасибо, — поблагодарила Ирина, принимая карту.

А сама подумала, что ни за какие коврижки. "Уж как-нибудь сама разберусь!" От таких важных чинов, как а-дмори леангрош, лучше держаться подальше. Ну его. Голова меньше болеть будет.

Седдерсву гралри попалась Ирине на глаза в тот же вечер. И тут же с милой улыбочкой поинтересовалась, почему это Ирина сменила прическу.

"Ах ты ж дрянь!"

— Да сложно это слишком, — невозмутимо ответила Ирина. — Самой заплести не получается никак.

— Я помогу.

— Да что вы. Не могу же я просить вас каждый день заплетать мне косы… Право, мне неловко.

— Мне нетрудно, — Седдерсву все еще улыбалась. — В любое время, когда только попросите.

— Спасибо, не надо… Хвостик — удобнее и быстрее, я с ним сама справлюсь. В любое время.

— А… ленточка где же? — не могла успокоиться бессовестная негодяйка. — Вы могли бы ее носить и в хвосте…

— Я ее… потеряла, — мило улыбнулась Ирина, и с удовольствием отметила злость во взгляде Седдерсву, до которой наконец-то дошло. — Мне очень неловко… Я — рассеянный человек, извините. Лента дорого стоит? Я заплачу…

Седдерсву буркнула что-то вроде "не стоит беспокоиться". На том и расстались.

Но приключения на этом не закончились! В коридоре, ведущем к Ирининому жилью, обнаружилась сама Раласву сэлиданум. Она шла, беседуя с кем-то из сотрудников Центра, этих девушек Ирина не знала и раньше не видела. Сэлиданум увидела Ирину и остановилась:

— Ясного вечера, госпожа Исмуратова.

Ирина вежливо ответила тем же.

— Как вам новая работа? Справляетесь?

— Спасибо, — ответила Ирина, непроизвольно потирая саднящее после укуса коварной бабочки место. — Я… да, я думаю, что справлюсь. Детишки — замечательные, прямо чудо.

— Что у вас с рукой? — резко спросила Раласву сэлиданум.

Ирина поспешно спрятала руки за спину:

— Н-ничего…

Взгляд у заведующей Детским Центром стал даже не злым, — убийственным. Ирина перепугалась еще больше. "Да что такое?" — беспокойно подумала она. — "В чем дело-то?"

Руку вдруг пронизало страшной болью. Ощущение было жутким: словно сквозь все тело прошел ток чудовищного напряжения. Ирина ослепла от слез, мгновенно заливших лицо.

— Мать вашу! — раздельно выругалась Раласву сэлиданум.

Ирина почувствовала, что ее куда-то тащат, цепко ухватив за ворот, ноги отказывались служить, коленки подгибались. "Господи, опять влипла!" — в отчаянии подумала она, безуспешно пытаясь удержать гаснущее сознание. — "Да когда же это все прекратится?!"