Чтение онлайн

Однако прогресс и на этом не остановился. Хотя в последнее десятилетие даже голливудские суперзвезды нередко соглашаются изменить себя до неузнаваемости посредством грима или технологии «мокап», некоторые актеры ухитрились именно на отсутствии в кадре сделать себе имя.

Пока Энди Серкис играл людей, его мало кто знал. Но все изменилось, когда он сыграл Голлума в экранизации «Властелина Колец». Ирония состояла в том, что в двух первых сериях «живого» Серкиса в кадре нет. Артиста, одетого в синий облегающий костюм с датчиками, скрупулезно вырезали из кадра, заменив тщедушной фигуркой уродца с огромными водянистыми глазами. Лишь в открывающем эпизоде «Возвращения короля» (хотя изначально предполагалось вставить эти кадры в «Две крепости») зрители наконец-то увидели настоящего Серкиса в образе хоббита Смеагола.

Энди Серкиса можно было бы назвать жертвой «инволюции». Самые известные его персонажи — или плод дегенерации, как тот же Голлум, или высшие приматы. Имеются в виду, конечно же, исполинская горилла Кинг-Конг из фильма Питера Джексона и шимпанзе Цезарь из «Восстания планеты обезьян» Руперта Уайтта.

До того как попасть в Новую Зеландию и стать Голлумом, актер снимался уже более десяти лет. Серкис начал, как и большинство, с эпизодических ролей на телевидении. Зато кинодебют состоялся в довольно громком проекте — очередной истории Гамлета. Правда, фильм «Принц Ютландии», который вышел на экраны в 1994 году, основан не на пьесе Шекспира, а на ее первоисточнике — хронике Саксона Грамматика. Имена персонажи, разумеется, тоже носят не шекспировские.

К фэнтези Серкис также прикоснулся раньше, чем попал на съемочную площадку «Властелина Колец». Он сыграл роль Касыма, брата Али-Бабы в телевизионной экранизации сказок «Тысячи и одной ночи». Поскольку мать Эндрю Серкиса была англичанкой, а отец — армянином (его фамилия Саркисян изменилась под английское произношение), то актер унаследовал специфическую для британца внешность. Холодные северные глаза-льдинки и буйная восточная шевелюра вкупе с чертами лица позволяют Серкису играть представителей самых разных народностей, включая несуществующие. Несмотря на всю внутреннюю харизму, с такими данными трудно было бы рассчитывать на партию Ромео или принца Датского.

На рубеже двух тысячелетий Серкис отдал четыре года своей жизни Голлуму. Мало кто знает, что каждый дубль с участием Голлума, взаимодействующего с другими персонажами, всегда дважды снимался «на чистовик». В первый раз Серкис работал с другими актерами, чтобы они запомнили мизансцену, а во второй — стоял за камерой и только произносил свои реплики, а коллеги играли с «пустым местом», куда лишь потом вклеивался компьютерный Голлум. И разумеется, затем Серкис отыгрывал роль один, в костюме с датчиками. Он провел в Новой Зеландии едва ли не больше всех остальных иностранных артистов, занятых в трилогии о Кольце, потому что его неотлучное присутствие требовалось и на стадии постпроизводства. Последний дубль с Голлумом был отснят за несколько недель до мировой премьеры «Возвращения короля». Причем снят… в гостиной дома Питера Джексона: требовались кадры выражения лица Голлума, который видит, как Фродо собирается уничтожить Кольцо. И после всего этого Серкиса отказались выдвинуть на «Оскар» в номинации «Лучшая роль второго плана» только потому, что его персонаж не живой, а компьютерный…

Зато после успеха в образе Голлума Серкиса нередко стали приглашать и на «человеческие роли». Как правило, это «правая рука» значимого персонажа. В «Престиже» Кристофера Нолана он побывал ассистентом самого Николы Теслы, сыграв в паре с Дэвидом Боуи. В «Громобое» Джеффри Сакса создал пародийный по отношению к злодеям из фильмов о Джеймсе Бонде образ молчаливого киллера со шрамом, помощника богача-маньяка, которого сыграл Микки Рурк. В том же «Кинг-Конге» Джексона вытребовал себе роль колоритного одноглазого кока, героически умирающего в неравной схватке с монстрами. В фантастической комедии «Из 13 в 30» сыграл нервного редактора глянцевого журнала и заодно продемонстрировал блестящую хореографическую подготовку, станцевав под классическую поп-композицию Майкла Джексона «Триллер».

«Чернильное сердце» по роману Корнелии Функе, где Серкис исполнил роль главного злодея Козерога, явно использует шлейф роли Голлума: актер даже цитирует сам себя, произнося знаменитую фразу: «Моя прелесть!».

В ряду нефантастических ролей особое место занимает Альберт Эйнштейн в телевизионной биографической драме «Эйнштейн и Эддингтон». Серкис убрал флер «великого ученого» и показал сомневающегося, часто неприкаянного человека, На телевидении Серкис воплотил и образ Винсента Ван Гога. Актер в детстве сам хотел быть художником и до сих пор посвящает свободное время рисованию.

Серкис даже к своим «обезьяньим» персонажам относится серьезно. Чтобы убедительно сыграть Кинг-Конга, он ездил в Руанду изучать повадки горилл и даже подружился с приматом в английском зоопарке, Еще более сложная роль — Цезарь в «Восстании планеты обезьян». Серкису нужно было сыграть не просто шимпанзе, а обезьяну с интеллектом, даже превышающим человеческий, но в то же время с животными повадками. К тому же, в отличие от того же Кинг-Конга, на этот раз Серкис показывает развитие характера — от шимпанзе с чисто подростковыми реакциями до лидера и «гуру» обезьяньего бунта.

Актера, имеющего едва ли не самый большой опыт работы в технике «захвата движения», кажется, просто не могли не пригласить в амбициозный проект Стивена Спилберга и Питера Джексона о приключениях Тинтина. Не слишком теплый прием зрителями последних картин Роберта Земекиса, который почти десятилетие развивал только эту технологию, ничуть не обескуражил мэтров. Серкис опять получил роль морского волка — капитана Хэддока.

На той же студии Джексона Weta Digital Серкис не только сыграл, но и сам поставил режиссерский опыт в жанре «захвата движения» — анимационную вставку для компьютерной игры «Небесный меч». Один из немногих актеров трилогии о Кольце, он вернется и в двух сериях «Хоббита» — разумеется, вновь надев костюм с датчиками и перевоплотившись в своего коронного персонажа Голлума.

Даг Джонс попал в кино с театральных подмостков. Еще в школе он занялся изучением пантомимы, продолжил это увлечение, когда был студентом университета, затем примкнул к клоунской труппе. Приходилось ему работать и клоуном-мимом в парке развлечений, и акробатом. Долговязый и худой Джонс обладает вроде бы нескладной фигурой, но очень пластичен — его ноги даже могут выгибаться в коленях в обратную сторону.

В 1985 году Джонс переехал в Лос-Анджелес и начал сниматься в рекламных роликах, видеоклипах, а через некоторое время и в малобюджетных фильмах. Исключением стал «Бэтмен возвращается» Джоэла Шумахера, где Джонс исполнил эпизодическую роль клоуна. А в 1993 году судьба улыбнулась ему в виде роли комического зомби из диснеевской фэнтези-комедии «Фокус-покус». Джонс сыграл почти бессловесного «доброго» мертвеца Билли Батчерсона, который теряется в толпе ряженых в Хэллоуин и в одном эпизоде в прямом смысле теряет голову.

После такого «Фокуса…» набирающего популярность мима начали приглашать на роли всевозможных сказочных созданий в не очень дорогие фильмы. Он побывал кенгуруобразным мутантом-«потрошителем» в кинокомиксе «Танкистка», не менее кенгуруобразным мастером кунг-фу Йи в «Доблестных воинах», прямоходящим драконом в «Галгамете». Столь же активно Даг Джонс снимался в жанровых сериалах: «Байки из склепа», «Баффи — истребительница вампиров», «Внешние пределы»… Постепенно дело дошло и до блокбастеров: Джонс сыграл снежного человека в «Обезьяньей кости», подвижного шпиона-морлока в «Машине времени», пришельца в «Людях в черном 2».