Чтение онлайн

За ним последовали всадники.

Они миновали ущелье, и тут слуха Йохана достигли выкрики и негромкий лязг — впереди, за поворотом тропы, кто-то сражался. Услышавший звуки боя Арне насторожился, а на бледном доселе лице Швеппса обнаружился румянец, глаза зажглись боевым азартом.

— Давай вмешаемся! — предложил он, возбужденно сопя.

— Для начала глянем, что там, — осадил приятеля Йохан и торопливо спрыгнул с седла.

Ринкель остался на месте, а Кнут вслед за Арне сделал пару дюжин шагов и выглянул из-за округлого валуна размером с дом. Разглядев, что именно творится на окруженной соснами поляне, он изумленно присвистнул и вытаращил глаза.

Конный рыцарь в тяжелом доспехе, в каком только на турнирах красоваться, сражался с тремя оборванцами, вооруженными лишь дубинами. Двуручный меч летал с такой легкостью, словно был из соломы, из-под опущенного забрала доносилось нечто, похожее на молитвы, но нападавшие не лезли на рожон, они ждали, когда всадник устанет, чтобы взять его тепленьким.

— Местные, — сказал Арне. — Зачем он сюда полез?

Все было понятно — гевернские разбойнички взяли в оборот растерявшего где-то всех оруженосцев со слугами рыцаря-одиночку, неведомо зачем забравшегося в горы. Хотя почему неведомо? Если эта тропа ведет к Красным Скалам и лежащему за ними Каменному Мосту…

Неужели и этот тип с султаном на шлеме едет к Симферийскому Оракулу?

Йохан заскрипел зубами — похоже, когда они доберутся до цели, там будет ждать целая толпа: герцог Генрих Медведь со свитой, табор цыган, кагал еврейских ростовщиков и орава бродячих жонглеров.

Мелькнула мысль, что разумнее всего будет не лезть, выждать, когда разбойнички покончат с рыцарем и уберутся прочь. Вот они точно явились сюда не из-за Оракула, а ради хорошей лошади, доспехов, а также вещей, что могут быть в седельных сумках…

Но тут один из оборванцев саданул дубиной по рыцарскому шлему Так, что Йохан вспомнил о храмовых колоколах.

— Во имя Хранителя! Я погибаю! — фальцетом возопил рыцарь, и тут со стороны ущелья донесся топот копыт.

Швеппс не выдержал и ринулся в схватку.

Йохан и Арне едва успели отскочить в сторону, причем Кнут рявкнул в спину приятелю: «Придурок!». А Ринкель, размахивая мечом, выметнулся на поляну и полоснул наименее расторопного из разбойников. Стоптал конем второго, а третий, замешкавшись, угодил под двуручное страшилище в руках рыцаря.

Землю «украсили» три свежих трупа.

— Благодарю вас, мой спаситель, во имя Прозревшего Микела, покровителя воинов! Без вас я сгинул бы в этих местах! — заявил рыцарь, салютуя Швеппсу, после чего с лязгом и грохотом упал с коня.

— Не было печали — демоны примчали, — заметил Йохан. — Сходи, Арне, за моей кобылой…

Гевернец отправился назад по тропе, а Кнут зашагал туда, где спешившийся Ринкель суетился вокруг спасенного вояки. Ловко стащил с него шлем, и обнажилось бледное, изможденное лицо с козлиной бородой, обрамленное кольчужным капюшоном.

— И что будем с ним делать? — спросил Йохан, когда Арне присоединился к спутникам.

— Хм, сожри меня демоны, поможем: я знаю, что делать при ударах по голове… — круглая физиономия Швеппса отражала растерянность. — Так, где у меня вода?

Сняв с пояса фляжку, он плеснул в физиономию рыцаря, а затем похлопал того по щекам.

— О… я… — веки затрепетали и поднялись, обнажая глаза, ярко-зеленые и совершенно безумные. — О, мой славный спаситель, клянусь Прозревшим Георгом! И его добрые, осиянные благодатью небесной друзья! Как я счастлив, что повстречал вас на этой опасной тропе!

По мнению Йохана, приятели никак не выглядели «добрыми, осиянными благодатью».

Похоже, столкнулись с сумасшедшим.

— Как вышло, что вы оказались здесь в одиночестве? — спросил Йохан.

— Увы! Увы мне! — фальцетом запричитал рыцарь. — На оруженосца моего, кой оказался слаб верой, Разрушитель наслал недуг, и тот остался в Берхтесгадене! Помог лишь облачиться в доспехи, а далее я, Мартин фон Хекленбург цу Вальдзее фон Шверзенкопф, двинулся один!

Имя у благородного обладателя козлиной бороды было не короче его меча.

— Но герб Черного Орла заставляет трепетать врагов, а слава моя бежит впереди моего коня! — продолжал хвастаться рыцарь, и глаза его истово сверкали. — Сейчас я встану, помолюсь и двинусь далее к той цели, которую в великой благости своей указали мне Небеса!

Изображенная на щите Мартина фон Хекленбурга птица, на взгляд Йохана, более напоминала ощипанную ворону с вызолоченными когтями и клювом, но Швеппс глядел на нее с уважением.

Благородный рыцарь попытался встать, но руки его подломились, а на лице выступила испарина.

— Не выходит… — растерянно пробормотал он. — Силы оставили меня? Невозможно, клянусь всеми Пророками!

— А теперь ты знаешь, что делать? — зло спросил Йохан, глядя на Швеппса. — Какого демона ты полез в эту историю? Мы не можем бросить этого юродивого просто так и тащить с собой тоже не можем!

Ответить побагровевший Ринкель не успел.

— Мир вам! — прозвучало с той стороны, откуда они приехали, и двое приятелей обернулись.

Йохан опустил ладонь на рукоять меча, а в лапке Арне возник метательный нож.

В том месте, где тропа выводила на поляну, стояли двое монахов в серых рясах ордена Прозревшего Франца, и Кнут готов был поклясться, что именно этих типов видел вчера в «Красном петухе».

Так что, гевернец лгал? Он не отправил братьев по ложной дороге?

Быстрый взгляд в сторону Арне уверил Йохана, что это не так — Шишкарь выглядел как громом пораженный. Так какой же демон притащил сюда монахов, как они оказались на верном пути вместо того, чтобы благополучно утопать в сторону Траунштейна?