Если покинешь меня...

– Что это? – прозвучал в тишине тревожный шепот.

– Где? – послышалось в ответ, и густые ветки придорожного кустарника зашевелились.

– Да вон там… – Грязный бродяга, одетый в лохмотья, бывшие когда-то формой солдата Конфедерации, выглянул на дорогу. – Вон там, – повторил он.

– Сам не пойму, – ответил его товарищ, прикрывая глаза рукой от солнца. – Похоже на кучу тряпок, – задумчиво изрек он, пристально вглядываясь в то, что лежало на дороге.

– Да, на кучу синих тряпок, – согласился первый солдат, медленно поднимаясь на ноги и вытаскивая из кобуры пистолет.

– Джим, ты куда? – забеспокоился его товарищ.

– Посмотреть, что это, – пояснил тот, кого называли Джимом. Он выбрался из кустов и зашагал по ухабистой дороге.

– Посмотреть?! Ты спятил! – разволновался второй, однако поплелся вслед за другом. – А если это ловушка?

– Никакая это не ловушка, Клайд, – успокоил товарища первый солдат. – Тут на добрую милю вокруг вообще нет ни души. Ни янки, ни наших.

– Но, кажется, это и есть янки… – пробормотал второй солдат, окинув мрачным взглядом то, что походило издали на кучу тряпья. – Черт побери, Джим, мы же дали деру! Какое нам теперь до этого дело?

Тем временем Джим, стоявший уже рядом со своей находкой, громко заявил:

– Это точно – янки, но мертвый янки. Нагнувшись над распростертым в дорожной пыли телом, он принялся шарить по карманам изорванного в клочья мундира.

– Может, у него найдется чем поживиться, – заявил Джим, жестом призывая товарища присоединиться к нему. – Поищи-ка его ранец…

На лице Клайда появилась довольная ухмылка, и он поспешил присоединиться к другу.

– Может, у него есть деньги! – радостно воскликнул он. – Настоящие деньги, а не наши пустые бумажки.

– Вот именно, – согласился с ним Джим. – А в ранце какая-нибудь еда…

Держа пистолеты наготове, оба солдата наклонились над бездыханным телом недавнего врага. Пнув неподвижного янки ногой и убедившись, что он мертв, Джим, а за ним и Клайд опустились на корточки.

– Его явно подстрелили, – констатировал более расторопный Джим, перевернув тело лицом вверх. – И забрали ранец… – разочарованно добавил он.

– Черт возьми, – ругнулся Клайд. – А этот янки точно мертв? – опасливо осведомился он, на всякий случай прячась за спину друга.

Джим пристально вгляделся в пепельно-серое лицо молодого мужчины и утвердительно кивнул.

– Мертвее не бывает, – уверенно заявил он.

– А в карманах ты что-нибудь нашел? – поинтересовался Клайд. – Может, у него не все забрали?

Отложив пистолет в сторону, Джим еще раз проверил карманы янки и удовлетворенно хмыкнул, когда нащупал под рубашкой какой-то плоский предмет. В следующий миг Джим осторожно извлек на свет божий окровавленный бумажник, сделанный из дорогой мягкой кожи. Пошарив в нем, мародер вытащил несколько золотых монет. Сунув их Клайду под нос, Джим улыбнулся.

– Клянусь богом, ты был прав, дружище. Это ведь целое состояние. Нет, ты только посмотри! Чистое золото!

– Ура! – радостно завопил Клайд, придвинулся к другу и уставился горящими глазами на золотые монеты, блестевшие у Джима на ладони. – Посмотри как следует, может, еще что-нибудь найдется…

Джим торопливо проверил бумажник, но, кроме смятого письма и документов янки, не обнаружил ничего интересного. Однако, прочитав бумаги, он громко присвистнул от изумления.

– В чем дело? – забеспокоился Клайд, всегда и всюду ожидавший неприятностей.

– Ты знаешь, кого мы нашли? – вглядываясь в окровавленную бумагу, спросил Джим.

– Очень богатого и очень мертвого янки, – глуповато улыбаясь, ответил Клайд.

– Ты почти прав, – согласился Джим. – Очень богатого, очень мертвого и очень известного янки.

– Известного? – удивился Клайд. – Что ты имеешь в виду?

– Это капитан Стюарт Уэлсли из Четвертого массачусетсского полка, – сообщил Джим, с невольным уважением покосившись на распростертое в пыли тело.

– Ну и что с того? – Клайд пожал плечами.

– Что? – презрительно фыркнул Джим. – Ты хочешь сказать, что никогда не слышал об этом человеке?

– Точно, – кивнул Клайд. – В жизни не слыхал ни о каком Стюарте Уэлсли из Четвертого массачусетсского полка.

Джим сочувственно покачал головой:

– Иногда ты кажешься таким непроходимым дураком, что мне с трудом верится, будто ты мой лучший друг.

Брови Клайда от удивления и обиды поползли вверх.

– Не такой уж я дурак, – запротестовал он. – Меня тошнит оттого, что ты вечно разговариваешь со мной как с идиотом. И только потому, что ты умеешь читать, а я, видишь ли, неграмотный болван. Хватит надо мной смеяться! Объясни лучше, кто такой этот капитан Стюарт Уэлсли, если, конечно, сам знаешь.

– Можешь не сомневаться, уж я-то знаю. Он владелец судоходной компании Уэлсли, – с важным видом сообщил Джим. – Об этом писали все газеты. Этому парню принадлежало судно «Монитор», которое янки использовали в сражении с нашим «Мерримаком». Говорят, он изобрел и установил на своем корабле турель [1] , которая обеспечивала круговой обстрел. Он снабдил орудиями с этой турелью корабли северян и даже не взял за это денег. А потом еще и завербовался в армию, вместо того чтобы тихомирно отсидеться в тылу у себя в Бостоне, или откуда он там. Перед тобой настоящий герой северян, Клайд.

– Ну, теперь это павший герой, – ухмыльнулся Клайд. – Но на его денежки мы с тобой быстренько вернемся домой в Теннесси. Покатим со всеми удобствами! Спасибо ему за это.

Вдруг «мертвый» янки тихо застонал. Оба солдата в испуге попятились.

– Господи, Джим, он жив! – заорал Клайд.

Джим, явно владеющий собой лучше, чем его товарищ, медленно нагнулся и, подняв с земли свой пистолет, навел оружие на Стюарта Уэлсли. Стоны, напугавшие мародеров, прекратились. Окинув неподвижную фигуру изучающим взглядом, Джим наклонился и приложил ухо к окровавленной груди.